Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 70 из 93

26. Гоша. Долгие руки Москвы

Гоша уже изнывал от ожидания и смутного беспокойства, когда Милена всё же соизволила вернуться со своих съемок. Их с Тамарой поездка в пустыню заняла больше суток. Вернувшись к вечеру следующего дня, она, надо полагать, сразу завалилась спать. Поэтому Степашкин не стал ее сразу беспокоить. Он выждал несколько часов, но ближе к полуночи терпение его иссякло.

Трахаться можно и во сне, рассуждал он. Я ведь многого и не прошу. Да и секс не главное, можно просто поговорить. Только чтобы без трусов. Честно признаться, стояк весьма мешал его размышлениям, внося в них путаницу и раздрай.

Дверь в номер Милены была не заперта. Хороший знак. Рыжая женщина лежала в постели, выпростав из-под одеяла голую ногу с красным педикюром. Черная повязка для глаз была чуть сдвинута, и из-под нее зеленый глаз хищницы что-то читал в телефоне.

— Привет, — сказал Гоша. — Не спишь?

— Сплю, — буркнула она.

— Прости, — сказал он. — Ничего у нас с ней не было.

— Так простить или не было?

Гоша рассказал про шерстяной покров Стефы, деликатно опустив свой последующий «эксперимент».

— А я знаю, — ухмыльнулась Милена, сразу поверившая в его невиновность. — Думаешь, почему Тамара взяла в итоге меня? Не хотела ведь, сучка! Считала, что я недостаточно девственна. Прикинь?

— Возмутительно, — согласился Гоша. — Девственней тебя бабы не найти.

— Вот именно! А она искала молоденькую. Ну и обломалась в итоге. Они все в зарослях мха, и бриться не хотят. Говорят, если побрить, еще пуще расти будет. Даже лазерная эпиляция не спасает.

— Как съемки прошли?

— Весело! Все основные сцены сняли. Еще что-то в городе доснимут, а остальное будут в студии делать.

Гоша присел на край кровати и погладил гладкую голую ногу Милены. Охуительная нога, подумал он. Хорошо, что я ее спас от рекультиватора. Милена лежала, как ни в чем ни бывало, даже не лягнула его. В черной повязке, приподнятой с одного глаза, она походила на пирата. Он нагнулся и опасливо поцеловал ее. Она обвила его руками и подалась вверх, засасывая в себя его губы и обдавая восхитительным запахом самой себя. Гоша понял, что ему включили зеленый свет, и, отринув все сомнения, дал по газам.

Всё закончилось быстро. Гоша опасался, что Милена будет недовольна, но она выбрала наилучшую трактовку:

— Соскучился? — разнеженно потянулась она.

— Еще как! — радостно подтвердил Гоша, чмокая ее в плечо. — Еле-еле дождался.

Неудачный секс всегда можно компенсировать деньгами или комплиментами. Степашкин предпочитал второе.

— Ну рассказывай, как съездила?

Гоша откинулся на подушку и представил, что курит. Он часто так делал, когда хотел курить. Подносил два пальца ко рту и расслабленно дул. Иногда помогало.

— Ой, да весело было. Ехали правда ужас как долго. А потом спали в марсовозе по очереди. А потом оказалось, что этот придурок малолетний, помощник мэра не рассчитал кислород, и пришлось срочно сворачиваться и ехать назад.

— Есть подозрение, что всё он рассчитал, — предположил Гоша. — Просто надоело вас караулить и захотел домой.

— Да ну прям! Он вообще-то тоже роль получил. Антогониста!

— Чего? Это как «асталависта»? Терминатора, что ли, играл?

— Мда, Степашка. Ну ты и дремуч! Антагонист — это плохой чувак. Они с Сережей дрались за меня.

Она кокетливо улыбнулась и выгнула спинку.

— А постельные сцены были? — ревниво уточнил Гоша.

— Да не было ничего, Отелло! — она игриво толкнула его в плечо. — Только поцелуи в марсовозе.

— Сучка! — беззлобно ругнулся Гоша.

Поцелуи — это еще ладно. Хотя и безобразие.

— Между прочим, этот губошлеп Ник утверждает, что за прошлый год они не добыли полтонны золота.

— Чего?

— Ну помнишь, табличка с цифрами? Там написано, что 520 килограммов добыли, 490 потратили. А 30 куда-то пропало.

— Ты что, реально запомнила все эти цифры⁈

Гоша уставился на нее, как на инопланетянку. Он даже код своего домфона запоминал месяца три. А теперь опять забыл.

— Не все, только по золоту. Ну интересно же. И вообще, я не тупая. — В голосе Милены забулькала обида. — В элитной школе училась вообще-то. Математик говорил, что у меня есть талант.

— А за коленку не хватал при этом?

— Придурок!

Милена попыталась спихнуть его с кровати, но он быстро присек эти маневры, забравшись сверху и зафиксировав ее своими конечностями со всех сторон.

— Значит, говоришь, защищал своего начальника паренек?

— Да он даже не защищал. Сказал, что это типа официальная статистика.

— Очень интересно, — прошептал Гоша, целуя ее влажную от пота шею. Хоть вообще-то ему уже было совсем не интересно.

— Да хватит уже! — вырывалась из-под него рыжая женщина. — Маньяк!

— Я только начал, — сообщил Гоша, затыкая ее рот поцелуем.

Комнату наполнили слабый свет далекого Фобоса и мерный скрип железной кровати.

К завтраку они спустились поздно и сидели за столиком одни. Гоша был этому рад: разговаривать с Юной и остальными попутчиками не очень хотелось. Он и так уже устал от разговоров. Вся его работа на этой дурацкой планете — бесчисленные хождения туда-сюда и разговоры. Он мечтал уже денек помолчать. Желательно, в окружении голой женщины, холодного пивасика и интересного сериала. Но этим мечтам не суждено было сбыться даже частично. В Милене вдруг проснулось любопытство, и она пристала с расспросами. Как он провел два дня без нее?

Пришлось всё рассказать. И про визит на почту, и про поход в больницу, и про разговор с Лидией. И как после визита к Лидии он вернулся в отель, напялил кислородную маску и отправился за периметр. Осмотреть место происшествия. На руки он предусмотрительно надел перчатки, а с собой взял швабру, выпрошенную у горничной отеля. Испуганная девчонка не смогла устоять перед напором его обаяния и синей ксивы.

Этой шваброй Георгий планомерно зачистил каждое пещерное отверстие. Но ничего интересного не нашел. Даже пресловутую сому, о которой уже так много слышал.

— Только кучу мусора выгреб: фантики, пустые бутылки, даже пачку от презика.

— А что, кто-то трахается прямо в пустыне, в кислородных баллонах? — удивилась Милена.

— Извращенцы, — пожал плечами Гоша.