Страница 100 из 122
Глава 15
Следующие несколько дней я рисую. С самого утра, как только встаю. И по вечерам, как только мы возвращаемся в камеры.
Воссоздать иллюзию, столь же точную, как те снежинки, мне пока не удалось. В тот раз они исчезли, стоило мне прикоснуться к ним, поэтому я называю их именно так – иллюзия.
С тех пор у меня получилось лишь выпустить пару тусклых искорок или создавать цветочные лепестки, которые тут же рассыпались, стоило им появиться. Но, по крайней мере, теперь есть что-то, ради чего я готова просыпаться по утрам.
Я колдую.
Я все время думаю об этом. Не могу в это поверить. Даже Грог, хотя он видел всё своими глазами, засыпает вопросами о том, что произошло в тот день в моей камере.
У меня нет для него объяснений.
Возможно, их и не будет.
Но я не забываю о Фриде. Я по-прежнему грущу, только теперь оплакиваю ее молча. Я наконец начала разговаривать с окружающими, чему, несомненно, рады Бэйби, мой сосед и Феникс. Теперь она тоже часть нашей маленькой компании. Остальные жители Фабрики довольны.
Я снова начала рассказывать детям истории. Теперь, когда мы возвращаемся в Печь, некоторые даже меняются со мной обязанностями, чтобы уступить мне место у конвейера.
Все внимательно слушают меня, пока я не закончу историю фразой «и жили они долго и счастливо». Все, кроме Вредины и Крикуна. Тем не менее я не жалуюсь – последнее время они ведут себя тихо. Думаю, всё дело в том, что
Она
уже давно не забирала никого из детей.
И сегодня над нами нависнет угроза.
Я знаю, что к концу дня Тень придет в камеру, чтобы коснуться моего указательного пальца. После этого самого упитанного ребенка заберут и отведут к колдунье.
Сегодня вечером мы потеряем одного из нас.
И ничего не сможем с этим поделать.
Пытаясь сосредоточиться на чем-то другом, я возвращаюсь к своей истории. Сегодня я рассказываю о приключениях гадкого утенка. Даже Тени, кажется, слушают меня. Я заметила, что, когда я говорю вслух, глаза существ странным образом меняются. Они светятся, пока я не дойду до конца истории. Серебристый отблеск едва заметен, но всё же его можно разглядеть на лицах, сотканных из тьмы.
Эта недавняя перемена немного тревожит меня. Когда я говорю об этом друзьям, они лишь пожимают плечами. Их это не волнует, пока существа нас не трогают.
Позже, когда мы поднимаемся в камеры, все затихают. Дети напуганы. А я слишком занята рисованием. Но мои линии исчезают со стены, и я рычу, словно дикий зверь.
– Ар-р-р! – кричу я несколько минут спустя.
– Всё еще не получается? – раздается по ту сторону отверстия голос Грога.
– Нет!
Я проверяю мой запас мелков. Один я уже потратила впустую. Осталось еще четыре. Если через несколько недель у меня не получится нарисовать задуманное, значит, я зря потратила все эти часы. И упустила уникальный шанс научиться колдовать.
И, может быть, найти способ вытащить нас отсюда, кто знает.
Фабрику заполняет пронзительный свист. Я вижу, как темные фигуры проносятся к нижним этажам. Тени проснулись. Их глаза вновь привычного цвета, а внутри – пустота. Я решаюсь на отчаянный поступок. Хочу проверить, действительно ли они абсолютно слепы, как утверждают Грог с Бэйби. Я беру в руку один мелок, остальные прячу под подушку, после чего подхожу к решетке. Когда наступает моя очередь, рядом появляется одно из существ. Оно огромное, и за спиной у него развевается длинный мрачный покров. Я не жду, пока оно заговорит или дохнет на меня холодом. Опускаю рукав рубашки, чтобы спрятать кисть, и выставляю мелок так, чтобы Тень приняла его за палец.
Когда ощупывает мой «палец», по телу пробегает неприятный холодок. Стараюсь унять дрожь, но невольно делаю шаг назад, когда оно начинает рычать.
– Ешь больш-ш-ше! – ревёт Тень, внезапно бросаясь к решетке.
Прутья дрожат от удара, но я мысленно улыбаюсь. Я только что доказала: эти существа ничего не видят. Значит, они следят за нами каким-то другим способом… Либо…
Кто-то делает это за них. И отдает приказы.
Когда Тень исчезает, я возвращаюсь в кровать. Уже собираюсь было рассказать Грогу о своем открытии, когда на этаже сверху вдруг раздается душераздирающий крик. Сердце пропускает удар, но тут я осознаю, что это мужской голос, а значит, Бэйби ничего не угрожает. Мне стыдно за такие мысли, однако облегчение сильнее.
Сверху доносится шум. Ребенок отчаянно сопротивляется – тщетно. Пары Теней оказывается достаточно, чтобы скрутить его. Не проходит и двадцати секунд, как они уже проносятся над Фабрикой с мальчиком в руках. Он бьется, как дикий зверь, но это бесполезно. Они его не отпустят. Я отворачиваюсь, когда существа ныряют вниз, к первому этажу. Проходит несколько долгих минут, прежде чем рядом раздается голос Грога:
– Еще один прямиком в Прачечную, – бормочет он.
– В Прачечную? – переспрашиваю я. – Они собираются его вымыть?
Грог испускает грустный смешок.
– Прачечная – последняя остановка перед
Ней,
– поясняет он. –
Она
ненавидит грязь и пыль. Поэтому Тени отмывают нас перед тем, как отправить в Котёл.
Я понимаю, что ошиблась. А я-то мечтала о душе с ледяной водой… Теперь ясно – в Прачечной опасно, как и всюду на Фабрике.
– О чём ещё ты умолчал? – спрашиваю я с нотками иронии. – Я здесь уже несколько недель и все равно каждый день узнаю что-то новенькое.
Я не вижу Грога, сидящего за стеной, но представляю, как он задумывается.
– Когда
Она
забирает ребенка, на следующий день всегда отправляется на поиски нового, – наконец признается парень. – Или сразу нескольких, если повезет.
Я приподнимаюсь с кровати и прижимаюсь к отверстию в стене:
– Что?! – вскрикиваю я чуть громче, чем стоило бы. – Почему ты мне раньше об этом не говорил?! Значит, завтра
Её
не будет?
Она
не сможет следить за нами?
– Ага, – подтверждает сосед. – Но разве это что-то меняет?
Мои губы растягиваются в улыбке.
– Это меняет всё.
На следующее утро я прошу Бэйби и Грога идти помедленнее, пока мы спускаемся по лестнице в Кормушку. Каждое утро с Феникс мы встречается уже там, на месте, и мне это только на руку. При ней я не стану говорить о ведьме. Она такая пугливая, боится даже собственной тени. В прямом смысле слова.
Я делюсь с ребятами своим вчерашним открытием: Тени слепы. И, скорее всего, их глазами за нами следит
Она
.
– Ты сказал, что сегодня
Её