Страница 38 из 93
14. Гоша. Прибытие
Гоша никак не мог осознать, что это правда. Он, Георгий Степашкин, простой парень из Люберец, стоял своими армейскими ботинками на марсианской земле. На самой дальней точке во вселенной, куда простиралась власть Российской Федерации. А еще говорят, что мечты не сбываются. Врут! Он, правда, никогда о таком не мечтал, но все же.
Кряхтя и тихо матерясь, подошла Милена со своим желтым чемоданом. Свободной рукой она безуспешно пыталась приладить кислородную маску. Гоша забрал у нее чемодан, помог застегнуть маску и прицепить к поясу баллон. Она с благодарностью кивнула, с непривычки широко раздувая ноздри. После они пошли к выходу. Гоша тащил свою клеенчатую сумку и чемодан спутницы, а Милена цокала на каблуках, спотыкаясь и чертыхаясь каждые пару метров. Космопорта как такового на Марсе не было. То есть не было здания из стекла и бетона с эскалаторами, кафешками и девушками в синих пилотках. А была только широкая огороженная площадка, выкрашенная синим. Плотный синий песок с синими трещинами и мелкими синими камешками. Считалось, что синий цвет лучше всего контрастирует с марсианскими красно-рыжими пейзажами, и к тому же на планете отсутствуют естественные объекты синего цвета. Потому в синий красили и космодром, и марсовозы, и новые марсоходы. Все это Гоша узнал от Пупы с Лупой, которые шли впереди и умудрялись переговариваться сквозь ПВХ кислородной маски.
Навстречу им проехал мужик в болотной форме на машине, напоминающей погрузчик в аэропорту. Наверное, ехал разгружать корабль. Не зря же весь экипаж, кроме Юны, остался на корабле. Юна бодро шла впереди, широко махая руками. Кажется, она была счастлива скинуть затянувшееся бремя и сдать надоевших постояльцев на поруки местным властям. Они подошли к небольшому модулю КПП, и Юна велела заходить по двое. Гоша с Миленой зашли первыми. Пройдя тесный шлюз, они оказались в неказистой комнатенке. За столом сидел мужик с квадратным подбородком и тоже в болотной форме. По виду немец или кто-то из этих. Мужик глянул на них и сделал жест, будто сдергивает кожу с лица. Гоша догадался, чего тот хочет и с облегчением стянул свою маску. Милена с сомнением огляделась и тоже освободилась. Кислород в комнате был.
Немец хмуро что-то гаркнул, и из динамика над ними ласково заговорил автоматический переводчик:
— Паспорта, пожалуйста.
Отсканировав их карточки и записав цель визита («туризм» и «служебная командировка»), немец вдруг криво улыбнулся одним уголком рта и спросил:
— Как там погода на Земле?
— Холодно, — сказала Милена. — Зима.
— Вы не знаете, что такое «холодно», фройляйн, — покачал головой немец. — На Земле не бывает холодно. Найн!
Он с усилием приподнял второй уголок губ, сделав улыбку симметричной, и протянул их паспорта: — Добро пожаловать на Марс.
Они снова натянули маски и вышли через другой шлюз наружу. Там уже ждал синий марсовоз размером с микроавтобус. Милена залезла внутрь, а Гоша остановился, ожидая остальных. Было совсем не холодно, даже жарко в его свитере. Солнце клонилось к горизонту, такое же желтое, как на Земле, только меньше размером. Пейзаж вокруг не отличался живописностью. Сухой потрескавшийся песок, барханы, мелкие камешки и крупные каменюки неизвестной породы. И совсем он не красный! Скорее… Гоша с усилием подобрал слово: мутно-оранжевый. С вкраплениями охры, серого и коричневого.
Он вспомнил, как ездил в гости к теще на Урал. К бывшей теще, поправил он сам себя. В городе Богданович есть глиняные карьеры, которые так и называют: «Уральский Марс». Непохоже, решил он. Там и озера, и лес вокруг, и небо голубое, облака есть. А на Марсе даже небо какое-то странное. Тусклое, однотонное, и по цвету… Хрен поймешь. Бежевое, что ли? Нет, скорее бледно-розовое. Он таких оттенков и не видел на земле.
Гоша переключил внимание на марсовоз. Машинка явно видала виды. Огромные колеса с полустертыми протекторами, царапины на кузове с рыжим налетом: смесь ржавчины и местного песка. На крыше торчала солнечная панель.
Из КПП вышли Тамара с Рафиком, затем Пупа с Лупой, и все стали грузиться в машину. Гоша тоже залез и примостился к краю, прижатый туловом режиссерки к двери. За рулем сидел парень лет тридцати в черной бейсболке и темных очках, натянутых поверх кислородной маски. Он помахал им рукой и закрыл автоматические двери. Затем что-то нажал, и машина бесшумно поехала. Слышен был только тихий гул откуда-то из-под руля. Спустя пару минут парень посмотрел на приборную панель и стянул маску. Лицо у него было круглое и мягкое, а губы пухлые, как у губановой рыбы. Пупа с Лупой тут же последовали его примеру. Гоша выждал минуту и, убедившись, что никто не помер, тоже снял маску. В конце концов, в маске остался только Рафаэль, хотя, судя по зеленоватому оттенку его лица, кислорода ему всё равно не хватало.
— Добро пожаловать на Марс, — проговорил водитель. — Меня зовут Ник, я помощник Владимира Васильевича, губернатора Марсианской области Российской Федерации. Хотя местные называют его мэром, так повелось. Сейчас я отвезу вас к месту ночевки, а в дальнейшем буду помогать с возникающими вопросами. Чтобы пользоваться местной связью и марсианским интернетом, надо будет загрузить электронную сим-карту, с этим вам помогут в отеле. Также для совершения покупок скачайте наше банковское приложение. Найти меня можно в Ратуше, но лучше звоните по телефону.
— А в какой отель вы нас везете? — спросила Милена.
— В лучший! — усмехнулся Ник. — В самый лучший, самый дорогой и самый элитный отель, а по совместительству — единственный в нашей Марсоруси. Это неофициальное название городка, так уж повелось. Между прочим, примерно через час начнется закат, так что рекомендую попросить номер на верхнем этаже и с видом на запад. Здесь у нас, как на Земле: солнце всходит на востоке и садится на западе. Наши синие закаты всех туристов восхищают и завораживают. Если, конечно, встречать их в теплом месте, а не на улице, не то околеешь от восхищения. Кстати, господа, кто-нибудь привез сигареты?
Оказалось, что никто не привез. Толстые губы помощника мэра бесшумно шевельнулись. Гоша отчетливо прочел по ним: «Суки!»