Страница 6 из 47
Рейдаль посмотрел на меня с раздражением.
— Вы собираетесь проверять наши кладовые?
— Я собираюсь понять, сколько времени у нас осталось до того, как проблема с мостом станет серьёзнее самого моста.
— Это уже не ваша проблема.
— Документ, подписанный Советом, утверждает обратное.
— Документ считает нас частью переданного имущества.
— Я так не считаю.
— Но землю приняли вместе с нами.
— Я приняла ответственность за владение. Вы не указаны в перечне построек, хотя писцы Совета, вероятно, не отказались бы от такой формулировки.
На лице Рейдаля ничего не изменилось, но он перестал смотреть в сторону северного уступа.
— Красивые слова ничего не стоят.
— Тогда не будем тратить на них время. Покажите мне запасы.
— Нет.
Ответ прозвучал спокойно, без угрозы. Я почувствовала, что жители ждут моего следующего шага. Если попытаюсь потребовать повиновения, Рейдаль получит доказательство, что я ничем не отличаюсь от прежнего владельца. Если отступлю, они решат, что Соррен был прав и первая трудность заставила меня отказаться от намерений.
Однако существовал ещё третий путь.
— Хорошо, — сказала я. — Не показывайте.
Рейдаль нахмурился.
— Вы снова собираетесь уйти?
— Собираюсь посмотреть на поселение. Если мне не позволят войти в кладовую, я хотя бы увижу, сколько дыма идёт из труб, в каком состоянии дома и что люди ели сегодня вечером. Этого хватит для первых выводов.
Мейра тихо хмыкнула.
— Соррен прислал нам хозяйку, которая считает чужие трубы.
— Соррен прислал вам женщину, от которой хотел избавиться. Всё остальное я выбрала сама.
Я подняла папку с документами, которую до сих пор держала под мышкой.
— Мне нужен сухой угол на три ночи. Не господский дом, не охрана и не слуги. Через три дня вы решите, хотите ли продолжать разговор. До тех пор я не стану отдавать приказы, требовать клятв или вмешиваться в ваши внутренние правила.
— А через три дня? — спросил Рейдаль.
— Через три дня у меня будет достаточно сведений, чтобы предложить решение. У вас будет достаточно времени, чтобы понять, насколько оно вам не нравится.
Кто-то за его спиной рассмеялся. На этот раз Рейдаль не попытался остановить человека взглядом.
— А если мы решим, что вы должны уйти?
— Уйду.
Это обещание далось труднее, чем я ожидала. Тридцатидневный срок не оставлял возможности потерять три дня, а возвращение к заставе означало бы поражение. Но власть, полученная вопреки воле людей, не помогла бы открыть дорогу. Соррен уже пытался управлять Пределом приказами и оставил после себя разрушенный мост.
Рейдаль изучал моё лицо так пристально, будто искал признаки лжи.
— Три ночи, — повторил он. — Потом уйдёте, если община этого потребует.
— Если решение будет принято всеми, а не только вами.
— Здесь никто не подчиняется мне против своей воли.
— Тогда вам нечего опасаться общего решения.
Мейра отвернулась, скрывая улыбку.
Рейдаль медленно выдохнул.
— Идёмте. Пока башня не решила вернуться.
Поселение находилось примерно в четверти часа ходьбы от разрушенного моста. Дорога поднималась между двумя невысокими холмами, затем выходила к широкой площадке, окружённой домами. Я ожидала увидеть заброшенные хижины с провалившимися крышами, но жители сумели сохранить большую часть строений.
Дома были сложены из серого камня и соединены деревянными переходами. На некоторых крышах виднелись свежие заплаты, у стен стояли бочки для дождевой воды, а вдоль центральной улицы тянулись узкие канавы, отводившие влагу к нижнему склону. Слева от площади располагалась кузница, справа — длинное здание с высокими окнами, за которыми угадывались ткацкие рамы.
Поселение не было разрушено.
Оно было изношено.
Здесь чинили только то, без чего невозможно обойтись, и откладывали всё остальное до лучших времён, которые не наступали.
У центрального колодца стояли пустые телеги без колёс. Под навесом хранились аккуратно сложенные доски, однако почти все были слишком короткими для мостовых опор. На огородах темнели прошлогодние стебли, а за домами виднелись полосы подготовленной земли. Люди не собирались покидать долину, несмотря на слова Соррена.
Это означало, что Предел всё ещё оставался для них домом.
Меня привели в небольшое двухэтажное строение у края площади. Когда-то оно, вероятно, служило домом управляющего, но теперь на первом этаже хранились пустые ящики, сломанные рамы и связки старых карт. В комнате наверху стояли узкая кровать, стол и железная жаровня.
— Здесь ночевал всадник Соррена, — сообщил Рейдаль. — До его приезда комната была пустой.
Я осмотрела дверь. На тёмном дереве виднелись только царапины возле ручки и след от старого крючка.
— Он оставался надолго?
— Меньше часа. Передал письмо, дождался ответа и уехал.
— Какого ответа?
— Никакого.
— Тогда чего он ждал?
— Вероятно, надеялся, что мы напишем, как сильно обрадовались новой владелице.
Я положила папку на стол.
— Мне нужно поговорить со всеми жителями.
— Сегодня?
— Чем раньше я узнаю, сколько здесь людей и что они умеют, тем меньше времени мы потеряем.
— Мы ничего вам не должны.
— Поэтому я не стану спрашивать, что вы обязаны делать. Я задам каждому только один вопрос.
— Какой?
— Пусть человек назовёт дело, которое умеет выполнять лучше всего.
Рейдаль прислонился плечом к дверному косяку.
— Соррен уже составлял списки.
— Видела результат.
— И чем ваш список будет отличаться?
— Я не собираюсь распределять людей по работам. Мне нужно понять, какие работы вообще возможны.
— А если никто не придёт?
— Тогда у меня будет ответ на другой вопрос.
Он постоял ещё несколько мгновений, затем вышел, не обещая ничего.
Я осталась одна и впервые за два дня позволила себе сесть.
Ноги гудели после долгой дороги и спуска по склону. Подол платья высох неровными пятнами, волосы выбились из причёски, а всё моё имущество находилось неизвестно где за разрушенным мостом. При мне остались только документы, кошель, дорожный плащ и туфли, которые я так и не успела надеть после перехода через ложбину.
Новая хозяйка Предела выглядела не особенно внушительно.
Я провела ладонями по лицу и заставила себя сосредоточиться.