Страница 53 из 81
— С добрым утром, леди Аврора, — приветствует Розен. — Вы уже готовы к выступлению перед директором? Собрание начнется через полчаса.
Уже? Так быстро?
Тут же, будто на инстинктах, кидаю взгляд в Гардера, а он даже не смотрит на меня, заглядевшись куда-то за горизонт. Оно и правильно. А я чего вообще на него покосилась?
— Поняла, спасибо за информацию, — киваю директрисе и тут же протягиваю формуляр, которого не хватало для полного комплекта документов.
— Вы… Вы, что, все-таки выполнили обход? — удивляется начальница. Интересная реакция.
— Разумеется, а сейчас, позвольте, я отлучусь в библиотеку на несколько минут? — говорю ей, тут же киваю всем остальным и замечаю на себе пристальный взгляд Гардера. И в его глазах опять полыхают пылающие странные искорки.
Делаю вид, что не заметила, и со всех ног спешу к отдельно стоящему учебному корпусу, на первом этаже которого, как раз, нужный мне зал.
Седовласая старушка сонно зевает, когда я захожу внутрь, а затем и как-то странно улыбается.
— О, леди Аврора, решили с самого утра заглянуть? — выдает она, глядя через прищур.
— Мне нужны вестники, которые я отложила, — сообщаю ей и спешу к стеллажам, но застываю, когда полка оказывается пуста.
— Что такое? — спрашивает старушка.
Хлопает невинными удивленными глазами, а в голосе чувствуются нотки злорадства.
— Здесь были вестники.
— Да, были. Я точно помню, — кивает она и кидается к полке. Хлопает по пустой поверхности пальцами, будто это заставит исчезнувшее вернуться. — Куда они делись? Ума не приложу! Я за ними приглядывала, леди Аврора.
Говорит встревоженно, а в толк взять не могу, она притворяется или нет.
— Неважно, не беспокойтесь, — говорю старушке и прошу ее отойти от стопки других вестников.
Еще в прошлый раз я предположила, что могут найтись те, кто пожелает испортить мое дело. Потому отложила не все вестники, а лишь часть, притом сверху кинула пять абсолютно не подходящих теме, чтобы сбить с толку.
Враг нашелся, украл мои «аргументы», но я предусмотрела план «Б».
Сажусь за стол, беру кипу других вестников и начинаю искать те, из которых должны торчать маленькие бумажки, какими я пометила нужную информацию.
Один, второй, третий. Успеваю собрать лишь дюжину под взгляды ошеломляющей старушки, а затем кидаю взгляд на часы. Время поджимает.
Хватаю то, что есть, и спешу к зданию администрации. Тут же навстречу бегут девочки, целая толпа, которой не терпится узнать, что же будет с их прошением.
— Идите на занятия, я все потом непременно вам расскажу! — обещаю на ходу и даже останавливаюсь, потому что в глазах девушек и едва ли не слезы от угасающей надежды, и страх.
— Все ведь получится, леди Аврора? — Смотрят на меня такими глазами, будто кону жизнь или смерть.
— Я сделаю все, что возможно. Обещаю! — сжимаю холодные дрожащие пальцы Сары, а затем ухожу, ведь нельзя опоздать.
Влетаю в уже пустой холл и слышу голоса наверху. Нужный мне зал находится на третьем этаже, и я едва не задыхаюсь, пока бегу по ступеням вверх.
Пребываю к высоким двустворчатым дверям аккурат, когда входит последний человек — секретарша. Тут же отдергиваю юбку, поправляю прядь, выбившуюся из причёски, за ухо и делаю глубокий вдох, чтобы выровнять дыхание.
Вхожу гордо и смело в залитый солнечным светом зал, в центре которого находится большой стол в форме прямоугольника с дырой по центру. Работники занимают свободные стулья вдоль двух длинных и одной короткой стороны, а четвертая сторона полностью принадлежит значительному мужчине с больши́м животом, на котором до треска натянута бордовая ткань дорого жилета, и таким вторым подбородком, что алая бабочка кажется на его шее удавкой.
— А вот и леди Аврора, — спешит представить меня заведующая, едва хочу пройти к свободному стулу.
Тут же замечаю, что в углу обособленно от обитателей зала, в высоком добротном кресле сидит и Гардер, закинув ногу на ногу и прихватив газету. А рядом уже испускает пар белый фарфоровый чайник и чашка свежезаваренного чая. И выглядит Гардер так, будто ему совершенно нет дела до того, что тут сейчас будет твориться.
— Верно, это я. Рада знакомству, директор Дюлиган, — приветствую я, немного склонив голову в почтении, как того требует иерархия, но мужчину это вовсе не задабривает.
Он кидает беглый взгляд к Гардеру, которому все еще нет дела до происходящего здесь, а затем вновь на меня и резким нервным движением поправляет «удавку».
— Хотел бы я сказать то же самое о вас, леди Аврора, но у меня в бумагах лежит ваше возмутительное прошение, — строго отсекает директор, и все вокруг, за исключением лишь Гардера, вздрагивают.
— Если хотите занять место за этим столом, леди Аврора, немедленно заберите эту абсурдную бумагу! — требует он, и я так и замираю, едва коснувшись пальцами спинки стула.
Стою секунду, вторую под пристальными взглядами присутствующих, ожидающих того, что я наконец-то приду в себя. А у меня перед глазами лишь лица тех девочек, что сходят с ума от ожидания где-то в саду.
— Леди Аврора, — тихо шипит Розен, видя, что я молчу слишком долго, и даже пытается сказать мне что-то взглядом.
Что-то вроде: «Не глупи. У тебя дочь. Хочешь быть уволенной? Этот мир несправедлив!».
Несправедлив. Я боюсь быть уволенной, как раз потому что должна заботиться о дочери. Но моя дочь считает, что мама у нее герой, и готова даже меня ждать, пока я борюсь за правое дело. За победу, которая даст шанс на счастье и для Эми.
Потому я отдергиваю пальцы от стула, вытаскиваю из-под руки стопку вестников.
— Тогда позвольте объяснить необходимость нововведений стоя, господин директор! — выпаливаю я, готовая идти в бой до самого конца!
Опускаю на край стола стопку тех самых вестников и начинаю перечислять имена и даты. Лица присутствующих не вытягиваются в недоумении, вижу, что они хотят меня прервать, и потому сокращаю список.
— Десять, еще двадцать имен вы найдете этих вестниках, а всего их восемьдесят семь! — подытоживаю я, и не позволяя кому-то вставить и слова, продолжаю: — Восемьдесят семь случаев за последние полгода, о которых сообщается в вестниках. Но мы ведь понимаем, что в статьи попадает только часть того, что происходит.
— Каких случаев, леди Аврора? — сердится директор, ибо пока что не понимает, что за ерунду я несу, но в этом и заключается моя тактика.