Страница 93 из 93
— Я, в общем, по делу. Ты же скоро на Землю летишь? Можешь посылку передать? Маленькую, — он сложил ладошки, показывая, какая крошечная будет посылка, и торопливо добавил. — А я отблагодарю!
— А я не лечу, — сказала Стефа.
— Как это? — поразился Степашкин. — А мне Игорь Петрович сказал…
Стефа молчала. Она не знала, как объяснить, не получалось подобрать правильных слов. Всё, что она сейчас скажет, прозвучит полным идиотизмом. Пафосным и фальшивым. И да, возможно, она делает глупость, о которой будет жалеть всю жизнь. Да нет. Не «возможно», а точно! Но она не может, просто не может. Не может бросить мужчину, который ей так нужен сейчас. И которому нужна она. А там… Там ее никто не ждет. Чужие люди, чужая планета.
Запахло горелым. Стефа с воплем подскочила к плитке, повернула тумблер и подняла в воздух сковородку с черно-угольными кабачками.
— Прости, — сказал Гоша. — Отвлек тебя. Так ты решила остаться? Из-за парня своего?
Стефа кивнула.
— Вот и молодец, — похвалил он. — Не то, что некоторые… Я даже рад. Одним хорошим человеком на Марсе будет больше. Но… Ты хорошо подумала?
— Я люблю его. А любовь дороже креветок. Хочу жить и чувствовать себя кому-то нужной. По большому счету, ничего важнее этого и нет в жизни.
— Ты очень красиво говоришь, — сказал Гоша. — Может, книжку напишешь?
— Делать мне, что ли, нечего? — рассмеялась Стефа.
Спустя неделю Гоша всё-таки пошел в баню с Игорем Петровичем и ребятами из отделения. Наладить рабочие отношения, ну и просто — время убить. Новый начальник всё уговаривал девочек позвать:
— Я за семейные ценности и против всякой грязи, — объяснил он. — Но в бане не считается. В бане чисто.
От девочек Гоша отказался. Не хотелось ничего такого. Да и дорого.
И вот, сидя в парной, на пористой реголитной скамье (этот материал использовали везде, только что не ели), прикрытой полотенцем, и глядя на шерстяные тела новых коллег, Гоша думал о превратностях своей жизни.
Может, и хорошо, что так сложилось? Может, и к лучшему? На Земле он был винтиком гигантской неповоротливой машины, прокладкой между человеком и протоколом. Имитация работы, имитация жизни. А здесь он сможет проявить себя. Бороться с настоящими преступниками, а не с несчастными книголюбами. Защищать обиженных и обездоленных. Разве не об этом он мечтал в детстве? А если не ради мечты, то ради чего вообще имеет смысл жить? Ведь не ради жратвы и бухла, которые — один хрен — превратятся на выходе в непривлекательную субстанцию, в которую, по большому счету, превращается и жизнь без цели, без мечты. Да и наличие баньки как-то примиряло с марсианской действительностью.
Его размышления прервал Игорь Петрович. Начальник полиции грузно поднялся и плеснул на камни какую-то жидкость из флакончика. Камни зашипели, поплыл пар и кайфово запахло хвоей.
— Эх, хорошо! — добродушно пробасил начальник.
— Нормально, — согласился Гоша.
КОНЕЦ