Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 55 из 212

или способностях, таящихся в ней.

– Если у нее такие имеются, – заметил Имон и состроил презрительную гримасу.

Спасибо, Гном.

– Сейчас важно узнать, течет ли в ее жилах кровь

Рипари

. Потом будем исходить из этого. – Папа и его любимая дипломатия. – Пожалуйста, приведи ее в главный зал. Я позабочусь о том, чтобы нас не побеспокоили. Для начала.

– Спасибо. – Я повернулся на каблуках и побежал по коридору в направлении, откуда пришел. Дот оставался рядом.

– Ты кажешься оптимистичнее, чем сегодня утром. Поживее.

– Да неужели?

–

Поверь моим словам. Я до мельчайших подробностей знаю все твои переживания. Они основываются на твоей интуиции.

– Голос Дота звучал заметно слабее в моих мыслях, чем пару часов назад, и это совсем не было поводом для оптимизма.

– Тогда понадеемся, что мои инстинкты не подведут меня.

Зайдя в свою комнату, я увидел, что Реми все еще сидит в кресле, в защитном жесте прижимая телефон в груди. Ее глаза казались слишком большими на лице в форме сердечка. Первое потрясение, благодаря которому она могла действовать, судя по всему, прошло, и теперь на ее лице буквально была написана чистая паника.

– Эй, – тихо сказал я и медленно подошел к ней. – С твоей семьей все хорошо?

Реми слегка склонила голову.

– Да, с ними все хорошо, но я… я ничего не понимаю, Зим. Просто не понимаю. Собор Парижской Богоматери, и туннель, и свет твоей руки, и…

– Все нормально, я тоже не все понимаю, но мой отец может тебе все объяснить, если захочешь. А я буду рядом.

Ее взгляд скользнул мимо меня к двери, которую я по неосторожности оставил открытой.

– Твоя странная собака снова здесь.

Несмотря на общее напряжение, ее замечание вызвало мою улыбку.

– На самом деле не собака, Реми.

– Спасибо за пояснение.

– Я и так догадалась. – Она с усилием встала с кресла и оправила платье. Затем глубоко вздохнула, выдохнула и посмотрела мне прямо в глаза.

– Где твой отец?

* * *

Когда мы с Араменой зашли в главный зал, разговоры резко прекратились. Четыре пары глаз синхронно обратились к нам, и я почувствовал, что Реми нужны все силы, чтобы сразу же не развернуться на каблуках вместо того, чтобы терпеть такое внимание. Реакция, которую я отлично понимал. Со мной такое происходило каждый раз, когда я заходил в чертов зал.

Здесь я полвечности назад впервые услышал о

Нова

.

Здесь происходили самые неприятные ссоры нашего клана.

Здесь я узнал, что Табиту убили.

Так что да, я понимал ее инстинктивное отвращение, только в этом случае у нас не было выбора.

– Зим, Арамена, присоединяйтесь к нам, – прервал молчание мой отец, а я легонько подтолкнул Реми.

Она неуверенно двинулась вперед и выбрала место рядом с Людвигом, который ободряюще улыбнулся ей. Я сел рядом с ней с другой стороны.

– Представляю, как сильно тебя все это пугает, поэтому тем более благодарю тебя за то, что нашла время поговорить с нами, – сказал отец спокойным тоном, который применял только с мамой в один из ее «темных» периодов.

Реми положила руки на стол и кивнула.

– В первую очередь я в смятении. Я не имею ни малейшего понятия о том, что происходит. И какое отношение я к этому имею.

Корбин пренебрежительно выдохнул, и если бы ситуация не была такой опасной, я бы свернул ему шею.

Отец понимающе кивнул.

– Это я отлично понимаю. Теперь я попробую немного вернуть свет во тьму. Начнем с моего имени. Меня зовут Валентин Абернати, и я руковожу этой организацией. Я бы с радостью рассказал тебе больше, но сначала мы должны узнать, кто ты.

Маленькая прямая морщинка прорезала лоб между темными бровями Реми.

– Почему?

– То, что ты здесь видишь, строго секретно. Только некоторые знают о Подземелье и его тайнах. На то есть причины. То, что сегодня случилось с нашим почтенным Нотр-Дам-де-Пари, лишь крошечный первый намек на то, что произойдет, если эти знания попадут не в те руки.

– Валентин, у нас нет на это времени, – напирал дядя, беспокойно ерзая на стуле. – Давай проведем тест. Если она провалится, то все это и не нужно.

– Секунду. – Реми перевела взгляд с одного мужчины на другого, и я буквально мог почувствовать, как ее напряжение растет. – Что за тест? – Потом ее зеленые глаза четко уставились на меня. – Ты об этом не говорил, Зим.

Я попытался сохранить спокойное выражение лица.

– Потому что это мелочь на самом деле. Дядя Корбин просто плохо сформулировал, – поверх ее головы я предупреждающе посмотрел на Корбина.

– Арамена, даю тебе свое слово, что он не причинит боли и не займет много времени. Мы просто должны быть уверены, – снова взял слово отец, не упоминая, что мы стоим перед лицом самой крупной катастрофы на памяти человечества.

На лице Реми застыло скептическое выражение, но по крайней мере она не встала и не покинула поспешно комнату.

– Что именно это за тест?

Валентин кивнул Людвигу, который подошел к высоким полкам из темно-коричневого дерева, стоящим вдоль стен просторного зала. Мгновение спустя он вернулся с маленькой шкатулкой из красного дерева. Ее крышка была украшена изящной резьбой: вьющимися растениями, орнаментом и другими шестеренками, соединяющимися в общую картину. За всю свою жизнь я видел эту шкатулку только раз. Тогда мне было восемь, и я случайно оказался в комнате Кассандры. Пожилая

Рипари

почти что нежно гладила древесину, а ее лицо было изборождено морщинами грусти.

Что, черт возьми, было в этой шкатулке?

– Мы считаем, что ты часть семьи Хайд, Арамена. Эта семья обладает поразительными способностями, необходимыми для нашей организации и баланса в мире. Член этой семьи должен был бы провести с тобой такой тест, но последняя наследница несколько дней назад покинула нас, поэтому мы возьмем на себя эту обязанность. – Отец осторожно стряхнул пыль со шкатулки, а потом толкнул ее к Реми.

– И что… что именно я должна делать? – Голос девушки стал заметно тише. Она переводила взгляд со шкатулки на папу и обратно.

Морщинки смеха появились вокруг глаз отца.

– Тебе не нужно ничего делать, просто открыть ее и коснуться шестеренки посередине, Арамена.

Я больше не мог сдерживаться и наклонился ближе к Реми, чтобы наконец узнать тайну этой шкатулки. И при этом понятия не имел, чего именно ждал.

– Просто открыть и коснуться? Ничего больше?