Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 46

Увидев, что рядом крутится и мой командир 2-го орудия Михаил Пасечник, подозвал его к себе. Поставил ему задачу, в первую очередь во время разборки самолёта проконтролировать, помочь и забрать к себе крупнокалиберный пулемёт, который стреляет через вал винта, для наглядности, показав который и боеприпасы к нему.

Что Пасечник всё сделает, как ему сказали, я нисколько не сомневался, тот уже зарекомендовал себя с добросовестным, вдумчивым, требовательным младшим командиром.

В общем, в этот день были сорваны все плановые мероприятия. Хозяйственники бегали туда-сюда с канистрами, сливая оставшиеся топливо.

Лейтенант Пушной уже добрался до крыльевых пулемётов и производил их демонтаж, с помощью незначительного количества ключей, которые имелись на батареи. Заодно прибирая и все боеприпасы к ним.

- Через пару дней будет стоять только голый остров, да и тот, наверное, сильно раскурочат, снимая даже обшивку, - думал я, идя после обеда на КП батареи.

Туда весь командный состав вызвал Поночевный.

Наш командир, посоветовавшись со своим помощником и комиссаром, принял решение, усилить с помощью трофейных пулемётов зенитную батарею. Нас вызывал для того, чтобы согласовать сколько людей мы можем выделить, уже сейчас для оборудования ещё двух позиций зенитчиков. Вокруг нашей батареи.

- Надо как можно быстрее организовать эти позиции для зенитчиков, - с воодушевлением говорил нам наш комиссар Бекетов, - люди устали от налётов. А теперь, мы можем дать отпор во время бомбардировок, это обязательно подымет боевой дух бойцов нашей батареи. К тому же, вы все знаете, что командование батареи с сегодняшнего дня организовало конкурс на лучшего стрелка батареи. Пока по итогам последних дней лидирует лейтенант Пивоваров, за ним идёт Травчук, мы ещё сегодня вечером, обсудим этот вопрос с комсомольцами батареи на собрании.

Конечно же, все командиры были только «за», чтобы налётов авиации немцев было как можно меньше.

Кроме того, Поночевный довёл до всех командиров, что в ближайшее время радисты разберутся с двумя радиостанциями, добытыми из самолётов и организуют место для дежурства по крайней мере дневного, следя за эфиром.

Пленного уже в сопровождении отправили в Озерко, где его уже с нетерпением ждёт представитель особого отдела и разведки.

Лейтенант Пушной доложил, что нам достались два MG-17 7,9-мм германских авиационных пулемёта, которые ещё надо приспособить для стрельбы по воздушным целям, а так же один MG-151 15-мм, который стреляет через вал винта, его забирает Пивоваров.

- Для чего? – коротко спросил Поночевный.

- Ну, во-первых, там малый запас патронов и не тот калибр, что у других, во-вторых его ещё надо извлечь из самолёта, в-третьих хочу приспособить его со временем для стрельбы одиночными патронами, придумать что-то типа по примеру противотанковых ружей, а если короче сделать противосамолётное ружьё.

- Ничего не выйдет, - авторитетно заявил Пушной, - во-первых, там отдача сильная, во-вторых, ну прострелит тот самолёт навылет и что? Тот полетит дальше и всё.

- Посмотрим, - ответил я Пушному, - вот во время полярной ночи и подумаем, всем огневым взводом, а потом проверим на практике, время будет.

Выделив людей для обустройства зенитных позиций и укрытий, сам вместе с командиром 2-го орудия и его подчинённым краснофлотцем Стульбой, принялся извлекать немецкий пулемёт, что всё же удалось сделать только поздно вечером. Пулемёт и боеприпасы к нему Пасечник со своим подчинённым утащили на позицию 2-го орудия.

- У меня будет сохраннее, - на последок сообщил тот.

- Хоть бы этот день был обычным, - зевая с утра, подумал я, идя на позиции своего взвода. За ночь пришлось дважды ходить проверять несение службы на огневых позициях.

По идее, немцы сегодня должны были или навалиться на нас всеми силами или наоборот взять тайм аут, для осмысливания потерь, здесь над нашей батареей.

Налётов авиации в течении дня не было, но тем не менее, день этот был так же насыщенный до невозможности.

Это и оказание помощи зенитчикам в дооборудовании позиций - за вчерашний день не успели. А как только я, вместе с подчинёнными попал на обед, удары рынды оповестили весь личный состав батареи о боевой тревоге.

Примчавшись на позиции своего взвода, я выяснил, что сигнальщиками в проливе замечен катер противника, достать его из крупнокалиберных пулемётов на таком расстоянии мы не смогли. Наши дальномерщики определили расстояние до него как пять километров двести метров.

Поночевный принял решение попробовать достать его из орудий. Если не потопить, то хотя бы повредить, для чего приказал открыть огонь, стреляя поочерёдно, чтобы не сбивать настройку остальным.

- Орудия фугасными снарядами зарядить, - начал командовать я.

- Первое готово.

- Второе готово.

- Третье готово.

- Первое огонь, - скомандовал я, немного погодя, - второе огонь. Чуть позже – третье огонь.

И так по кругу несколько раз. Наконец, когда орудия делали четвёртый выстрел, после выстрела 2-го орудия, сигнальщики сообщили, что снаряд сделал практически накрытие, разорвавшись около борта катера.

- Катер лёг против волны, - тут же доложили сигнальщики, - застопорил ход.

- Прекратить огонь, - тут же последовала моя команда.

- На катере по палубе ползёт человек, - продолжали докладывать сигнальщики, - по всей видимости, чтобы отдать якорь.

Через пять минут сигнальщики сделали очередной доклад, - катер сносит в нашу сторону.

В этот момент над заливом появился немецкий истребитель. По всей видимости, его вызвали специально, чтобы помог в прекращении обстрела катера. Сделав круг над катером, он пошёл к нашему берегу и попытался пулемётным огнём загнать расчёты в укрытия. Но над батареей его встретили заградительным огнём все наши пять зенитных позиций. Поняв, что так можно нарваться по серьёзному, пилот развернул самолёт и пошёл в сторону Норвегии.

Катер же по чуть-чуть, но сносило в сторону нашего берега. Потопить его и положить победу в копилку батареи, можно было бы, но тут меня осенила другая идея. Я, взяв трубку, связался с КП батареи, командиром.

- Фёдор Мефодьевич, есть идея в отношении катера, - тут же доложил я.

- Ну давай выкладывай идею, - бросил в трубку Поночевный.

- Тут рядом с нами базируются катерники, - стал развивать свою идею я, - так вот, пусть они выдут навстречу двумя катерами, один поставит дымовую завесу, а другой пусть его захватит и отбуксирует к нам. Только пусть на наш катер, возьмут дополнительно человек десять для контроля немцев.

- Я тебя понял, - проговорил Поночевный и положил трубку.

Ну что ж осталось ждать – или команды на уничтожение немецкого катера, или смотреть, как его будут захватывать наши катерники.

По всей видимости, Поночевный пересилил себя, раз не отдал приказ на уничтожение катера, а отправил старшего политрука Бекетова к катерникам.

Те, не стали долго затягивать, и от причала отошли два наших катера и на скорости пошли на сближение, причём один стал заходить по дуге. Он-то и прикрыл дымовой завесою тот участок залива. Второму катеру хватило десяти минут, чтобы не только захватить катер, но и закрепив буксировочный трос потащить его к своей стоянке.

Понятно, что захват катера наши катерники припишут себе, со злостью говорил на вечернем совещании Поночевный, хотя при этом добавил, что он сам, доложил дежурному МУРа, как по поводу повреждения катера, так и об отправке Бекетова к катерникам.

- Так не в этом дело, кто захватил, да как, - с горячностью ответил командиру Годиев, - тот катер нашим катерникам ещё пригодится, отремонтируют и будут на нём бить немцев.