Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 22 из 212

Преодолев две лестницы и турникеты, мы вышли на набережную Сен-Мишель и попали под последние лучи солнца. Широкие тротуары берега Сены загромождали маленькие ларьки с репродукциями картин и другими безделушками, а на заднем фоне виднелся остров Сите со впечатляющим собором Парижской Богоматери. Моргнув, я подняла свободную руку, защищаясь от низкого солнца. Мы с Нинетт бывали здесь бесчисленное количество раз, фотографировались и наслаждались видом, но теперь времени сориентироваться не было. Незнакомец решительно потащил меня через широкую дорогу, не обратив никакого внимания на красный свет светофора, прямо в Латинский квартал с множеством извилистых улочек. И, таким образом, в противоположном от квартиры моих родителей направлении.

Стоп. Родителей.

Я резко остановилась, и, словно по мановению волшебной палочки, парень тоже остановился.

– Что ты не поняла во фразе «нас преследуют»? – спросил он меня и в тот же момент затолкнул в узкий переулок, пахнущий выпечкой и мусором. Смесь, которая не очень хорошо повлияла на мой и без того урчащий живот.

– Ничего, понял? Я ничего не поняла. Кто эти люди? Чего они хотят от тебя и как тебе в голову пришла безумная идея, что сейчас они преследуют и меня?

Mince

, я даже имени твоего не знаю! – Я вырвалась и прижала руку к груди, в том месте, где сердце болезненно колотилось о грудную клетку.

– Казимир, – что-то блеснуло в его глазах. – А эту заразу мы зовем

Нова

.

–

Нова

?

Он коротко кивнул, словно все этим объяснил, и выглянул из переулка, прежде чем снова повернуться ко мне.

– Думаю, нам удалось оставить их позади. Пока что.

Я без сил оперлась о стену и провела рукой по покрытому по́том лбу.

– Это просто абсурдно. – У меня вырвался легкий безумный смешок. Я покачала головой. – Сначала ты приходишь в магазин моей сестры со своей странной собакой, потом крадешь коробочку, и теперь нас преследуют?

Пока он на меня смотрел, между его темными бровями появилась морщинка.

– Все это связано. И объяснение всему имеется, но сейчас не то место и не то время.

– Ты выбрал эту фразу из списка клише? Конечно же, сейчас то место! Что происходит?

Незнакомец, Казимир, повернулся в сторону и запрокинул голову.

– Я не могу рассказать. Пока что нет.

Я озадаченно искоса посмотрела на него и покачала головой:

– Конечно, ты не можешь мне рассказать. Конечно, ты не можешь, потому что иначе тебе придется убить меня, так?

Взгляд его карих глаз, казавшихся в приглушенном свете переулка еще темнее, снова обратился на меня.

– Это очень важно. И опасно.

Нова

… – сжав зубы, произнес он, словно и так уже много сказал. – Можем поговорить в спокойной обстановке? Где-то в другом месте?

Значительная часть меня хотела тут же согласиться, та часть меня, что в метро шла за ним по пятам и издавала эти странные звуки. Однако, к счастью, я еще полностью не потеряла рассудок. Я не знала Казимира и не знала, что здесь происходит, и ни за что бы не последовала за ним черт знает куда, не имея никаких данных.

Я в защитном жесте скрестила руки на груди и сжала губы.

– Забудь.

– Ты ведешь себя смешно. Почему ты вообще последовала за мной в поезде?

– Потому что ты меня обокрал.

– Так, давай не будем сейчас о том дурацком дупликаторе. – Желваки на его скулах заиграли, он скривился и схватился за бок.

– Все… в порядке?

Он поспешил опустить руки.

– Всего лишь царапина. И независимо от этого – нет, не в порядке. Ты и малейшего понятия не имеешь, в каком мы положении, что здесь творится и как…

– И меня это не интересует. Твои проблемы мне не интересны. Не хочу с ними разбираться.

Казимир снова повернулся ко мне. Внезапно он оказался так близко, что мне пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы взглянуть на него. И это мне совсем не нравилось.

– Этот выбор не всегда зависит от нас, – прошипел он, стиснув зубы.

– Ошибаешься. Я вполне способна решить, что делать, а что нет. Это свободная страна, а я – свободная женщина. Поэтому оставь меня в покое.

Я еще мгновение сверлила его глазами, а потом протиснулась мимо него. Но Казимир не позволил мне уйти. Мягко, но уверенно он потянул меня назад, пока я снова не оказалась у стены дома. Он же стоял передо мной, упершись руками в стену слева и справа от меня.

– Сейчас у тебя нет выбора, – хрипло прошептал он, – ни у кого из нас, Арамена.

От звука моего имени я заметно вздрогнула, потому что ощущала, как он близко. Все тело покалывало, словно от электричества, бегущего по коже.

– Откуда ты знаешь мое имя?

– Могу все тебе объяснить, – ответил он, не выпуская меня из виду. В нос ударил его запах, напоминающий запах бумаги, летнего дождика и земли. – В тихом месте. Я… не хочу тебе навредить.

Я сглотнула:

– Не верю.

Казимир пробормотал что-то на незнакомом языке, а затем явно против своей воли опустил руки, немного отступив от меня. На его лице боролись разные чувства. Целое мгновение я не решалась двигаться, но потом поспешила сделать два шага в сторону от него, прижимая сумку к груди. Нужно убираться отсюда, вернуться домой, оказаться подальше от него, я…

– Пожалуйста.

Это слово без труда пробилось сквозь мои мечущиеся мысли. Возможно, потому что Казимир выглядел так, словно не часто такое произносит. Редко о чем-то просит.

– Позволь все тебе объяснить, Арамена.

Я колебалась, глядя на него, и в первый раз заметила отчаяние на его лице. Страх. Страх, никак не связанный с нашим побегом, скорее с чем-то бо́льшим. Должно быть, были другие причины, оставившие такие… явные следы на его теле. Я громко вздохнула и наконец кивнула.

– Ладно.

Поверить не могла, что произнесу это слово.

– Ладно. – Казимир тоже кивнул и стер слабые следы крови с руки. – Теперь предлагай время и место, я приду.

Все еще разрываясь между недоверием и любопытством, я быстро поразмыслила, прежде чем окончательно сдаться.

– Воскресенье, двенадцать дня, в Люксембургских садах. Статуя Свободы.

По какой-то причине уголок его губ дернулся.

– Любишь историю.

–

Tais-toi

– помолчи, иначе я могу и передумать. – Я скрестила руки на груди и бросила взгляд на выход в переулок, мимо которого проехал автомобиль доставки. – Итак, в воскресенье.

– В воскресенье.