Страница 49 из 95
* * *
Хотел глотка свежего воздуха больше, чем глотка свежей крови. И вот, пожалуйста — бойтесь, что называется, своих желаний.
— Какими судьбами, Дина Владимировна? — окликнул Пьер.
Она заметно вздрогнула, вскочила, безотчётным движением поправляя юбку, приложила руку к козырьку своей фуражки. Форма удивительным образом шла этой красивой молодой женщине, делала её фигуру ещё более точёной, чёткой.
— Вам плохо, — на редкость быстро отреагировала Зорина на шаткую походку Безрукова.
Он отстранил её, бросившуюся на помощь.
— Извините, вот теперь я действительно голодный, того и гляди, начну кидаться на барышень, — сказал серьёзно.
Но Дина не поверила.
— Опять шуточки изволите шутить.
— Мне не до шуток. Что вы тут делаете?
— Только начали с Никишкиным.. Это мой напарник, простите, — сбивчиво стала объяснять Зорина, — только начали обход нашей территории, как пробежала какая-то странная тварь. Вроде как и химера, а не обычная нечисть — но на человека похожа. Никишкин ещё сказал — может, обезьян какой?
— Вернее всего, — сказал Безруков. — Невозможно создание химеры на человеческом материале. Не по правилам, не по законам, запрещено.
— Но на нём, однако, были штаны, — резонно заметила Дина. — И больше ничего. Штаны и шрамы. Оно ранило Никишкина и побежало. Я стреляла вслед, но преследовать не стала: важнее было спасти напарника. Вот мы с ним и добрели до этой больницы. Теперь он там, а я.. Жду, пока его перевяжут и что-нибудь сообщат. Внутри, правда, очень душно, но барышня, сестра милосердия, сказала, что найдёт меня в сквере.
Пьер с трудом заставлял себя сосредоточиться на словах и голосе. Быть может, зря ушёл из больницы, но не хотелось никого там.. кусать.
— Я не рассчитывал сегодня на вечерний променад в вашем обществе, — пробормотал он. — Вы потом.. поедете домой? Вас надо будет проводить?
— Если вы торопитесь хлебнуть крови, то я вынуждена вас предупредить: это незаконно, — сказала Дина. — Не знаю, как у вас заведено, что вы.. питаетесь, но просто так пить кровь из людей — преступление. Вампиров ловят и убивают.
— Если только они не на службе империи, — мягко напомнил Пьер. — Прошу извинить, я вернусь буквально через четверть часа.
И тут она удивила его куда больше, чем давешний доктор Домнин. Сдёрнула с руки перчатку и буквально ткнула ему в нос тонкое запястье. Пьер каким-то седьмым или даже восьмым чувством ощущал биение тонкой жилки под нежной кожей. Нельзя так искушать вампира — он едва слышно зарычал и подался на шаг назад.
— Вы играете с огнём, Дина Владимировна.
— Неужели? — спросила девушка. — Пейте. Думаете, мне жалко крови для вас? Всё, что угодно, лишь бы вы, пользуясь вашим высоким положением, не бегали по улицам в поисках случайных жертв.
— Вы готовы пожертвовать вместо них собой? — спросил Пьер.
— Я не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал из-за моей нерешительности и неудачливости, — горячо и горько призналась Зорина. — Так пусть это буду я!
Он взял девичью руку, обнажённую и беззащитную, словно её сердце, коснулся губами той самой жилки, а затем, слегка оттолкнув от себя настырную барышню, бросился бежать.
— Стоять! — задохнувшись, прошипела Дина.
Вскочила, несколько шагов пробежала следом — но остановилась, не стала догонять, видимо, решила дожидаться своего Никишкина.
Пьер в два счёта добежал до винного погребка на Цветочной, почти не глядя, подхватил под руку толстого немолодого господина в слишком узкой для него визитке. Тот не сопротивлялся, напротив — обрадовался нечаянной поддержке, повис у Пьера на руке. Спустя всего несколько минут и четыре полных шприца слишком сладкой и липкой крови Безруков замер на скамейке рядом с пьяным. Было противно, как много лет назад, когда он только начал охотиться. В качестве искупления Пьер заставил густую от сахара кровь немного очиститься, а господина — слегка протрезветь.
— А? Что? — встрепенулся тот.
— Эк вас разморило-то, батенька, — шутливо сказал Пьер, хотя тут было и не до смеха. — Вы бы поосторожнее с вином, так и до удара недалеко допиться.
— Да, верно сказали, господин хороший, теперь только водочка, — сказал толстяк. — И под хорошую закусочку.
— И дома, под неусыпным надзором семьи, чтобы лишнего не хватануть, — сказал Пьер.
Сам он, конечно, никогда от напитков горячительных в восторге не был. Но вкус крови они не портили, наоборот, придавали пикантности.
Тут Пьер встрепенулся, проводил взглядом подпившую парочку — женщину и мужчину в потёртой, но всё ещё приличной одежде. Он ещё не был до конца сыт, но первую жажду утолил и мог выбирать.
Однако такой роскоши ему не дали.
— Вот вы где, — вместо толстяка, который поднялся со скамьи и ушёл, рядом на самый краешек присела Дина, схватила Безрукова за рукав, потянула на себя. — Я вас искала.
— Что такое?
Девушка всхлипнула.
— Всё плохо.
— С вашим напарником? — понял вампир. — Я могу помочь.
— Боюсь, уже нет, — сказала Дина. — Ему ампутировали руку. Руку ему отрезали, слышите? Всю кисть правую напрочь! Всё плохо, Пётр Николаевич — я действительно приношу несчастья. Смерть и увечья.
Пьер придвинул Дину к себе поближе, насильно заставил сесть поудобнее, бережно и деликатно обнял за плечи.
— Он жив, — сказал осторожно. — Вы не представляете, что это такое, быть по-настоящему живым. Жизнь великий дар.. как и смерть.
— Если бы вы не убежали, то смогли бы всё поправить? — с силой вцепившись в его руку, спросила Дина. — Смогли бы вылечить? В приёмном доктор сказал, что вы целитель.
Пьер только покачал головой.
— Не уверен. Слишком сильные увечья мне не по плечу. К тому же..
— Да, я знаю, — с оттенком презрения в голосе сказала Зорина. — Вы были голодны.
— Я всё ещё голоден, — пожав плечами, сказал Безруков мягко. — Но теперь уже можно и подождать, и просто выпить остатки законсервированной крови. И если хотите, можем отправиться на поиски вашей.. химеры.
— Отомстить за Никишкина, — оживилась Дина.
— Ну, если желаете, то и отомстить. Мне лично интересно было бы понять, что она такое. Быть может — кто это сделал.
— Да, — сказала девушка. — Давайте пойдём. Я отведу вас туда, где мы встретили эту тварь, и оттуда можно будет начать поиски. Нет, подождите, не вставайте, — добавила она, почуяв движение Пьера едва ли не до того, как он собрался подняться на ноги. — Здесь хорошо падает свет, а я хочу кое-что показать.
Она достала из плоской сумки на боку разбитую фотографическую пластину.