Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 47 из 70

Глава 47

*Юсуф*

Пожимая Ильхану руку, я уже заподозрил, что меня ждёт серьёзный разговор. Его лицо не выражало ни капли прежнего дружелюбия.

Мы расположились на кожаных диванах в его офисе.

— Будем говорить откровенно, Юсуф, — начал мой менеджер, скрестив руки. — Скажи правду. У тебя есть что-то с Ксенией?

— Откуда возник этот вопрос?

— Ответь.

— Не отвечу, — упрямился я, включив звезду. — Сначала объясни, с чего ты это взял. Если дело в том, что я отвозил её в больницу…

— Сегодня к Йылмазу заявился её муженёк. Брызгался слюной и кричал, что вы любовники. Пообещал, между прочим, рассказать это прессе. Можешь представить, что будет?

— Он псих, — хмыкнул я.

— Псих или нет, он сделает это.

— Одних слов мало, Ильхан. Зато на его совести синяки на теле жены. Разве зазорно помогать несчастным женщинам?

— Тебя послушай — ангел! Йылмаз просил переговорить с тобой. Нам не нужны пустые слухи.

— Так давай сами сделаем заявление.

Ильхан моргнул. Такого он от меня точно не ожидал.

— Как ты это себе представляешь?

— Очень просто. В конце недели нас приглашают на фестиваль, так? Мы с Ксюшей придём в обнимку. Нас обязательно спросят, какие отношения нас связывают, ведь там будут корреспонденты из «Телемагазина», которые собирают любовные сплетни. Мы сообщим, что у нас романтические отношения. Тогда они спросят о муже Ксюши, и мы скажем, что сейчас идёт бракоразводный процесс. Ильхан, — я подался вперёд, — это можно обыграть.

Мой менеджер качал головой.

— Ты явно не понимаешь всю серьёзность нашего положения.

— Как раз я понимаю, а вот ты — нет. — Я встал. — Не могу я быть вечно холостым, ясно?

Он тоже встал.

— Не можешь. Только ты забыл, что помолвлен с женой погибшего брата, — выпалил он, и я замер не дыша. — Что? Думал, сможешь от меня это скрыть? Ты ничего не сможешь скрыть, Юсуф. И скажу начистоту: ты давно нарываешься на скандал.

Я плохо скрывал свою злость, хотя искренне старался.

— Хочешь сказать, скандал не принесёт нам пользу? Разве пиар-компании не для того проводятся, чтобы повысить популярность артисту? Я актёр, а не твоя игрушка, Ильхан.

На следующий день я позвонил Сибель, спросил, как Ксюша. Появляться у неё я пока не рисковал. Она заверила, что всё хорошо, они поладили, готовят сарму и ждут меня на ужин. Я не стал обещать, ибо это действительно было рискованно. Днём того же дня я заметил за собой слежку. Замечательно! Когда человеку нечего терять, он пустится во все тяжкие и ничто его не остановит.

Вечером я сидел в своей квартире и думал о Ксюше. Я не мог выбросить её из головы. Как не мог выбросить из головы слова Ильхана. Нельзя, чтобы новость о помолвке просочилась в прессу. Я могу отрицать, но это определённо осквернит Сибель, и родители начнут настаивать на свадьбе. Тогда разойтись с Сибель у меня не получится. Но как же Ксюша?

Я не выдержал.

Долго бродил по квартире, потягивая виски, затем плюнул на всё, надел простую одежду, худи с капюшоном, кепку. Вызвал такси и поехал к Сибель поедать сарму. Я уже чувствовал запахи смеси оливкового масла и лимона, и слюнки потекли.

Мы поужинали. Ксюша была веселее, щёчки порозовели, синяки, казалось, побледнели. Я любовался ею при каждом удобном случае. Особенно, когда она говорила, это было легче всего скрыть. Я искренне верил, что наступят светлые дни в жизни Ксении, в моей и в жизни Сибель отдельно. Сегодня мы все улыбались, беззаботно смеялись над маленькими шутками. Сегодняшним вечером я оставил все проблемы позади.

— Я хочу научиться готовить, как Сибель, — сказала Ксюша. — Я получила такое удовольствие, заматывая начинку в эти виноградные листья.

— Пока ты здесь, я преподам тебе мастер-класс. Завтра приготовим Ревани.

— О, я ела его где-то. Это пирог, да?

— Да. Он очень легко делается.

Я взял чай и отсел на диван, не желая мешать девушкам мило беседовать. Позже, когда Ксюша ушла в туалет, Сибель тихо спросила:

— Это она, да?

— Что? — не понял я. Я витал в своих мыслях и не уловил их последнего разговора. Подумал, что она просто зацепилась за какой-то вопрос. Но я ошибся.

— Та — девушка, в которую ты влюблён и из-за которой ты не можешь на мне жениться, — пояснила она спокойно.

Я закрыл глаза.

— Не чувствуй вину, Юсуф, — сказала она. — Ксюша очень красивая. Вы подходите друг другу. А я… всё равно не хочу за тебя замуж. Наша свадьба будет ошибкой. Я больше не хочу жить так, как кто-то хочет. Ксюша сказала мне одну вещь, и мне это понравилось. Она сказала: «Женская гордость у нас в крови, и мы сами её ломаем неправильным выбором». Твоя женщина Ксюша. А я — неправильный выбор. Значит, мне придётся страдать. Не хочу, — ещё тише произнесла она, — больше не хочу.

Из туалета вернулась Ксюша. Она ничего не поняла, даже когда мы долго молчали, она не задала ни одного вопроса. Как будто знала…

Я ушёл от них поздно вечером и думал, что остался незамеченным. Но уже подходя к дому, мне навстречу вышел человек в пальто, которого я сразу узнал. Это был Мерт Сойлу.

— Где ты её прячешь? — спросил он. Брови были сдвинуты, он демонстрировал ярость, но близко не подходил.

— Кого прячу?

— Не строй из себя… — он поджал губы. — Ты от неё идёшь.

— Я иду от… — я едва не сказал, что иду от невесты. Вовремя одёрнул себя, ведь он воспользовался бы этой информацией. — От родственницы.

— Ну конечно! — Мерт усмехнулся, и мне показалось, я уловил запах алкоголя. — Ложь!

— Ты мне никто, чтобы я доказывал тебе это, понял? Поэтому до свидания.

С этими словами я прошёл в ворота своего дома, не оборачиваясь. Утром свежий и надушенный приехал на съёмки фильма, прошёл в костюмерную, но меня направили к Йылмазу.

Так я узнал о сливе информации.