Страница 86 из 92
— Я боюсь, что у полковника Окку не достаёт доказательств. Он, конечно, весьма увлекательно, я бы даже не побоялся этого слова — художественно, поведал нам всем о давнишней, детской обиде Майро Окири и о том, что писатель творчески перерабатывал события, случившиеся в полку Созвездие самоцветов, обвинив верного сына клана Ракиты в примитивном сговоре со свидетелями. Вы только подумайте: детская обида и убийство! — Усталый мужчина преобразился: в его бесцветных глазах загорелся огонь, недобрый рот, похожий на старый шрам, в скрытой усмешке. — Но главное, — он поднял палец вверх, — объясните, зачем поручику Окири надо было ломать всю эту комедию, когда он — прекрасный стрелок, не единожды демонстрировавший свои умения в кругу друзей. Даже будучи крепко навеселе Майро разбивал бутылку, поставленную на голову всё того же Дайямы, или попадал в игральную карту, которую доброволец держал в руке. Меткий стрелок уложит противника с одного выстрела, как, собственно, и произошло. Эти факты делают версию убийства более чем несостоятельной.
Оратор оглядел победно зал и сел, давая этим понять, что у него всё.
— Я прошу чародейку Дубового клана, — проговорил сэр Гевин, со значением глядя на возражавшего ему в начале заседания мужчину, — сообщить суду о результатах вскрытия тела убитого Никки Дайямы.
Рика вышла к конторке, приложила правую руку к сердцу и принесла клятву Палате Корней и Листьев. После этого девушка, сначала запинаясь, потом всё увереннее и увереннее рассказала о том, что привлекло её внимание во время вскрытия.
— Смерть господина Дайямы наступила мгновенно в результате острого деструктивного поражения головного мозга, вызванного проникающим огнестрельным ранением головы с массивным поражением стволовых структур и обильным кровоизлиянием. Деформация пули у затылочной кости наличествует.
— Постойте, госпожа чародейка или коронер? — поднял руку сэр Габер и заговорил, не дожидаясь разрешения главы кланов, — не подтверждают ли ваши выводы то, что смертельное ранение в голову господин Дайяма получил на дуэли? Отличный стрелок легко мог сделать такой выстрел.
Рика даже не взглянула в его сторону.
— Высокий суд, — поклонилась девушка с достоинством невесты Дубового клана, — согласно утверждению поручика Окири и свидетелей, дуэль происходила на классических десяти шагах, и каждый из соперников имел возможность выстрелить в любой момент во время пяти шагов до барьера.
— Именно так, — поддакнул сэр Габер, хотя его никто не спрашивал.
— Пуля, выпущенная с такого расстояния дала бы совершенно чистое входное отверстие без копоти, без порошинок, только поясок осаднения. Я же при вскрытии обнаружила нечто совершенно иное.
Рика сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями, как бы объяснить свою мысль более простым и понятным языком.
— Поясок осаднения есть, но он не сплошной, а прерывистый, похожий на звёздочку. Копоти на коже не обнаружено, то есть выстрел был произведён не «в упор». Хотя, — уточнила она из чувства долга, — над покойным уже поработали в похоронной конторе, подготавливая его к официальной церемонии погребения. Поэтому картина может быть несколько смазанной, следы копоти могли быть удалены полностью. Поэтому моё внимание более привлекла лобная кость. Вокруг отверстия в кости мелкие трещины, перелом дырчато-оскольчатый. Но главное — порох. При выстреле с расстояния в десять шагов ни одна порошинка не долетела бы до убитого. К тому же при таком выстреле человек учитывает баллистическую траекторию полёта пули и возьмёт немного выше, особенно при учёте разницы в росте дуэлирующих. Дайяма же получил пулю скорее чуть снизу, возможно, с расстояния двух-трёх шагов, практически на расстоянии вытянутой руки. Поэтому пороховые газы частично достигли лба жертвы. Это всё доказывает, что никакой дуэли не было. Майро Окири подошёл к своему другу почти что вплотную, вскинул руку и выстрелил, глядя прямо в глаза. Это — не дуэль, а хладнокровный расстрел.
— Погодите, госпожа коронер, — возразил сэр Габер, — не рановато ли употреблять такие громкие слова! К тому же в вашем отчёте, который был ранее представлен клану Ракиты и мне лично, об этом не было написано ни единого слова. Как вы объясните подобную несостыковку? Вы проводили повторное вскрытие? Почему? Когда и с какой целью?
Рика чуть-чуть растерялась. Никакого повторного вскрытия она, естественно, не проводила, а тело Никки Дайямы уже кремировали. Просто по Артанскому законодательству вскрытие после магического вмешательства (а таковое имело место в похоронной конторе) не может являться доказательством для суда, поэтому часть её соображений не вошла в заключение.
Обо всём этом девушка и сообщила собравшимся.
— Я могу со всей ответственностью заявить, что тело убитого офицера поступило в коррехидорию уже после подготовки к погребению. То есть были произведены все очищающие ритуалы, а также применялась косметическая магия для маскировки пулевого отверстия и придания покойному подобающего вида. Что привело к искажению первоначальной картины смертельного ранения. Поскольку сделанные мною выводы не могут быть официально приняты в Артанском судопроизводстве, я не включила их в отчёт.
— Видите! — победно воскликнул представитель клана Ракиты, — госпожа коронер сама подтвердила, что её выводы не очень-то состоятельны. Попытка чародеев из погребальной конторы спрятать причину смерти очень даже легко могла исказить впечатления аутопсии. Леди Дубового клана вправе лишь заявлять, что ей показалось, но не может утверждать наверняка. К тому же само предположение, будто прекрасный стрелок Майро Окири нуждался в жульнических приёмах, не просто несостоятельно, а буквально смешно! Отличному стрелку нет надобности подходить к противнику на расстояние вытянутой руки. Уж мне поверьте.
— Прошу слова, ваше сиятельство, — раздался из зала голос, показавшийся смутно знакомым чародейке.
— Назовите своё имя и клан, — потребовал сэр Гевин.
— Сёё Кагивата, поручик кавалерийского батальона полка «Созвездие самоцветов», Дубовый клан, — поклонился парень.
— Хорошо, Кагивата. Говорите.