Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 51 из 56

Подруги смотрели на Пашку и думали, до чего внешность бывает обманчива. Любитель выпить и помахать кулаками, Пашка был в душе куда более благородным, нежели чистенький и опрятненький Андрей Георгиевич.

— Может, чаю выпьете? — предложила ему Оленька. — Или кофе?

— Лучше бы чего покрепче.

— Обойдешься! — возмутилась Вера. — Чай пей.

— Тогда уж лучше просто воды. В горле пересохло, пока я туда-сюда бегал.

— Ну уж скажете, воды! — смутилась Оленька. — Я вас накормлю. У меня есть тушеное мясо с пряностями. Садитесь к столу.

Не думала она, что доведется ей потчевать такого гостя. Но Пашка, видя такой интерес к своей персоне, приободрился и, подбирая ржаной горбушкой густой ароматный соус со своей тарелки, принялся рассказывать дальше о своих похождениях.

— Сначала-то я не знал, где мне его найти, и прямиком к нему домой отправился. Помнил, что у него дом есть в «Лесной сказке», ты, Вера, мне сама сказывала о нем. Обычно я тебя не сильно слушал, а тут запомнил отчего-то. В общем, разыскал я его дом, но там никого не оказалось. Я весь дом сверху и донизу внимательно обыскал, думал, прячется он от меня. Нет, нет нигде Андрея нашего Георгиевича. Так ни с чем и ушел.

— А как в дом-то попал? Взломал замки?

— Вот только не надо мне тут лишнее шить, — возмутился Пашка. — Очень мне надо было что-то ломать. Там и без меня все открыто было.

— Врешь!

— Честно. И в самом доме только старуха какая-то странная головой о пол билась. Я как вошел, ее спрашиваю, не знает ли она, где Андрея мне сыскать, а она лишь еще горше по своему горю убивается. И все стонет и одно твердит, что не может такого быть, нет, нет его тут!

На этом месте Светлана вскочила на ноги и воскликнула:

— Погоди! Как та старуха выглядела? Приметы ее помнишь?

— Какие тебе еще приметы? — недовольно пробурчал Пашка. — Говорю же, старая женщина. Седая совсем. Да еще в горе была сильном. Не до примет особых, человека бы успокоить. Уж я не знаю, что у нее случилось такого ужасного, мне она открыться не пожелала. И еще сдается мне, что чуток не в себе она была, потому что, когда я ее расспрашивать начал, то она от меня мигом деру дала. Сама бледная, а убежала, мне, здоровому мужику, не догнать. Хотя я не очень-то и старался, нужно мне за всякими сумасшедшими в пижамах носиться.

— Она была в домашней одежде?

— Ну говорю же! В пижаме. И тапочках!

— И когда это дело было?

— Ну.. сегодня.. днем. На часы я особо не смотрел. Но оттуда я на ферму рванул, потом снова сюда к вам. Часа два назад, стало быть, наша встреча состоялась.

Подруги обменялись взглядами.

— Звоним в больницу, — сказала Светлана. — Похоже, от них пациентка сбежала.

Звонок в больницу подтвердил догадки подруг. Юлия Давыдовна недолго задержалась в больнице. Видимо, состояние у нее было лучше, чем представлялось всем вокруг. Во всяком случае, едва прибыв и оформившись в больнице, она вместо того, чтобы получать лечение, внезапно скрылась.

— Она удрала из больницы и отправилась в дом Андрея Георгиевича! Интересно, с чего вдруг ее туда потянуло с такой силой?

— Мне кажется, что теперь я догадываюсь, куда рано утром, получив в посылке отрезанный палец, умчалась Юлия Давыдовна в одной пижаме и домашних тапочках! Почти уверена, что и утром она тоже побежала в дом Андрея Георгиевича и его матери.

Но что Юлии Давыдовне так срочно и безотлагательно понадобилось в том доме? Что она надеялась там застать и чего или, верней, кого она там так и не обнаружила?

Ответ на такой вопрос могла дать лишь сама женщина, но никто не знал, где она находилась в настоящее время. И даже у следователя, которому подруги без всякого стеснения позвонили, не было на сей счет никакой информации.

Все призадумались, и тут вперед выступила Светлана.

— Имею одно подозрение, которое и хотела бы проверить с вашей помощью.

— Говори скорей!

— В тот раз, когда я самовольно наведалась в дом к Андрею Георгиевичу, который считала пустующим, мне там кое-что показалось странным.

— Ты про предметы женского белья, которые нашла закопанными у забора?

— Не про них сейчас речь, тут другое.

— Какое?

— В тот раз, пока я возилась с лопатой там, во дворе, то показалось мне, что в окнах мансарды мелькнула человеческая тень.

— Показалось или мелькнула?

— Мелькнула! Уверена, там кто-то был. Мне бы сразу проверить, но я слишком увлеклась своей находкой и потом совсем забыла о том, что видела наверху. А если мне не померещилось и там в самом деле находился какой-то человек?

— И что?

— Возможно ли, чтобы там находился наш «похищенный»?

— Эдуард?

— Да! Он самый!

— Что же такое получается? Уж не Андрей ли Георгиевич с его матушкой выступили преступниками и похитителями?

Пашка от такого предположения пришел в бурный восторг.

— Вот! — закричал он, размахивая ложкой и разбрызгивая по всей кухне густые капли мясной подливки. — А я знал, я чувствовал! Работает у меня чуйка! Недаром я этому гаду нос расквасил! За дело!

— Предлагаю осмотреть мансарду. Прямо сейчас. Немедленно.

Сказано — сделано. Увы, но сулящий такие перспективы план закончился пшиком. В мансарде дома Андрея Георгиевича никого не оказалось. Несмотря на то что действовали они всей компанией и дом осмотрели сверху и донизу, действуя методично и тщательно, но никого они так и не нашли.

Однако разобранная кровать и расставленные тут и там тарелки с присохшими к ним кусочками пищи говорили о том, что совсем недавно мансарда была обитаема.

— Тебе не показалось, тут и впрямь кто-то жил.

— Но почему он поселился тут? Мансарда малопригодна для проживания в ней в холодное время года.

Мансарда отапливалась одним лишь электрическим радиатором, тепло от которого очень быстро должно было улетучиваться сквозь тонкие стены. О том, что живущий тут человек должен был страдать от холода, говорила гора одеял, наваленная на единственной кровати. Не надеясь на помощь слабенького обогревателя, человек пытался иначе решить проблему сохранения тепла, кутаясь в десять слоев теплых одеял.

— И зачем кому-то понадобилось терпеть тут неудобства? Не лучше ли было спуститься вниз, где тепло?

— Не лучше, если не хочешь, чтобы о твоем присутствии в доме кто-то узнал.

— Но как такое возможно? Хозяева бы точно узнали, что у них наверху кто-то живет.

— Да? И как? Вот ты часто поднимаешься у себя дома на второй этаж?