Страница 54 из 212
– Здесь должен ловить телефон. Напиши семье, но, пожалуйста, ничего не рассказывай об этом месте, – настойчиво попросил он.
– Не стану, Зим.
– Спасибо. Дам тебе время, я… я постараюсь что-то узнать о нынешнем положении дел, хорошо?
Я села в широкое кресло.
– Хорошо.
Целое мгновение казалось, что он хочет добавить что-то еще, но затем он провел рукой по подбородку и покинул комнату. Дверь с тихим щелчком закрылась, и я в первый раз осознала, что вообще произошло за последние минуты.
Разговор с Казимиром, из которого я едва поняла даже половину.
Намеки, что он знает что-то о моем происхождении.
А потом появление Людвига, облако дыма над Парижем, поездка на метро, тоннели… Складывалось впечатление, что кто-то забросил меня головой вперед в жизнь, которая мне не принадлежала, и одновременно нажал на кнопку перемотки вперед.
Но реально ли это? Или нет?
Впервые за какое-то время мой телефон завибрировал и поймал обещанную связь. Дрожащими руками я достала его из сумки и тут же прикусила язык. На экране высветились бесконечные сообщения и пропущенные звонки. И все от родителей, Эстер и Нинетт.
Я быстро написала Нинетт короткое сообщение, что я в порядке, и набрала номер мамы. Уже после первого гудка она взяла трубку.
– Реми?
Mon Dieu
, ты в безопасности?
Услышав ее голос, я почувствовал, как начало жечь глаза.
– Да. Да, у меня все хорошо. А как вы?
– Я помогаю в скорой помощи, а отец направляется к Эсси. Ты где?
– В безопасности, – повторила я и проигнорировала неприятное чувство, оставленное этой маленькой ложью. – Что произошло?
Мама тяжело вздохнула, а на фоне я услышала громкие голоса, которые стали тише уже в следующее мгновение, видимо дверь закрыли.
– Мне не много известно,
cherie
, только то, что одна из башен Нотр-Дам-де-Пари внезапно обрушилась и привела к еще одной трещине в здании. Можно сказать, повезло, что церковь и площадка перед ней были закрыты из-за реставрации, но все же… есть несколько пострадавших. И много погибших. Спасательные работы все еще ведутся, но продвигаются они медленно.
Мне стало плохо.
– Как такое возможно?
– Не могу сказать. Это несчастье настигло нас неожиданно.
Несчастье.
Почему для меня звучало как-то фальшиво? В памяти всплыли слова Людвига:
Мондия закрылась, Зим. Все началось.
Что началось? Что такое эта Мондия? И как это связано с обрушением Собора Парижской Богоматери?
Я крепче сжала телефон в руке, проигнорировав острую боль из-за того, что его края впились в ладонь.
– Больше тебе ничего не известно?
– Нет, Реми, здесь и в других больницах переполох. Некоторые полагают, что дело в бомбе, другие считают, что это саботаж и терроризм. Ходит множество слухов, что это лишь начало, но правду никто не знает. – Тут кто-то выкрикнул имя мамы. – Реми, пообещай мне вернуться домой? Возьми такси и езжай прямо туда.
– Мама…
– Нет, пока мы не знаем, что на самом деле происходит, лучше рассчитывать на худшее. Пообещай мне. Пообещай, что вернешься домой.
Я закрыла глаза, потому что ложь обжигала, прежде чем ответить.
– Обещаю.
– Люблю тебя,
cherie
. До скорого. – Мама положила трубку, но чувство удушения осталось.
Нотр-Дам-де-Пари. Одна из самых важных достопримечательностей нашего города рухнула всего через пару мгновений после того, как Людвиг и Казимир обсудили начало катастрофы.
Каким-то образом все это было связано с братьями.
А теперь и со мной.
Глава 12
1-й округ, Париж
Зим
– Г
де она?
Я едва вступил в проход, ведущий в главный зал, когда навстречу вышел отец с затравленным взглядом. А за ним следовали Корбин, Людвиг и мой кузен Имон.
– В моей комнате, – ответил я и скрестил руки на груди. – Кто-то может мне теперь объяснить, что здесь происходит?
– Ты оставил ее в своей комнате? Одну?! – Дядя пренебрежительно выдохнул. – Пока эта посторонняя находится в нашем царстве, ничего объяснять не будем! Сейчас же приведи ее!
Отец успокаивающе положил руку на его плечо.
– Корбин…
– Нет. Боже! Я что, единственный, кто видит, на какой необдуманный риск пошли твои дети?! Действительно? Тебе нужно привести их в чувства, Валентин, прежде чем они нас всех погубят.
Покачав головой, брат встал на мою сторону и сузил глаза.
– Мондия закрылась, она подготовилась к своему краху, и у нас нет возможности добраться до ее сердца. Толчок энергии, повредивший Собор Парижской Богоматери, является первым предупреждением. Начало конца. Откройте глаза, мы в заднице, дядя.
Я бы не смог выразиться лучше Людвига.
Громко откашлявшись, папа закатил рукава рубашки.
– Что ты можешь рассказать нам о девушке, Казимир? Что ты узнал?
– Пока что немного, – честно ответил я, сдерживая растущее напряжение. – Но Подземелье впустило ее, и она говорит, что…
– Это абсурдно. Мы даже не знаем, работает ли еще защитный механизм туннеля, теперь, когда Библиотека закрылась. Возможно, эта девочка наш худший враг, а мы просто это не замечаем.
–
Нова
, – добавил Имон без надобности. Без понятия, почему нужно с ним разговаривать, он даже не достиг совершеннолетия и мало что делает, только повторяет сказанное Корбином.
– Пока сами не поговорим с девушкой, не нужно делать поспешных выводов.
Я хотел согласиться с отцом, но тут краем глаза заметил призрачное присутствия Дота.
– Дот, ты здесь! – Хотя это был не подходящий момент, я сел на корточки и на короткое мгновение обхватил его большую голову руками.
– И это стоит мне огромных усилий. Мондия зовет меня, и становится все сложнее перечить ей.
Раньше я себе не позволял, да и времени не было, подумать о том, что закрытие Библиотеки означает для моего
Прыгающего по слогам
– он же проявление
Мондии
. Но теперь, когда я увидел его, услышал в голове его голос, с моих плеч словно бы упал огромный груз.
– Ты привел с собой маленькую Рипари, Казимир?
– Да.
– Хорошо, тогда давай молиться, что мы не ошиблись в ней.
Другие, понимающие лишь часть нашего разговора, медленно, но верно начинали нервничать.
– Что теперь? – Корбин настойчиво вскинул брови и сделал шаг ко мне.
Я выпрямился и кивнул:
– Мы можем с ней поговорить, но… она понятия не имеет. Ни о чем. Она не знает наш мир, не знает о
Мондии