Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 88 из 146

Повара соборной «кухни»

После завершения 8 декабря первой сессии, работавшие в тени отцов Собора три сотни «экспертов», особенно немецкие и французские богословы, продемонстрировали всю важность своей роли. Среди них было огромное количество «римлян», зачастую близких к курии: работавшие на ту или иную ватиканскую администрацию специалисты канонического права, прикрепленные к тому или иному римскому институту исследователи и преподаватели, духовники всевозможных конгрегаций, орденов и движений. Были также и два-три десятка интеллектуалов, преподававших богословие, историю Церкви и каноническое право во Франции (Конгар, Любак, Даниелу), Германии (Ратцингер, Кюнг, Йедин, Хэринг), Бельгии (Шиллебикс, Филипс, Тиле), Швейцарии (Ранер) и Австрии (Юнгман). Все они не отличались особенным уважением к куриальным институтам, гневно обрушивавшимся на них в пятидесятые годы. Начиная с первой же сессии, они отвергли все требования секретности, став любимчиками журналистов. Их личные записи, статьи, интриги и споры сразу же стали влиять на соборный процесс. Их иногда называли соборными «поварами» или «ткачами».

Молодой Ратцингер, который уже был знаком с некоторыми своими соотечественниками, такими как Хуберт Йедин, Отто Семмелрот, Эдуард Стакмейер и Бернард Хэринг (в общей сложности около пятнадцати немецких экспертов), довольно быстро сошелся с французами, особенно со сторонниками «нового богословия», которые на протяжении нескольких лет в специализированных журналах активно предлагали размышления о Церкви и вере, далекие от ограничений и юридически-догматических положений римской курии. Будущий Бенедикт XVI не однократно впоследствии благодарил Собор за то, что он позволил ему познакомиться со всеми этими людьми (особенно он выделял Даниелу, Любака, Конгара и Филипса), многие из которых стали его настоящими друзьями.

Все эти разнообразные заседания, конференции, сеансы (которые нужно было переводить на латинский язык, печатать, корректировать и размножать) заставляли Ратцин-гера и его коллег бегать из одного конца Рима в другой, из самых престижных институтов в самые многолюдные кафе, даря им приподнятое настроение и энергию. Если мы прочтем многочисленные свидетельства об этих сумасшедших неделях, оставленные в «Дневниках» Ива Конгара и «Заметках» отца Любака, мы увидим, насколько важен был Собор для жизни и карьеры целого поколения мужей Церкви. Поколения немецкого богослова Йозефа Ратцингера (35 лет), советника французского епископата Роже Этше-гаре (40 лет), секретаря курии Поля Пупарда (32 года), а также польского епископа Кароля Войтылы (42 года). Всем им было уготовано блестящее будущее.

Самые горячие участники соборных прений в ожидании открытия второй сессии Собора 29 сентября 1963 года, встречались на нескольких неформальных рабочих совещаниях (Майнц, Мюнхен и т. д.). В это время у руля Церкви встал Павел VI, бывший кардинал Монтини, сменивший на своем посту Иоанна XXIII. Он был знаком со всей компанией этих Ратцингеров, Кюнгов, Даниелу, Конгаров и Ранеров. Он знал их крайности, знал их талант и полезность. К молодому советнику кардинала Фрингса, преподававшему отныне в университете Мюнстера, новый папа испытывал подлинное уважение, не подозревая, конечно же, что в 1977 году этот советник станет кардиналом.