Страница 122 из 122
– Я надеялась, ты прочтешь моё послание перед уходом, – продолжает она. – Хорошо, что ты взяла блокнот с собой. Хотя я не думала, что Она позволит тебе его оставить…
– Он попал ко мне не совсем так…
Я рассказываю Матушке всё, что пережила с тех пор, как сбежала из приюта. Хотя мне кажется, что меня не было всего пару месяцев, а не два года, столько всего произошло, что я даже не знаю, с чего начать. Говорю о рождественском городке, ароматах и огоньках. О нашей первой встрече с Ней и о том, как Её Тени поймали меня. Рассказываю о Бэйби, Гроге, Феникс, о Кормушке и Печи, об Её Иллюзии, благодаря которой я смогла получить обратно свой дневник.
– Без этого меня бы здесь сейчас не было. В каком-то смысле это Её заслуга, что дневник оказался у меня в руках. Она ослепла от голода и…
Я рассказываю об угрозах, которые Она мне выдвигала. Потом описываю наш побег с друзьями. Когда речь заходит о мелках, Матушка даже не удивляется. Но когда я признаюсь, что меня мучает мысль о сотнях детей, оставшихся на Фабрике, она тяжело вздыхает.
– Не все такие смелые, как ты, Майя. Ты помогла друзьям вырваться из Иллюзий, это уже много стоит.
– Думаешь, они в безопасности? Бэйби… Грог…
Матушка кивает.
– Если они такие же сообразительные, как ты, да. Я в этом уверена.
– А мелки… Они у тебя?
– Да, – подтверждает она. – Я их убрала, и пока они останутся там.
– Но разве они не могут помочь нам расправиться с…
– Нет, Майя, – прерывает она, предугадывая мою мысль. – То, что творят эти мелки, настоящее чудо, но они впитали Её магию. Пока я не буду уверена, что от них нет никакого вреда, лучше тебе не использовать их в стенах приюта. Ты меня поняла?
– Да.
Но она замечает, что меня тревожит что-то ещё.
– Что такое, Майя?
– Она говорила о моей настоящей матери, – признаюсь я, опуская глаза. – Но Она не назвала её имени.
Пальцы впиваются в белоснежную простыню. В тот же миг рука директрисы мягко поднимают мой подбородок, заставляя меня посмотреть на неё.
– Твою мать звали Эванора, – раскрывает она тайну.
– Эванора, – повторяю я. – Но как ты…
– Она тоже была в приюте, много лет назад, когда я была тут Крёстной.
– Ты? Крестной? Значит… у вас есть какие-то звания или что-то вроде того?
Серафина улыбается.
– Мне ещё многое предстоит тебе объяснить, Майя. И о твоей матери тоже можем поговорить. Но сейчас просто запомни: мы с мадам Пишон здесь для того, чтобы защищать вас.
Я понимаю, она хочет, чтобы я отдохнула, но вопросы рвутся наружу помимо моей воли.
– Ты сказала, что помогаешь нам уйти отсюда, когда мы становимся совершеннолетними. А на Фабрике Грог говорил, что я бы никогда не встретила Её, если бы мне было восемнадцать… Что это значит?
Матушка становится серьезной.
– В восемнадцать лет, покидая Литлвуд, вы всё забываете. Вы попадаете в реальный мир, такой, каким его знают все, и магия в вашей жизни больше не появляется. Но пока вы ещё дети, на вас действуют Её чары. Поэтому такие места, как Литлвуд, и существуют.
– Литлвуд – не единственный приют, защищающие детей от Неё?
– Нет. – отвечает Серафина. – Но сейчас тебе стоит отдохнуть, Майя. Я уже достаточно тебе рассказала на сего…
– Последний вопрос, – перебиваю я настойчиво. – Как становятся Матушкой?
Серафина тихо смеётся.
– Зачем тебе это? Планируешь позже занять моё место?
Я киваю. Моя серьезность, кажется, впечатляет её.
– Обсудим это позже. Хотя я думала, став совершеннолетней, ты захочешь посмотреть мир.
– Мне хватило приключений… Правда. Я хочу защищать своих воспитанников…
– И всех потерянных детей, – заканчивает она за меня.
Я киваю. Именно так. Матушка улыбается.
– Мы ещё вернемся к этому разговору, хорошо? Кажется, тебя ждут…
Она открывает дверь, впуская в комнату Лиона и Наоми с едой и напитками в руках.
– До завтра, Майя.
– До завтра, Матушка.
На следующий день мы с Лионом бродим по двору.
С тех пор как я вернулась, Матушка с Крёстной заботятся о воспитанниках и отвечают на все их вопросы обо мне. Наоми тоже постоянно в делах, а мне велели отдыхать несколько дней.
Не могу дождаться встречи со всеми.
Но пока я отдыхаю. Как приказано. Пытаюсь нормально есть и спать по ночам. Пока мне ещё ни разу не снился кошмар с того дня, как я снова оказалась в приюте. Об этом я говорила только Лиону. Он всё время держит меня за руку и отходит от меня, лишь когда я ложусь спать.
Сегодня утром небо затянуто белыми облаками, но на улице жарко. Мы сидим под яблоней, которую я посадила сама – теперь уже двенадцать лет назад.
Болтаем обо всем и ни о чём. Лион рассказывает, что я пропустила за время своего отсутствия. Дойдя до момента моего возвращения, он спрашивает:
– Надеюсь, когда-нибудь ты расскажешь, что пережила там.
Я киваю.
– Расскажу. Но не сейчас.
Он улыбается.
– Я не тороплю. Теперь у нас вся жизнь впереди.
Я улыбаюсь в ответ.
– Если бы… – вздыхаю я. – Тебе скоро восемнадцать, если я не ошибаюсь…
– Да, – отвечает он, и его улыбка становится шире.
– Значит, ты следующий на очереди.
– Я попросил Матушку сделать для меня исключение. Я сказал ей, что теперь, раз уж я в курсе всего, я хочу помогать присматривать за воспитанниками. Ты вернулась, а значит, я никуда не уйду. Ты ведь тоже остаешься, насколько я понял?
Я смотрю на ворота. Сегодня туман спокоен.
– Я попросила Матушку обучить меня всему. Так что, да, придется задержаться в Литлвуде надолго, если не навсегда.
– В таком случае я тоже остаюсь, – уверяет он.
Легкий ветерок играет с его густыми волосами. Лион вырос красавцем.
– С тех пор как я вернулась, я все время думаю: а что, если всё это Её Иллюзия? – бормочу я тихо.
– Нет. Это я тебе гарантирую, – заверяет Лион, обнимая меня.
– Фальшивый Лион из Её Иллюзий так бы и сказал, – отмечаю я.
– Как мне тебя убедить?
В его глазах вспыхивает озорной огонёк. Я смущенно смеюсь, но из его объятий не вырываюсь.
Вдали нам машет Наоми.
Не думаю, что попала в Её Иллюзию.
Они никогда не бывают такими приятными.
Я машу Сестре в ответ, и она бежит к нам.
Нам ещё столько всего предстоит сказать друг другу и столько всего пережить вместе.
Надеюсь, наша история закончится словами: «И жили они долго и счастливо. Веки вечные».
Эта книга завершена. В серии Страшные истории, рассказанные у костра есть еще книги.