Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 1 из 56

Глава 1

Вот и наступил долгожданный апрель! Такой неуловимый и капризный младший братец март уступил старшенькому свое законное место. Все в природе радовалось этому. Далеко в прошлом остался стылый холод, который исходил от мерзлой земли. Теперь в воздухе разлилась та особая сладость, которая исходит от первой проклевывающейся зеленой травы. Утром на кромке воды в старой бочке и на лужицах во дворе все еще временами наблюдались ледяные узоры, но днем под солнцем тонкий лед снова таял, а вместе с ним таяли и тусклые зимние денечки, уступая место яркому весеннему свету и теплу.

Оленька спустилась по ступенькам крыльца в свой просыпающийся после зимней спячки сад и жадно вдохнула полной грудью. Да, ошибиться было невозможно: в воздухе уже совершенно явственно пахло весной. И пусть местами лежал снег, а с крыши еще капала ледяная капель, образуя кружевные проталины, но уже показали свои клювики ранние самые, самые отважные крокусы и повсюду слышалось птичье пение.

Прогулявшись до теплицы, Оленька в очередной, кажется, стотысячный раз измерила расстояние шагами от нее и до огородика, огороженного красивым плетнем. Потом, не удовольствовавшись этими грубыми подсчетами, извлекла из кармана жилета рулетку и изменила дорожку уже ею. Результат оставался по-прежнему неизменным, и Оленька горестно вздохнула.

У нее была причина, чтобы тревожиться. За минувшую зиму, соскучившись без дел и повинуясь садовому зуду, она скупила в садоводческих питомниках сотни наименований растений. И все они благополучно пришли, что почтой, что курьерской доставкой, а за некоторыми Оленька не поленилась — съездила сама. И вроде бы можно было жить да радоваться, потому что все ее заказы прибыли в наилучшем виде и ни один из них не потерялся в пути, чего Оленька никак не ожидала и на что в глубине души рассчитывала в своих предварительных прикидках. Но радости как раз Оленька и не испытывала.

Отчего же так? Да ведь она-то как прикидывала, когда заказывала столько всего разного для своего сада? Часть из заказов в пути потеряется, частью придет некондиция и загнется, часть питомники сами не смогут у себя найти и потому не пришлют. Но получилось иначе. Все пришло, все выглядело прекрасно, и все просилось в землю.

Отсюда возникал резонный вопрос:

— И куда мне их теперь все приткнуть? Места для всех совершенно нет.

Оленька подняла ногу, чтобы ткнуть ею кучку потемневшей после зимы палой листвы, сохранившейся тут еще с прошлого года и мозолящей теперь глаза, но вовремя опомнилась. Тут же у нее растет наперстянка с какой-то поистине уникальной окраской. Саженец в прошлом году подарила ей Лидия Петровна. А она была садоводом со стажем, победителем многих конкурсов, ерунды дарить бы своей соседке точно не стала.

Именно Лидия Петровна и заразила Оленьку страстью к покупкам. Зимой Оленька хватала без разбору все понравившиеся позиции, хвастаясь перед Лидией Петровной особенно удачными приобретениями, а к весне стала обладательницей несметных сокровищ, которые теперь надо было куда-то приткнуть. А куда?

— Эх! Королевство маловато!

Потом Оленька измерила дорожку до дома, с укором взглянула на полсотни горшков и горшочков, которые выстроились вдоль южной стены, словно солдаты на плацу, и задумчиво добавила:

— Разгуляться-то негде!

Пока Оленька занималась своими подсчетами, Калачика поблизости не наблюдалось, но теперь он появился из-за угла дома. Песик каждое утро совершал свой обход по неизменному, раз и навсегда закрепленному в его памяти маршруту. Калачик во всем любил обстоятельность. И к новым цветочным горшкам отнесся неприязненно. Вот и сейчас он обнюхал их и зарычал.

— Не переживай, милый, это ненадолго, — успокоила его хозяйка. — Чуть только оттает земля, как я все сразу же пристрою.

Оленька говорила и сама поражалась собственному лицемерию. Зачем она врет? Что она пристроит? Куда? Места на участке совершенно не оставалось. Был засажен буквально каждый уголок, и засажен так плотно, что нечего было и мечтать втиснуть еще хоть что-то. Осталось два варианта. Первый заключался в том, чтобы посягнуть на святое — на газон, который можно было пустить под новые клумбы.

Но стоило Оленьке прикинуть, как это будет выглядеть, как внутри ее что-то запротестовало. Заводить новые клумбы, которые потребовали бы дополнительного ухода, она не хотела. Вот не хотела, и все. Такая у нее назревала дилемма. Новые растения и цветы видеть на своем участке Оленька хотела, а создавать себе дополнительную работу по их уходу — нет.

— Придется расформировать часть старых цветников. Ничего не поделаешь. Не хочется расставаться со старыми друзьями, но надо дать дорогу молодым.

Решение было принято. Оленька отпраздновала его чашкой душистого чая с листочками лимонной мяты и каплей малинового варенья, которое еще оставалось с прошлого урожая. Калачик все время преданно сидел рядом. Он не любил чай и был равнодушен к варенью, его интересовала свежая булочка с маслом, на которую полагалось накладывать варенье. Но хозяйка увлеклась, и Калачику достался лишь крохотный кусочек, самая корочка с остатками маслица.

— Ну как тебе?

Калачик облизнулся. «Неплохо, — читалось на его забавной мордочке, — но раньше вроде как было получше».

— Ты прав, — согласилась Оленька. — Какое-то послевкусие у масла стало невнятное.

С тех пор как поставщик молочной продукции в их поселке сменился, качество ее с каждой новой покупкой становилось все менее эталонным, упорно стремясь приблизиться к магазинному образцу. Оленьке, да и другим жителям «Лесной сказки» подмена не нравилась, и они пытались выяснить причину падения качества у продавца.

— Скажите, почему изменился вкус у вашей продукции?

Но если они надеялись уличить продавца в нечистоплотности, то ошиблись, продавец ничуть не смутился и спокойно сказал:

— Не вы первые меня об этом спрашиваете, я наводил справки. Оказалось, у вашего прежнего поставщика молочной продукции его коровы были красногорбатовской породы, наши отечественные джерси, а я держу одних лишь голштинов.

— И что?

— У разных пород коров и вкус молока разный.

— Держите тогда тоже джерси.

— У коров голштинской породы удой куда выше.

— Но сам вкус молока и сливок, как я чувствую, у них не так хорош.