Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 73 из 81

Смотрю на него и с трудом подавляю горькую усмешку. Поверить в то, что мать отравит родное дитя логичнее, чем допустить возможность, что это сделает соперница? Хотя при чем тут логика, когда закон всегда старается остаться на стороне, выгодной мужчинам?

— Об этом мне сказала Эмили. К тому же я не знаю, где можно достать такие опасные яды, как этот. И думаю все, кто наблюдал за моей жизнью, могут подтвердить тот факт, что я всегда была на виду, не посещала сомнительных мест и не заводила сомнительных знакомств.

— Хочешь сказать, что Мэри творила подобное? Ты просто пытаешься ее очернить! — выкрикивает Мадлен, получает замечание от судьи, но чувствует себя не поруганной, а победившей. Она ведь успела защитить дочь и посеять зерно сомнения в умах пустующих. Так она думает?

Кидаю взгляд на Эласа, а он похож на мертвеца, поднятого из могилы. Почти не дышит, взгляд намертво приклеен к полу.

— Позвольте представить еще одно доказательство, Ваша Светлость, — говорю я и поднимаю следующий лист. — Это чистосердечное признание сторожа из приюта, где я работаю. И здесь сказано, что он по приказу леди Мадлен Боуэн собирался поставить под сомнение мою честь и жизнь, но, в результате неправильного расчета, едва не погубил Эмили. Теперь вы понимаете, почему ни я, ни дочь ни при каких обстоятельствах не вернемся в этот дом?

— Это неправда! — выкрикивает Мадлен.

— Увы, тетушка. Все показания получены в присутствии представителей закона. И уверена, они как раз ищут вас в этот самый момент.

— В присутствии каких представителей? Тех, что нанял лорд, за которым ты бегаешь? — выкрикивает Мари, и Элас кидает на нее такой взгляд, что бедняжка чуть ли не падает в обморок.

Но маменька поддерживает:

— Это все ложь, ваша Светлость, лорд Эргорн! Это все ее происки! Зачем нам с Мари вредить Эмили? Мы — одна семья! И Мари всегда любила Эмили как дочь! — заявляет Мадлен.

— Может, чтобы у мужа вашей дочери не было повода взаимодействовать с первой женой, которую вы хотели устранить? А может, и моя ипостась исчезла не случайно? — спрашиваю я, и в зале повисает та самая тишина, которую нельзя упускать.

— Когда я была на сносях, вы обе были частыми гостями в доме Эргорн, говоря, что заботитесь обо мне. А затем вдруг трое слуг уволились после тяжелых родов и потери ипостаси. Возможно, вы уже тогда хотели избавиться от наследников, чтобы было проще покончить с женщиной, неспособной родить наследника? — спрашиваю я и вижу, как маленькие глазки тетушки вспыхивают таким огнем, будто она вот-вот сорвется с места и выцарапает мне глаза.

Вот только не делает этого. И вовсе не из-за судьи и не из-за толпы свидетелей, а потому что ловит на себе убийственный взгляд Эласа.

— Это наговор! Беспочвенные обвинения! — вопит тетушка. — Ты просто пытаешься нас очернить из мести!

— Ложь это или правда, сможем узнать после того, как допросят уволившихся слуг. Кстати, их нашли этим утром, — сообщаю родственницам, и те бледнеют на глазах.

— Какая же ты хитрая и подлая дрянь! — рычит Мадлен, а затем кидает взгляд к судье. — Это заговор, Ваша Светлость! Она все спланировала, чтобы попросту избавиться от моей дочери, получившей статус новой жены.

— Тогда и этот документ — неправда? — спрашиваю я, демонстрируя последний документ. — Тут показания пяти человек, видевших вас в запретных аллеях аккурат перед тем, как отравили ипостась Эмили!

— Да, это ложь! — продолжает отнекиваться тетя. — Аврора связалась со своим старым любовником, чтобы заручиться силой и властью, и все, что она сейчас говорит, — неправда. Они заплатили и лекарю, и другим участникам клеветы!

— Любовника? Это опасное заявление, леди! И с чего вы решили, что ваши слова перевешивают все те, что написаны? — гаркает судья, резко переменивший сторону.

— А с того, что у меня есть более серьезное доказательство, чем просто слова. Доказательства, что Эмили — дочь не Эласа Эргорна, а лорда Гардера! — заявляет Мадлен, и у меня волосы встают дыбом.