Страница 67 из 73
— Да, — Салли кивнул, — Но не полицией! Их взяли агенты Бюро расследований. Это было… — он заглянул в свои записи, — В конце тысяча девятьсот пятнадцатого. Бюро ещё набирало силу, но у него уже были зубы. Мароне и его людей взяли в Чикаго, в одном из притонов на окраине. Операция была тщательно спланирована, и, судя по всему, кто-то из ближнего окружения Мароне сдал его. В банде произошёл раскол, и это сыграло на руку агентам.
— Что случилось дальше? — спросил я, хотя уже догадывался, каким будет ответ.
— Их отправили этапом в федеральную тюрьму. Но по дороге конвой был атакован. Это произошло в глухой местности в Пенсильвании. Нападение было дерзким и хорошо организованным. Мароне и ещё нескольким бандитам удалось бежать. Остальные были убиты или схвачены, но сам Фалько и его ближайшие люди исчезли. Полиция снова подключилась к делу и потом долго пыталась выйти на их след, но безуспешно. Они словно растворились в воздухе.
Я откинулся на спинку стула. Фалько Мароне исчез из поля зрения правосудия пять лет назад и теперь, по всей видимости, всплыл в Нью-Йорке под другим именем. И судя по всему, нашёл себе покровителя. Того самого партнёра шефа полиции Джима Калэханна. «Кукловода», как назвал его когда-то Волков. Того, кто стоял за покушением на Рейну в Мичигане.
— У вас есть что-нибудь о возможных контактах Фалько Мароне? — спросил я, — Где он может быть? Мелькал ли где-то после побега?
Салли покачал головой, и в его глазах промелькнуло сожаление:
— Это всё, что мне удалось найти, мистер Соколов. Контакты Мароне — тёмный лес. После побега он и его люди, судя по всему, полностью сменили имена и документы. Никто из его бывших подельников не смог или не захотел дать показания. Те, кто знал, либо мертвы, либо молчат. Бюро расследований наверняка знает больше, но их архивы для нас закрыты. У них своя игра, и в эту игру частным детективам хода нет.
Я кивнул. Это было ожидаемо. Частное агентство, даже такое могущественное, как Пинкертон, было зачастую конкурентом для Бюро, которое при этом пыталось переманить лучших сыщиков на службу. У них были и совместные операции, но Бюро расследований хранило свои секреты крепко.
Салли смотрел на меня внимательно, и в его серых глазах читалось профессиональное любопытство: зачем мне вся эта информация.
— Скажите, Салли, — начал я, — А что вы можете сказать о методах Мароне? Как он работает? Что им движет?
Салли задумался на секунду, а потом сказал:
— Знаете, мне кое-что бросилось в глаза в его деле. Судя по тому, что я читал в отчётах, Мароне не всегда был стратегом. Он хитёр и умён, но не прямо уж гений преступного мира. Но вот в тысяча девятьсот четырнадцатом он неожиданно произвёл несколько успешных ограблений. Причём денег у него потом не нашли. Они были настолько тщательно спланированы, что мне показалось… как бы это так…
— Что кто-то стал его направлять? — догадался я.
— Да! В точку!
Я кивнул. Похоже, «Кукловод» нашёл Фалько ещё до того, как Бюро расследований поймало Мароне. А это уже что-то! Тем более это вписывалось в моё представление образа действий таинственного инкогнито. Он дёргает за ниточки и заставляет других делать работу за него, используя дерзких и хитрых исполнителей. Таких, как банда Фалько. Именно так он поступил с покушением на Гаэтано Рейну. Именно так он пытался стравить меня с Массерией. Вопрос — как «кукловод» будет действовать дальше?
— А что насчёт возможных связей Мароне в Нью-Йорке? — спросил я, — Он ведь не мог появиться здесь на пустом месте. Кто-то его прикрывает.
Салли покачал головой:
— Если и прикрывает, то я не смог это найти. Я проверял все известные мне контакты итальянских банд в Нью-Йорке, но нигде не всплыло что-то похожее на него. Возможно, у него есть покровители вне преступного мира. Политики, бизнесмены, кто-то, кто заинтересован в дестабилизации обстановки в городе. Но это только мои догадки, мистер Соколов. Я не могу их подтвердить фактами.
А сыщик молодец — делает правильные выводы!
— Спасибо, Салли, — сказал я, доставая из кармана конверт с оговорённой суммой, — Это очень ценная информация.
Он взял конверт, не пересчитывая, и спрятал во внутренний карман пиджака.
— Если появятся новые имена, — сказал он, поднимаясь, — Вы знаете, где меня найти.
— Знаю. И если понадобится, обязательно вспомню именно про вас!
Пинкертоновец ушёл, растворившись в утренней суете улицы. Я остался сидеть за столиком, глядя в чашку с его остывшим кофе и пытаясь сложить мозаику. Затем позвонил от управляющего кафе и попросил телефонистку соединить меня с человеком, который теперь должен был достать гораздо больше информации, чем Салли. Всё, что нашёл сыщик, нужно будет передать ему и обговорить детали.
Исполняющий обязанности начальника отдела Бюро расследований Нью-Йорка Глен Диксон ответил почти сразу. Его голос был бодрым и деловым, как всегда:
— Диксон слушает.
— Глен, это я. Нам нужно встретиться.
Пауза на другом конце провода была короткой, но я её почувствовал.
— Как обычно? — спросил Диксон.
— Как обычно, — подтвердил я, — Сегодня вечером.
— Буду.
Я повесил трубку.
Окрестности Детройта. Штат Мичиган.
Мраморный вестибюль особняка дышал прохладой. Высокие потолки терялись в полумраке, оставленном приглушёнными лампами под шёлковыми абажурами. Казалось, будто само пространство здесь подчинено неспешному ритму, что приличествует дому, где живут те, кто имеет вкус.
Ну или, по крайней мере, имеет большие деньги для того, чтобы нанять отличного дизайнера…
Паркет из чёрного дуба, натёртый до зеркального блеска, отражал полосы света, падающие из узких окон с витражами в верхней части. Пахло воском, кожаной обивкой мебели и едва уловимым ароматом сигар, намертво впитавшимся в обои.
Дворецкий, сухопарый мужчина лет шестидесяти в безукоризненном чёрном фраке, с седыми бакенбардами и осанкой, выдававшей многолетнюю службу в лучших домах Европы, двигался по коридору размеренным шагом.
В его руках серебряный поднос ловил блики света и отбрасывал на стены дрожащие зайчики. На подносе стоял кофейный сервиз тончайшего саксонского фарфора с золотой каймой и ручной росписью, изображавшей сцены охоты в стиле старых мастеров середины девятнадцатого века.