Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 48 из 70

Глава 48

*Ксения*

Настойчивый звонок поднял меня с постели. Я снова подумала, что это Мерт. К его звонкам и сообщениям с угрозами я привыкла и игнорировала их. Но громкая музыка с утра пораньше могла разбудить Сибель, поэтому заставила себя встать.

Но звонок был вовсе не от Мерта. Звонила мама.

— Доброе утро, мамочка! — изобразила жизнерадостный голос.

— Скажи, что у тебя там происходит.

Сердце моё ударилось о грудь. У мамы был строгий голос, а это настораживало.

— В смысле — что происходит?

— У меня был Вадим сегодня. Он говорил ужасные вещи. Сначала я не поверила, но когда полезла в интернет… Ксюша, куда ты вляпалась?

— Да… никуда я не вляпалась, — ответила я ошарашенная, а сама думала, что же такого есть в интернете, о чём я пока не знаю. — Мам, что бы ни писали, не верь. У меня есть недоброжелатели. Но со мной всё хорошо. Собираюсь на съёмки.

— Смотри мне, Ксюша. Не хочу за тебя краснеть. Вадим был весьма доволен новостями. Сказал, что ты именно такая, какой он тебя выставил на суде. И нисколько не жалеет о том, что чуток преувеличил.

Реальность пронзила меня острым лезвием. Жар прошёлся по лицу до самых кончиков ушей. Вадим следит за моей жизнью. И в новостях появилась информация, которая могла бы быть ему на руку. А силы к этому приложил Мерт. Его угрозы сбылись. «

Я не шучу, тварь. Я сотру тебя в порошок», —

писал он. Кажется, у него получается.

После разговора с мамой я тихо собралась, вызвала такси и поехала на съёмочную площадку.

И первый, с кем я столкнулась, был Ильхан.

— Не очень осмотрительно с твоей стороны, — сказал он, и я нахмурилась.

— Что вы имеете в виду?

— Твои поступки — вот что.

Я не ответила. Послышался громкий голос Юсуфа. Мы оба обернулись. Я чувствовала, как сердце отбивает ритм во всех уголках тела. С Юсуфом был Танер Йылмаз. Заприметив меня, они замедлили шаг.

— Хорошо, что ты здесь, Ксения, — спокойно сказал Танер и позвал меня в кабинет. Юсуф тоже вошёл, а Ильхана снова оставили за дверью. Первым делом режиссёр спросил: — Как себя чувствуешь?

— Мне лучше. Я могу работать в прежнем ритме, Танер-бей.

— Это хорошо. Но к работе приступишь позже. Для начала: ты знаешь последние новости?

— Нет. Но догадываюсь…

— Мы только что обсуждали это с Юсуфом. Впрочем, вполне ожидаемо.

— Мерт сделал заявление в прессу? Я новостей не видела, но мама утром звонила, сказала, что сплетни не впечатляют.

— Я её понимаю. То, что дело передано адвокатам — одно. А то, что он творит — совершенно другое. Ведь пытается навредить не только тебе и твоей карьере, но всему нашему бизнесу, всей нашей работе. Вчера он пришёл ко мне и пытался доказать, что ты психологически неуравновешенна и… даже опасна.

Короткий смешок вырвался из горла. Мерт действительно готов пойти на всё, вот только ради чего?

— Ксюша, мы уже говорили с Юсуфом, — продолжал Йылмаз спокойным голосом, — и мы оба пришли к выводу, что до суда тебе стоит держаться подальше от Мерта Сойлу. Я не вправе назначать тебе агентов, но если Ильхан согласится, то твоё дальнейшее продвижение будет на нём. Это уже Юсуф возьмёт на себя. Но знай, мы на твоей стороне.

— Спасибо, — сдерживая слёзы, проговорила я. Наши взгляды с Юсуфом встретились. Я с трудом сдерживала порыв броситься к нему в объятия.

На съёмках я расправила крылья и дышала полной грудью. Я позволила себе не бояться. Юсуф был рядом, и этого было достаточно. Я подумала, что могла бы доверить ему свою жизнь.

После съёмок в перерыве ко мне подошли люди из команды Йылмаза — я не знала их имён и работу, которую они делают — и сообщили, что отныне у меня есть телохранитель и машина с водителем. Йылмаз всеми силами старался, чтобы с его актрисой ничего не случилось.

Но дело в том, что телохранитель приступал к обязанностям вечером, когда я должна была ехать домой. А Мерт явился в разгаре работы. Никто этого не ожидал. Он ворвался на съёмочную площадку, схватил меня за локоть и принялся тянуть за собой. Я сопротивлялась, упершись пятками в пол. Юсуф хотел помочь, но кто-то его остановил.

— Это моя жена! — крикнул он всем, кто встал у нас на пути. — Никто не имеет права мне мешать! Идёшь домой, Ксюша, — процедил он сквозь зубы.

— Никуда я с тобой не пойду! Отпусти!

— Ты по закону моя, и… — он выставил палец вперёд, когда охранник попытался приблизиться. — Никто не имеет права её трогать. Эй, Йылмаз! Я по-хорошему просил, но, видимо, ты не понял. Отныне ищи себе новую актрису. Не забывай, что я её к тебе привёл, я и отберу.

Он жёстко дёрнул меня. Я попыталась увернуться.

— Я не принадлежу тебе! Оставь меня в покое!

— А кому ты принадлежишь? Ему? — он показал пальцем на Юсуфа.

Мне было стыдно. Вся съёмочная группа и мой режиссёр стали свидетелями этого ужаса.

— Ну? Почему молчишь? Боишься признаться, что изменяла мне?

Пока я думала, что ответить, Юсуф вырвался вперёд и заговорил…