Страница 21 из 146
«Традиция — это я!»
Папа 24 апреля 1870 года торжественно обнародовал догматическую конституцию De Fide catolica («О католической вере»), за которую единодушно проголосовали 667 присутствующих. В заключительной части документ подтверждал осуждения Силлабуса и с сожалением напоминал, что «европейская современность» зиждилась на «удалении от Бога». Это стало первой задачей Пия IX. Однако многие епископы от имени большинства представили святому отцу новую петицию, выразив тем самым желание, чтобы составленная с акцентом на папское превосходство вторая конституционная схема De Ecclesia («О Церкви») включала в себя декларацию о непогрешимости. Как и следовало ожидать, Пий IX колебался недолго: епископы получили благосклонный ответ.
Главная дискуссия развернулась 13 мая. Месяцем позже во время заключительных обсуждений были изучены все поправки, появившиеся в ходе одиннадцати сессий. Последовавшие за этим 11 июля 65 выступлений, а также римская жара начали утомлять отцов Собора, подошедших, наконец-то, к заключительному докладу. Некоторых результатов удалось добиться и «меньшинству». Так, было снято предложение о предоставлении привилегий непогрешимости папе как частному лицу. Касательно вопросов веры, папа должен был отныне говорить ex cathedra, то есть от имени всей церкви. Сторонники непогрешимости вынуждены были пойти на уступки.
Однако 13 июля четвертая часть всех отцов Собора (из 601 голосующего 88 были против и 62 воздержались) еще продолжала колебаться; 16 июля вниманию присутствующих был представлен заключительный доклад, включивший в себя 163 поправки, которые обсуждали и за которые голосовали на протяжении всех дебатов. Председательствующий кардинал обрушился в своей речи на тех, кто своим противостоянием мог сбить церковь с верного пути. Вспыхнул последний инцидент, обнаживший общее нервное перенапряжение. Почтенному кардиналу Гиди, полагавшему, что непогрешимость должна зиждиться на «Традиции», измученный Пий IX ответил:
— Традиция — это я!
Зал взорвался. Это категоричное и неловкое заявление подтолкнуло многих епископов из меньшинства укрепиться в своих оппозиционных взглядах. Обеспокоенный Дюпанлу последний раз попытался упросить папу отступить. Напрасно. Между тем, во всей этой истории необходимо было ставить точку. Но какую катастрофу могло вызвать финальное голосование, явившее собой разделение в вопросе о папской непогрешимости и открывавшее глубокий раскол в церкви! Вот скандал, на котором могли поживиться враги церкви по всей Европе.
Окружение Дюпанлу решило уклониться от демонстрации своего неодобрения. Накануне голосования, 17 июля, 55 епископов из «меньшинства» просто-напросто уехали из Рима. Однако 18 июля 1870 года на публичной сессии 535 голосами спорный документ был в итоге принят. К этому почти полному единодушию присоединились в последний момент двое из колеблющихся. При этом отсутствовали 114 участников голосования. И тут над Римом разразилась страшная гроза, окутав базилику, ее купола и витражи невероятными вспышками молний и раскатами грома. Неужели это гневался Сам Господь?
Гроза успокоилась. Эмоции остыли. Католическая церковь устроена так, что многие епископы из меньшинства очень скоро вернулись под власть папы. Ведь церковь не имеет ничего общего с демократией, а Собор с парламентом. Одна лишь маленькая группка непримиримых, собранная вокруг каноника Дёлингера в Мюнхене, отделилась от основной церкви, создав свою «старокатолическую», которая, впрочем, просуществовала недолго. Все остальные участники Собора, включая Дюпанлу, Штроссмайера, Хефеля, авторитету церкви и папы подчинились.
Некоторые из самых убежденных оппозиционеров надеялись «продлить» дискуссию, возобновив ее позже в ином ракурсе. Но в августе 1870 года над Вечным городом разразилась другая гроза. В разгар лета вступивший в борьбу с Пруссией Наполеон III отозвал свои войска из Чивитавек-кьи, а 29 августа итальянское правительство решило осадить оставшийся без защиты Рим. По поручению короля Виктора Эммануила генерал Кадорна 20 сентября проделал брешь в Порта Пия и без битвы овладел городом. Папа объявил себя «узником» Ватикана. Начался «римский вопрос».
Собор 20 октября официально объявил о перерыве. Тем не менее, его работа только начиналась. Оставалось обсудить и вынести на голосование пятьдесят одну схему, которым никогда не суждено было воплотиться в жизнь. Единственным результатом прерванного Собора стала папская непогрешимость!
Обрадованный Пий IX резюмировал позже этот результат изречением, которое спустя столетие стало одним из комментариев II Ватиканского Собора:
— У Собора есть три периода: период дьявола, который старается всё возмутить; период человека, который старается всё смешать; и период Святого Духа, который чудесным образом всё просвещает, очищает и примиряет!