Страница 10 из 19
Глава10. Литания боли
Холодный кислотный дождь не прекращался ни на минуту, превращая штрафной лагерь «Омега» в гигантскую зловонную лужу.
Здесь, за рядами колючей проволоки под напряжением и башнями с тяжелыми болтерами, медленно умирали тысячи людей. Дезертиры, трусы, еретики и просто те, кому не повезло оказаться не в том месте. Они рыли бесконечные траншеи в каменистом грунте, пока надсмотрщики с электрохлыстами отсчитывали их последние часы.
А чтобы заглушить крики тех, кого забирали на допрос, громкоговорители лагеря непрерывно транслировали хриплое, заунывное пение хора сервиторов — бесконечные литании покаяния, разносившиеся над грязевым адом.
В командном бункере Инквизитора было тепло и сухо. В углу тихо гудел генератор очистителя воздуха, наполняя помещение легким ароматом сандала, резко контрастирующим с вонью лагеря.
Сентенца сидел за массивным столом из темного дерева, неторопливо разрезая стейк из искусственно выращенного мяса. Рядом стоял хрустальный бокал с рубиновым амасеком столетней выдержки. Инквизитор был без шляпы и шинели, в строгом черном мундире Ордо Еретикус.
Дверь со скрежетом открылась. Двое штурмовиков втащили в кабинет Крокса. Бывший сержант был избит, закован в тяжелые кандалы, а его фальшивая гвардейская униформа превратилась в мокрые лохмотья. Его бросили на колени перед столом.
Сентенца аккуратно положил нож и вилку. Промокнул губы белоснежной салфеткой.
— Крокс, — тихо произнес Инквизитор, глядя на пленника своими холодными, мертвыми глазами. — «Мясник из траншей». Семь тысяч тронов за голову. И, по совместительству, последний человек, который видел курьера Муниторума по имени Джексон живым.
Крокс тяжело задышал, сплевывая на металлический пол кровь пополам с грязью.
— Я не знаю никаких курьеров. Мы с напарником отстали от полка…
Сентенца чуть заметно вздохнул, словно расстроенный учитель. Он щелкнул пальцами.
Из тени за спиной Крокса шагнул массивный силуэт. Это был сервитор-палач — гротескное слияние мертвой плоти и аугметики. Вместо правой руки у него был установлен силовой молот со скругленными краями, предназначенный не для убийства, а для причинения максимальной боли без перелома костей, а вместо левой — инъектор с коктейлем химических стимуляторов, не дающих жертве потерять сознание.
— Вы, отбросы пустошей, всегда начинаете с одного и того же, — Сентенца взял бокал и сделал маленький глоток. — Джексон мертв. Конвой пропал. А ты и твой молчаливый друг оказались в нужное время в нужном месте. Где адамантий, Крокс?
— Пошел ты в Око Ужаса, легавый… — прохрипел Крокс, пытаясь подняться, но тяжелый сапог штурмовика вдавил его обратно в пол.
Сентенца кивнул сервитору.
Машина шагнула вперед. Силовой молот с гудением обрушился на спину Крокса. Бывший сержант взвыл — звук удара эхом разнесся по бункеру, но тут же потонул в резко усилившемся пении хора сервиторов из внешних репродукторов.
— Музыка в этом лагере просто отвратительна, — поморщился Сентенца, отрезая еще один кусочек мяса. — Но она отлично скрывает фальшивые ноты тех, кто не желает говорить правду. Продолжай.
Следующие полчаса превратились для Крокса в абсолютный кошмар. Сервитор методично отбивал ему внутренности, нанося удары с математической точностью. Каждый раз, когда Крокс был готов провалиться в спасительное забытье, холодная игла инъектора впивалась ему в шею, вливая в кровь порцию адреналина и обостряя нервные окончания.
Сентенца тем временем закончил с трапезой, закурил тонкую сигару и с легким интересом наблюдал за процессом, словно смотрел пикт-запись скучного театрального представления.
— Хва-а-тит… — наконец простонал Крокс. Он лежал на боку в луже собственной крови и рвоты. Его изуродованное радиацией лицо превратилось в сплошной синяк. — Хватит… я скажу…
Сентенца поднял руку. Сервитор мгновенно замер, отведя молот.
Инквизитор встал из-за стола, подошел к Кроксу и присел на корточки, не обращая внимания на то, что полы его безупречного мундира касаются грязного пола.
— Я слушаю, — прошептал Сентенца, пуская клуб сизого дыма прямо в лицо пленнику.
— Некрополь… — Крокс закашлялся, из его рта вырвался кровавый пузырь. — Некрополь улья Таркус. На огромном кладбище.
Глаза Инквизитора торжествующе блеснули. Но он быстро взял себя в руки.
— Двести тысяч могил, Крокс. Мне нужно имя.
Крокс попытался рассмеяться, но звук превратился в жалкий клекот. Он поднял свой заплывший глаз на Сентенцу. В его взгляде читалась ядовитая, извращенная радость человека, который тянет врага за собой в Бездну.
— А я его не знаю… — выдохнул Крокс. — Джексон сказал имя ему… Кастиэлю. Тому парню со шрамами, которого вы взяли вместе со мной. Только он знает имя могилы, инквизитор. Я знаю место, он — имя.
Улыбка сошла с лица Сентенцы. Он медленно поднялся. Холодная ярость сковала его черты. Он понял, что зря потратил время, избивая не того человека.
— Охрана, — резко бросил Инквизитор, отходя к столу. — Бросьте этот кусок мяса в одиночный карцер. И приведите ко мне второго пленника. Приведите мне Кастиэля. Живым и невредимым.
Сентенца затушил сигару о край хрустальной пепельницы. Крокса вытащили из кабинета, оставляя за ним кровавый след на полу.
Теперь Плохому предстояло договориться с Хорошим. И Сентенца понимал: с таким человеком, как Кастиэль, пытки не сработают. Здесь нужна была другая игра.
Дождь снаружи все так же барабанил по феррокритовой крыше бункера, но внутри царила спокойная, почти деловая атмосфера.