Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 48 из 56

— Могла и Вера. А мог на зоне рассказов своих более опытных товарищей наслушаться. А как освободился, то решил попробовать. Небось, Верунчик ему растрепала, что у ее кавалера денег куры не клюют, а у его мамаши и того больше. Вот Пашка и решил провернуть аферу с похищением. Обидно ему показалось, что Верунчик ушмыгнула от него к богатому иностранцу, ну и решил восстановить свои права. И бабу себе вернуть, и деньжатами разжиться.

— Думаешь, он вовсе не собирается возвращать Эдуарда живым?

— Судя по запросто отрубленному пальцу, такой исход дела вполне вероятен.

Подругам очень хотелось присутствовать лично на задержании Пашки, но следователь им категорически запретил про это даже думать.

— Возвращайтесь к себе и ждите от меня новостей. Вы и так сделали больше, чем должны были. Теперь дело за профессионалами.

Подругам очень хотелось поступить по-своему, но следователь четко дал им понять: если они надеются на дальнейшее сотрудничество с ним, сейчас им нужно уступить.

— Подозреваемый наш — человек бывалый, может статься, что он вооружен чем-то посерьезней ножа или топора. И в любом случае, если он окажет сопротивление при задержании, то вы можете только помешать. Не говоря уж о том, что и пострадать тоже можете. Нет, не могу такого допустить. Вы трое давно на заслуженном отдыхе, вот и сидите себе спокойно дома, предоставьте дело нам, молодым.

Но какое там сидеть спокойно! Вернувшись в свою родную «Лесную сказку», сыщицы почувствовали себя как на иголках. За что бы они ни брались, все валилось у них из рук. Оленька попыталась приготовить обед, но рис у нее подгорел, а рыбные котлеты развалились. Оказалось, что она забыла добавить в фарш яичко. Такого конфуза с ней не случалось уже лет тридцать. Пришлось отдать рыбное фиаско Калачику, а для них поставить тушиться говядину.

И тут Оленьку тоже поджидала неудача. По рассеянности она добавила в мясо весь комплект необходимых специй даже не дважды, а трижды. И каждый раз сыпала, что называется, от всей души. В итоге хоть мясо и оказалось мягким, но приблизиться к нему никто не рисковал. И впервые случилось так, что получившееся у Оленьки блюдо отказалась отведать даже Катюша. Что касается двух ее подруг, то у них аппетита вовсе никакого не было. Все трое чувствовали, что буквально не в силах усидеть дома. Им прямо припекало пятые точки.

— Ну что же, что же он все не звонит?

Новостей от следователя не поступало, и, чтобы развеяться, они все трое решили прогуляться, а заодно проведать Ирину.

Та была дома и прямо-таки лучилась от счастья. Приятно было посмотреть на такого счастливого человека.

— Все прекрасно! — приплясывала Ирина. — Жизнь удалась! Звонил муж, сегодня они с ребятами возвращаются с вахты. Такая радость! Я хотела поехать, чтобы его встречать в аэропорту, но он велел мне сидеть дома. Сказал, что у него для меня какой-то сюрприз. И чтобы я его ждала, сидя дома.

— А как Генрих поживает?

— С ним тоже все в полном порядке. Сделал свое дело и благополучно отбыл назад к своей старой хозяйке. Она прислала за ним перевозку, мы с девочками с ним простились, и вот теперь у нас новый питомец.

В загоне и впрямь бегал маленький пятнистый козленок. Казалось, шкурку ему выдали на парочку размеров больше нужного. У него были смешные длинные ушки и забавная мордочка с горбатым носом.

— Камори! — с гордостью сообщила Ирина. — Красавец!

— Но он же совсем еще малыш.

— И что? Сейчас моим козам взрослый козел и не нужен. Генрих их всех уже осчастливил. Теперь будет очередь новенького.

— И как вы его назвали?

— Пока не решила. Может быть, Генрих Второй?

— Лучше уж как-нибудь иначе.

— Людовик?

Подруги одобрили:

— Можно.

Ирина не сводила с нового питомца восхищенных глаз.

— Он уже самостоятельно ест сено. К следующему случному сезону войдет в силу. А какие пятна! Какие уши! Таких производителей у меня еще не было!

А вот ее козы, кажется, воодушевления хозяйки совсем не разделяли. Козленка они сердито гоняли от себя. Когда тот подбегал, чтобы познакомиться то с одной, то с другой, в лучшем случае ему доставался пинок. В худшем его толкали так, что он летел кувырком. И вообще все козы выглядели какими-то раздраженными и несчастными.

— Что с ними? Не сказать, что они в порядке.

— С самого утра, как Генрих от нас уехал, они такие. Я думала, что они на малыша отвлекутся, но они на него даже смотреть не хотят.

Козлик не вызывал у взрослых коз никакой симпатии. Только за то время, что подруги наблюдали за поведением коз, одна из них куснула новичка, вторая тут же боднула беднягу, а третья и вовсе лягнула острым копытом, так что козлик отлетел от нее и долго тряс головой, пытаясь понять, что с ним случилось.

— Придется пока что отселить его в отдельный загон. Ничего, дайте время, подрастет парень немного, девчонки переменят к нему свое отношение, сами будут за ним бегать.

После того как юного козлика устроили на отдельной квартире, взрослые козы быстро успокоились. Но сам он продолжал ими активно интересоваться. Не обращая внимания на полные вкусного сена кормушки, он курсировал вдоль забора, который отделял его от основного стада. Малыш ничего не мог с собой поделать. Статные взрослые красавицы его совершенно очаровали, и он из кожи вон лез, стараясь произвести на них впечатление. Прыгал, скакал, забирался на ящики и спрыгивал с головокружительной высоты вниз, и все было напрасно. Заменить Генриха он сейчас не мог.

Пока подруги любовались забавными козами, им позвонил Никита Максимович.

— Наконец-то! — обрадовались наши сыщицы. — Ну? Что? Какие новости?

Новости у следователя были вновь печальные, и сам он тоже был не весел. Он начал что-то бубнить, и скоро выяснилось, что подозреваемого Пашку полицейские упустили. Пока они ломились в дверь дома, тот каким-то хитрым маневром ушел от них огородами. А самое плохое заключалось в том, что, обыскав дом, они не обнаружили ни малейших следов причастности Пашки к преступлению, в котором его подозревали. Ни самого похищенного Эдуарда, ни следов крови — ничего, что могло бы вывести их на след Эдика.