Страница 102 из 154
Утро, несмотря на отличную погоду, ощущалось гадким и болезненным. Живот у Шурки не переставало крутить, голова, как чугунная, Славке было не лучше, но они решили не откладывать и, попив пустого чаю, вышли на маршрут.
На первом этапе следовало пройти пару километров вниз по течению, до брода. Как обычно, за ними увязалась Белка — молодая белая лайка. Она с первого дня воспылала к братьям любовью и каждый день сопровождала их на маршрутах, за что вознаграждалась печеньем и конфетами, которые Ребровы брали с собой к чаю.
Два километра — недалеко, но по камням, кустам и глине — вылилось часа в полтора. При этом пришлось ещё пару раз «присесть», причём делали они это втроём — похоже, Белка ужинала вчера тем же. Однако ближе к броду они почувствовали себя легче: то ли вышла вся дрянь, то ли оказали действие таблетки, которые всегда водились у Славки в походной аптечке, но переправлялись они уже без проблем.
А на том берегу, в маленькой лагуне, Ребровы обнаружили небольшого хариуса и устроили на него охоту. Белка с лаем носилась по лагуне, поднимая тучу брызг, и больше мешалась, чем ловила. Закончилось предсказуемо: хариус, перепрыгнув узкий перешеек, ушёл в реку, и они остались ни с чем. Зато настроения прибавилось.
А вокруг красота! До этого они ходили по северной — солнечной — стороне реки, и другая — теневая — выглядела сумрачной, непролазной чащей. Так оно и было, но теперь сквозь деревья южной стороны виднелась северная — солнечная, игравшая всеми красно-золотистыми оттенками осеннего леса.
Они пошли в направлении посёлка, забирая в гору. Никогда до этого Шурка не мог себе представить, что можно совмещать подъём в гору и хождение по болотным кочкам. Но так было, это изумляло и выматывало одновременно. Славка бойко шёл впереди вместе с Белкой, а Шурка, гружённый аппаратурой, волокся сзади. До переправы аппаратуру нёс брат. Хитрый брат! Ох, хитрый, он знал, что на этой стороне будет труднее.
Через час, когда они должны были подойти к начальной точке намеченного маршрута, их развеселила Белка. Взвизгнув, она с ходу рванула на гору. «Смотри, смотри! — закричал Славка. — Заяц!» Шурка увидел: метрах в пятнадцати, чуть выше, во всю прыть несётся крупный серо-белый косой, Белка его нагоняла, сказывалась разность длин лап на гористых участках. Мгновение — и… Но тут случилось непредвиденное: Белка резко сбавила темп, а через секунду и вовсе встала. Заяц понял, что им никто не интересуется, снизил скорость, вильнул в сторону и пропал среди камней. Белка, задумчиво постояв, заскулила и начала пристраиваться «присесть». Достала вчерашняя солянка! Вернулась Белка — словно побитая. Как же… промахнулась… живот подвело…
От души насмеявшись, братья перекурили и обсудили, какие они все хреновые охотники, но виноваты, конечно, не они, а «собака-повар».
Через десять минут Ребровы стояли в начале маршрута. Внизу, как на ладони, просматривался посёлок: игрушечные домики, маленький трактор, крохотные люди; речка серой лентой извивалась среди гор. Шурка включил аппаратуру и пошёл за братом. Славка отсчитывал шаги и расставлял пикеты зарубкой на небольших редких сосёнках. Двигались медленно, старались получить качественный материал.
Через полчаса стояли уже у реки. Славка шаг за шагом, медленно стал в неё входить. Шурка остановился, поставив аппаратуру на паузу. Хоть шли медленно, он запыхался и теперь отдыхал, готовясь войти в реку.
Всё это время Белка крутилась под ногами, а потом ввязалась в перебранку со своими собратьями, партейная свора уже поджидала локационную группу на поселковом берегу.
Старший, сделав пять шагов, ухнул по пояс…
— Ух! Мать!.. Резкий спад какой… Холодно! Не-е-е-е! Лоцировать не будем!.. — Славка стал возвращаться. — Дно скользкое. Утопим всё. Но переправимся здесь. Не обратно же…
Он помог Шурке снять аппаратуру.
— Сильно холодно? — От вида брата Шурку била крупная дрожь.
— Зубы сводит. Жаль, водку выпили, переправились бы — погрелись. Ну что, брат, пошли? — И, взяв у Шурки антенну, он снова вошёл в реку.
Через три шага, держа в поднятых руках аккумуляторы и локатор, за ним шагнул и Шурка. Старший в очередной раз ухнул со ступеньки и оказался по пояс в воде. У Шурки мурашки, как лошади, заскакали по телу. Но когда он сам ухнул, перехватило дыхание, и перед глазами поплыли фиолетовые круги. «Холодно» — не то слово. Ноги онемели сразу. А под ногами — скользкие камни; и течение — даже здесь, у берега, — уже набирало силу и скорость.
— За мной, след в след! — повернувшись, крикнул Славка.
— Да пошёл ты… Корчагин… — отбрехнулся Шурка. И тут он явственно услышал лай и оглянулся… Эта зараза, вместо того чтобы вернуться бережком в посёлок, решила форсировать речку с ними. Она уже перепрыгнула три камня и целилась на четвёртый, куда ей было точно не допрыгнуть. Да даже если бы и допрыгнула — дальше всё равно оставалось ещё метров десять сплошной воды.
— Домой! Домой, дура! — заорал на неё Шурка.
Но дура присела и прыгнула; задние лапы заскользили на камне, и она жопой начала сползать в воду. Только в этот момент до Белки дошло, что дальше дорога — только на тот свет: по такому течению ей не выплыть.
Стараясь ступать аккуратно, удерживая равновесие, Шурка перехватил локатор, подобрался к камню и свободной рукой подтолкнул Белку. Та выбралась на камень всеми четырьмя лапами и завыла.
— Что, сука! — заорал Шурка. — Как выбираться будешь?!
Но Белка стояла и выла, нет, уже не выла — она звала, она плакала…
Тем временем метрах в трёх от Шурки Славка решал, куда наступить дальше, там, где он стоял, было уже выше пояса, и течение бурунами охватывало его тело. Услышав шум, он повернулся:
— Что! У вас! Там?! — через силу крикнул Славка.
— Зараза! Сволочь! Куда её?! Я не ухвачу её! Слав! Она тяжёлая!
— Щас! — прочитал по губам Шурка, и Славка стал медленно пробираться обратно. Когда до камня оставался всего один шаг, брат поскользнулся и ушёл под воду. «П… ц! — вспыхнуло у Шурки в голове. — Долоцировались!» Но Славка тут же выскочил и рывком подобрался к камню. Белка скулила. Свободной рукой старший зацепил собаку за загривок и с силой кинул себе на плечо. Постоял, выровнялся и медленно пошёл в сторону поселкового берега.
Господи, как они выбрались на ту сторону? Как дошли? В голове плыло, мысли замёрзли, тело онемело. Шурка только хорошо запомнил, как на той стороне визжала и брехала стая партейных собак.