Страница 58 из 81
Глава 16. Столкновение
Возле угла здания стоит настолько свирепый мужчина, что не сразу узнаю в обострившихся чертах его лица лорда Гардера. Кажется, что даже глаза сменили цвет с голубого на чёрный.
Эластер, увидев дракона, напрягается так, что сжимает запястье до боли. Тут же всхлипываю, не сдержав слез, и Элас, опомнившись, отпускает мою руку.
Тут же прижимаю ее к груди и отхожу на пару шагов в сторону. Элас за мной, то тут как тут меж нами стеной встает лорд, закрывая меня своей широкой спиной, и лицом к лицу Эргорна.
— Ты дико не вовремя, — рычит муж. И говорит он с лордом так, будто они знакомы.
— То же самое могу сказать о тебе. Напугал сотрудницу и половину воспитанников приюта. Так подобает себя вести представителю высших кругов? — спрашивает Гардер, а его голос звучит настолько неестественно спокойно, будто воскресшему мертвецу принадлежит.
Даже мурашки идут по телу.
— Этого бы не произошло, если бы не ты, как я полагаю. Знал ведь, кого нанимал? — рычит сквозь зубы опьянённый злостью Элас, и спустя секунду, так и вовсе взрывается. Кидает бешеный взгляд на меня через широкое плечо Гардера, а затем на него.
— Не успокоился, да? — рычит муж, а затем быстро обходит лорда, пытаясь вновь меня ухватить, и говорит: — А ты чем думала, жена?
Но лорд оказывается быстрее и вновь закрывает своим телом подступ ко мне.
— Настоятельно рекомендую тебе отойти на три шага назад, — предупреждает он таким стальным голосом, что вздрагиваю.
— Не то что? Думаешь, я тебя боюсь? — бесится Элас пуще прежнего, а его зрачки вытягиваются в вертикальные линии, как при обороте в дракона.
— Это приют, где учатся дети. Вздумаешь творить тут насилие, пожалеешь, — отрезает Гардер.
— Хорошо устроился, братец, — только и шипит ему Эластер, прекрасно зная законы Асдевиля.
А вот я застываю. Как он только что назвал Гардера? Братом?
— О, ты не знала, с кем связалась, жёнушка? — тут же замечает мое замешательство муж и смотрит так, будто еще секунда, и он лично меня на казнь отведёт. Наверняка думает обо мне самое гадкое, когда сам таким образом поступил.
— Достаточно! — тут же отсекает Гардер, и его голос уже звучит не так спокойно и властно, а скорее на грани злости.
— О, так она знает о тебе не все? — ядовито скалится Элас, а в его карих глазах вспыхивает еще больше искр безумия.
Что значит «не все»?
— Леди Аврора, у вас, кажется, есть незаконченные дела. Ступайте, — спроваживает меня Гардер.
— Не смей! — тут же приказывает Элас, а затем так впивается взглядом в лорда, что будь на его месте кто-то другой, давно бы со страха умер. — Это моя жена, она никуда не пойдет. Я ее забираю.
— Насколько я понял, ваша жена отказывается идти с вами.
— А это уже не твое дело.
— Мое. Это моя территория, и порядок тут мой. А если продолжишь бесчинствовать, то сюда явятся жандармы, и статус в таком деле не спасёт, — напоминает Гардер, а затем добавляет: — Не искушай меня, и так руки чешутся.
— Так почеши, — предлагает Элас. — Давно ведь хотел устроить со мной схватку, а духу не хватило, да? Решил жену мою соблазнить? Но она у меня скромница, перед кем попало ноги не раздвигает! Так ведь, женушка, или все уже изменилось? — с ядом выдает Эластер и тут же получает кулаком по лицу, да так быстро, что успеваю лишь вскрикнуть. Удар был жестким, точным, таким, что Эласа отбрасывает к карете, но он не падает. Устоял на своих ногах, но обратно в бой не кидается.
Отплёвывается кровью и переводит свой почти безумный взгляд на нас с Гардером.
— Вижу, попал в больное место. Только вот закон теперь на моей стороне, — скалится Элас, а во взгляде я вижу такую лютую ненависть, что тело покрывается невидимыми иглами.
— Так даже лучше, — говорит он. — Потому жену я себе верну. И дочь — тоже. А ты так и останешься наблюдать. Жди, Гардер, и ты, Аврора, жди и моли богов. Я за тобой приду. Скоро… Очень скоро. От меня не спрячешься!
***
Эластер Эргорн:
Гнев пьянит разум настолько, что даже эдр не помогает. Внутри все пылает. Кухня, из которой только что сбежали испуганные слуги, плывет перед глазами, не могу отделаться от воспоминаний этой встречи в проклятом богами забытом приюте. Аврора…
Как ты посмела?! Сбежала, а еще и спуталась… С ним!
Нет! Не спуталась, не посмела бы! Я видел ее глаза, полные злости и возмущения. Видел, как она оскорбилась, и потому боли от удара Гардера даже не ощутил. Ощутил блаженство. Потому что Аврора все еще моя… Пока что моя. И ничьей больше никогда не станет, а если…
— Элас! — раздается тонкий голосок.
Мари вбегает на кухню, замечает в моей руке стакан, а на губах кровь и тут же бледнеет. Большие глаза моментом округляются и наполняются слезами, которые я терпеть не могу.
— Что случилось? — хочет узнать, подходит ближе, а запах ее парфюма, точно напоминающий запах Авроры, выбешивает до предела.
Перед глазами вновь встает эта покорная женщина, которая позволила себе не просто улизнуть, но и спутаться с врагом!
— Не сейчас, Мари, — отсекаю холодно, ибо нужно, чтобы она ушла.
— Ты… — застывает. Не вижу ее, но чувствую, что смотрит на меня своими огромными, полными слез глазами, как на бога, который от нее отвернулся. — Ты нашел ее, да?
— Сказал же: не сейчас, — осекаю еще раз, ибо образ беглянки так терзает воображение, что с ума схожу, и эдр не помогает.
Знаю, что она не такая, как все. Не дала бы к себе коснуться ни одному мужчине, кроме меня, но и Гардер… Он не абы кто. Скользкий плут, едва учуял возможность, явился. Не постеснялся даже того, что она уже моя женщина. Как представлю… Тьма!
Стакан хрустит в пальцах и осыпается осколками на паркет вместе с каплями крови.
Мэри взвизгивает и тут же стихает.
— Элас… — шепчет в ужасе она.
Вот почему не уходит, а?
— Нашел, — рычу ей. — Нашел и жену, и дочь, довольна?
Гаркаю так, что Мари вздрагивает, но я уже устал от ее театра. Ветер подул — она в обморок. На ужин опоздал, так у нее нет аппетита и страшные видения. Не явился ночью, все — низ живота потянуло так, что всех лекарей вызывай. Вот и сейчас по лицу видно, что что-то приключится. Но нет, Мэри лишь смотрит, губы начинают дрожать, а по щекам текут слезы. И молчит. Ждет, когда спрошу.
— Что опять, Мэри?
— Ты… Назвал Аврору женой, — выдавливает с таким видом, будто я ей руку отсек или ногу.
— Да, назвал, Мэри, — цежу сквозь зубы. — А что ты ожидала? Она все еще моя жена, если ты забыла.