Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 22 из 47

Сайра взяла шкатулку и ушла к уступу вместе с двумя сопровождающими. Мы не знали, согласятся ли торговцы на обмен, поэтому продолжили работу. Юрвен заново укреплял склон, Тарвен выправлял крюк, братья разбирали повреждённую часть настила.

Рейдаль остался рядом со мной.

— Вчера вы сказали, что позволяли Соррену выдавать ваши решения за свои, — произнёс он. — Сегодня отдаёте последнее, чтобы люди, которые ещё не приняли вас, получили дорогу.

— Не делайте из меня святую. Мне нужна эта дорога не меньше, чем им.

— Я не делаю. Святые обычно хуже разбираются в счетах.

— А вы снова пытаетесь похвалить меня так, чтобы никто не заметил.

— Пока получается?

— Плохо.

Ближе к вечеру на дальнем склоне появилась Сайра. За ней двое мужчин несли свёрнутый канат. Торговцы приняли серьги и брошь, но потребовали дополнительное условие: если переправа будет готова до заката, трое из них войдут в долину, осмотрят караванный двор и решат, стоит ли возвращаться с большим грузом.

Работа возобновилась без нового собрания.

Каждый вернулся к выбранному делу. Даже те, кто утром занимался двором, пришли к ложбине и помогали переносить доски, держать линии и расчищать мокрый камень. Рейдаль больше не пытался распределять людей приказами. Он следил за безопасностью, принимал решения, когда возникала непосредственная опасность, и оставлял мастерам право выбирать способ работы.

Новый канат оказался толще прежнего. Мейра изменила крепления, Тарвен добавил вторую скобу, а Юрвен потребовал закрепить верхнюю точку не в скале, а за большим каменным выступом. Это заняло больше времени, но к закату над ложбиной висели две ровные линии и узкая площадка с деревянными бортами.

Первым на неё встал Рейдаль.

— Мастера должны проверить, — возразила Мейра.

— Вы отвечаете за канаты. Тарвен — за металл. Братья — за настил. Я отвечаю за человека, который окажется внутри.

— И решили, что этим человеком будете вы?

— Я тяжелее Элварис.

— Какая трогательная причина, — сказала я.

Он посмотрел на меня через плечо.

— Если площадка оборвётся, вы хотя бы сможете сказать, что предупреждали.

— Предпочитаю оказаться неправой.

Площадка прошла над ложбиной медленно, раскачиваясь на ветру. Рейдаль держался за верхнюю линию и не отводил взгляда от противоположного склона. Когда он ступил на дальнюю сторону, люди вокруг меня заговорили одновременно, но теперь в их голосах не было спора.

Через несколько минут Рейдаль вернулся вместе с первым торговцем.

Его звали Варрен Сейд. Это был коренастый мужчина с аккуратной бородой и привычкой оценивать всё вокруг так, будто перед ним лежал товар. Он проверил канаты, заглянул в ложбину, попросил переправить два ящика и только после этого позволил пройти своим спутникам.

К темноте в Предел вошли трое торговцев и четверо носильщиков. По грузовой линии переправили семена, муку, плотную ткань, железные заготовки и несколько ящиков хозяйственных товаров. Основная повозка осталась снаружи, но впервые за четыре года люди пришли в долину не по северному уступу.

Караванный двор оказался готов принять их.

Варрен осмотрел помещения, весы и свободную площадку. Затем заинтересовался работами местных мастеров. Мейра показала канаты, Тарвен — скобы и дверные петли, ткачи принесли полотно, которое несколько лет не могли вывезти из долины. Торговцы купили почти всё, что можно было унести обратно небольшими партиями.

Эсвель записывала каждую сделку.

Первые монеты легли на стол перед жителями Предела ещё до окончания вечера.

Не подачка Соррена, не редкая плата за случайную работу за пределами долины и не обещание будущих поставок. Собственный доход за товары и безопасный проход.

Варрен согласился вернуться через десять дней с новой группой, если переправа сохранится и жители подготовят место для хранения груза. За пользование двором и канатной дорогой он внёс отдельную плату.

Когда торговцы разместились в комнатах, на площади накрыли общий ужин. Никто не планировал праздника, но каждая семья принесла что-нибудь из своих запасов. На длинных досках появились хлеб, печёные овощи, мясо, яблоки и горячий ягодный напиток.

Я села не во главе стола, а между Мейрой и Эсвель. Рейдаль расположился напротив.

Эсвель объявила общую сумму дохода и предложила разделить её на три части: оплату мастерам, закупку материалов и запас поселения. Никто не возражал против трёх ключей от денежного сундука. Третий ключ община решила доверить Невре, потому что она представляла род Северных троп и не участвовала в торговых расчётах.

После этого Рейдаль напомнил о моём обещании.

Три ночи, которые я просила у жителей, закончились.

— Решение можно отложить до утра, — сказал он.

— Нет, — ответила я. — Если люди хотят, чтобы я ушла, я должна узнать это сейчас, а не после того, как начну распоряжаться завтрашними работами.

Голосование провели без речей. Каждый взрослый житель положил на стол светлый или тёмный камень. Светлый означал, что я могу остаться до окончания тридцатидневного срока. Тёмный — что должна покинуть долину.

Тёмных камней оказалось семь.

Светлых — тридцать шесть.

Это не было признанием меня альфой и не означало полного доверия. Мне дали время, потому что дорога впервые принесла результат.

Такой выбор стоил больше любой клятвы, произнесённой под чужим голосом.

Я подняла взгляд на Рейдаля. Он держал в руке кружку и смотрел на груду светлых камней.

— Какой положили вы? — спросила я.

— Голосование тайное.

— В долине из сорока трёх человек трудно сохранить тайну.

— Тогда можете провести хозяйственное расследование.

— Вы уклоняетесь от ответа.

— Наслаждаюсь редкой возможностью.

Мейра вмешалась:

— Он положил светлый. Я видела.

Рейдаль посмотрел на неё с притворным возмущением.

— Напомните завтра проверить все ваши канаты лично.

— Проверяйте. Может быть, тогда наконец научитесь отличать хороший узел от капитанского.

Он рассмеялся.

Не усмехнулся одним уголком рта и не позволил улыбке исчезнуть прежде, чем её заметят. Рассмеялся открыто, запрокинув голову, и на несколько мгновений светлая полоса на его щеке перестала казаться следом старой вины.

Я поймала себя на том, что улыбаюсь в ответ.

В этот момент со стороны дороги прозвучал сигнал караульного.