Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 14 из 15

Извини за обстановку, - я обвела рукой комнату. Скрипучий пол, старая мебель, дешёвые шторы. - Я живу скромно. Я тоже так жил, - он пожал плечами. - Пока не открыл своё дело. Первые два года мы с партнёром ночевали в гараже на раскладушках. Яйца на батарее грели, потому что отопления не было. Так что не извиняйся. После таких унижений любая квартира - дворец.

Ты поэтому понимаешь меня?

Поэтому.

Он долго говорил приятные слова. О том, что я умная, что я весёлая, что со мной легко. О том, что его бывшая Мария была холодной рыбой, которая умела только тратить. А я - горячая, живая. настояшая. Если ты похудеешь, - сказал он вдруг серьёзно. - я больше не появлюсь на твоём пороге. Я замерла.

Что? - выдохнула я.

Ты слышала. Мне нравишься ты. Такая. Не урезанная, не засушенная. Не худая фифа с куриными рёбрами. А моя Света. С формами, с красными губами. Я если захочу худую -- найду любую. Но я хочу тебя. Ты странный, Константин.

Я знаю, мне говорили.

Он снова начал целовать меня. На этот раз - нетерпеливо, срывая одежду, путаясь в пуговицах. Я отвечала ему тем же.

Мы упали на пол. Прямо на ковёр, продавленный, старый, с бабушкиным узором. Неудобно. Тесно. Здесь жёстко, - прошептала я.

Терпи, - ответил он, расстегивая ремень

Он перевернул меня на живот, приподнял бёдра. Я почувствовала, как его пальцы скользят между ягодиц, густо смазывают чем-то холодным - он достал презерватив? Нет, тюбик. Что это? - спросила я.

Смазка. Я хочу кое-что попробовать. Если ты разрешишь.

Что?

- Анал.

У меня перехватило дыхание.

Я никогда... - начала я.

- Я знаю. Поэтому буду осторожен. Я буду твоим первым.

Он порвал мои трусики - просто разорвал их руками, и кружево жалобно затрещало. Мне стало жаль - они были красивые, новые. Но это чувство утонуло в другом, когда он приставил головку к тугим складкам.- Расслабься, - прошептал он. - Дыши.

Он вошёл медленно. Сантиметр за сантиметром, давая мне привыкнуть. Я закусила губу до крови, вцепилась в ворс ковра. Было больно - остро, непривычно. Но Костя не торопился, гладил мою спину, шептал что-то нежное. Хорошо? - спросил он, когда вошёл полностью.

Терпимо, выдавила я.

Сейчас будет лучше.

Он начал двигаться - плавно, едва заметно. Сначала боль пульсировала в такт его движениям, но постепенно она уходила, сменяясь другим ощущением - странным, глубоким, распирающим. Я застонала.

- Тебе нравится? - спросил он.

- Не знаю... кажется, да.

Он ускорился. Теперь я чувствовала каждое его движение - не только в анусе, но и внутри, глубоко, где-то у самого нутра. Параллельно его рука скользнула между моих ног, нашла клитор, начала ласкать.

Оргазм накрыл меня волной - неожиданно, ярко, как гром среди ясного неба. Я кончила с криком, сжимаясь вокруг него так сильно, что он зарычал и кончил следом, конвульсивно вбиваясь в меня. Мы лежали на полу, мокрые, липкие, не в силах подняться.

Это действительно был твой первый раз? - спросил он, гладя мои волосы. Да.

Как ощущения?

Колоссальные, - выдохнула я. - Я даже не знала, что так бывает. Бывает, - он поцеловал меня в ягодицу. - Со мной будет много такого. Теперь ясно? Ясно.

Мы пролежали на полу ещё час. Он рассказывал о своём бизнесе, о том, как трудно было начинать, о китайских командировках и бессонных ночах на складе. Я слушала, положив голову ему на грудь, и впервые за долгое время чувствовала себя спокойно.

Не потому, что он богат. Не потому, что красив.

Потому что он видел меня. Настоящую. Со всеми моими комплексами, складками, килограммами. И не сбежал.

Мне пора, сказал он, когда за окном потемнело. - Завтра переговоры в девять утра. Мне тоже на работу, - вспомнила я.

Тогда созвонимся.

Он ушёл. Просто поцеловал меня на пороге и уехал. Но теперь у меня был его номер - он набрал его сам, и мой телефон завибрировал, сохраняя контакт.

«Константин».

Я добавила сердечко.

Понедельник.

Я шла на работу, счастливая и окрылённая. Сумка оттягивала плечо, в ушах играла музыка, и я даже не заметила, как вышла из метро раньше нужной остановки. Пришлось идти пешком, но я не жалела - хотелось вдыхать этот холодный осенний воздух, смотреть на листья, на прохожих.

Их лица казались мне красивыми. Все.

На углу у офиса стояла девушка.

Худая. Темноволосая. В дорогом пальто и сапогах на шпильке. Она курила, стряхивая пепел на асфальт, и смотрела прямо на меня.

Я хотела пройти мимо. Но она шагнула вперёд, преграждая путь. Ты - Света? - спросила она. Голос - скрипучий, пропитанный никотином. А вы?

Мария. Бывшая жена Константина.

У меня похолодели руки.

- Чем обязана? - спросила я спокойно, хотя внутри всё затряслось. Она усмехнулась. Рассмотрела меня с ног до головы - оценивающе, презрительно. Ничего особенного, - процедила она. - Я думала, он нашёл хотя бы модель. А он нашёл... жируху. Вы что-то хотели? - я сжала сумку так, что руки начали неметь. Хотела предупредить, она сделала шаг ближе. - Ты спишь с моим мужем. С бывшим мужем.

Какая разница? она махнула рукой. - Он мой. И я не собираюсь его отдавать какой-то... Договаривайте, - сказала я тихо. - Только потом не жалейте.

Она посмотрела на меня удивлённо. Видимо, ожидала слёз.

- Он совсем голову потерял, - сказала она. - Не хочет разговаривать со мной. На звонки не отвечает. Адвоката нанял. Ты, наверное, так на него повлияла.

Я не влияю на его решения.

А зря, - её глаза сузились.

- Вот что, жируха. Ты уговоришь его отдать мне больше чем половину имущества. Иначе я испорчу тебе жизнь. Как?

Расскажу всем, кто ты есть. Найду твоих коллег, твою маму, твоих друзей. Они узнают, что их Светочка - шлюха, которая спит с чужими мужьями.

Вы разведены, - повторила я.

Какая разница? Люди поверят мне. Ты толстая, а я красивая. Кто будет слушать тебя? Я смотрела на неё. На её выпирающие ключицы, на тонкие запястья, на лицо, которое, наверное, было красивым, если не смотреть в глаза. А в глазах была пустота. И злоба.

- Мария, - сказала я спокойно. - Я не буду вмешиваться в ваш развод. Это не моё дело. А насчёт угроз... жизнь у меня и так не сахар. Хуже, чем сейчас, уже не будет. Можете попробовать. Я развернулась и пошла.

Она крикнула что-то вслед, но я не расслышала. В ушах шумела кровь. На работе я просидела как на иголках. Письма не читала, отчёт не делала. Смотрела в окно и прокручивала разговор.