Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 63 из 73

— Смысле нель… нельзя? Я друг дона Филиппо! — прорычал шулер, выдыхая свежие винные пары в лицо чернорубашечнику и размахивая бутылкой, — Я имею право ходить здесь, где хочу! Вы всего лишь прислуга! Прислуга, я сказал!

Трое «фасци» переглянулись. Один из них, молодой, с гладко выбритым лицом и злыми глазами, шагнул навстречу.

— Убирайтесь отсюда. Вы пьяны! Здесь находятся уважаемые люди! — сказал он резко, — Тут не место для таких, как ты.

Волков сделал ещё шаг, пошатнулся и едва не упал. Бутылка в его руке описала широкую дугу.

— Как ты смеешь так говорить со мной? — заорал он, — Я гость дона Филиппо! Я…

Он не договорил. За его спиной появился Пётр. На лице «помощника магната» было написано такое искреннее беспокойство, что даже «фасци» на мгновение замешкались.

— Простить! Простить, синьоры! — залопотал Пётр на ломаном итальянском, разводя руками, — Друг много пить!

— О-о-о! Юзеф! Друг мой! — широко улыбнулся Волков, пока боец подходил ближе, чтобы «подхватить» своего пьяного товарища.

Пётр поравнялся с «фасци», и неожиданно резко выбросил руку вперёд. Нож вошёл в шею первого охранника. Часовые вытаращили глаза. Молодой чернорубашечник с ужасом поймал взгляд шулера. Холодный и абсолютно трезвый. Гость, что только был в стельку пьян, оказался вплотную перед ним за долю секунды.

В то же мгновение в руке человека-оркестра блеснул клинок. Короткий тычок снизу, под рёбра, и лезвие прошло между костями, прямо в сердце. Третий «фасци» успел схватиться за револьвер и закричать, но ему тут же прилетело бутылкой в лицо, а Пётр уже заработал словно отбойный молоток, раз за разом вонзая нож в живот последнего часового.

За дверью послышался шум. Волков выхватил пистолеты и пинком распахнул её и влетел внутрь. Шулер оказался в большой комнате, где за длинным покерным столом сидели пятеро мужчин. Свет от хрустальной люстры падал на зелёное сукно, на котором были разбросаны карты, фишки и стояли несколько бутылок вина.

Сабатино первым понял, что происходит. Его маленькие злые глаза расширились, и он неожиданно быстро запустил руку под свой костюм.

Но Волков уже вскинул оба Кольта и нажал на спуск. Пули ударили в дона Сабатино, отбрасывая его назад. Альберти успел выстрелить, и пуля задела полу пиджака Петра, оставив на нём рваную дыру.

Волков стрелял и стрелял, опустошая оба магазина.

Первая пуля попала Сабатино в плечо, и он закричал, схватившись за рану. Вторая ударила в грудь, и дон замолчал, валясь со стула на пол. Третья попала в голову, и всё было кончено. Дон Альберти, что уже считал себя хозяином западной Сицилии, лежал на паркете, раскинув руки, и его кровь растекалась по узорчатому паркету, смешиваясь с вином из разбитых бутылок.

— Игнацио⁈

Дон Филиппо попытался спрятаться за столом, но не успел. Свинцовые осы достали его. Пётр тоже, не останавливаясь, посылал выстрел за выстрелом в людей. Бутылки разбивались и осколки разлетались по сторонам.

Маранцано получил пулю в голову и, дёрнувшись на своём месте, медленно завалился на стол, кровь медленно потекла по сукну. Ещё одна пуля попала в уже мёртвого хозяина Кастелламмаре.

Умберто Валенти вскочил, с невероятным усилием перевернул стол и выхватил пистолет, но прицелиться уже не успел. Три пули ударили его в грудь, и он грохнулся на пол, раскинув руки. Лицо гангстера исказилось от боли и удивления, он смотрел в потолок широко раскрытыми глазами, не веря, что это происходит с ним. Он ещё пытался что-то сказать, но кровь заполнила его горло, и «Рокко» лишь хрипел захлёбываясь. Ещё одна пуля попала в его сердце, и Валенти застыл с гримасой боли на лице.

Квестор Антонио Лауди попытался метнуться в сторону, но получил два заряда в спину и рухнул, как срубленное дерево.

Карты слетали с обрушенного стола на пол. Туда же полетели бутылки, бокалы и фишки. Кровь растекалась по паркету, смешиваясь с вином. В комнате стоял густой запах пороха. Низкая люстра, задетая пулей, качалась, и тени от неё метались по стенам, как испуганные птицы.

Окно разлетелось на мелкие осколки. Пуля попала в потолок. Снаружи послышался громкий окрик:

— Не стрелять, идиот! Там может быть синьор Лауди!

— Уходим! — бросил Волков, перезаряжая оружие на ходу.

Они бросились к двери, но снаружи уже слышались крики и топот бегущих ног. «Фасци» орали, пытаясь разобраться: что произошло, и их голоса приближались. Волков подхватил винтовку убитого охранника, Пётр выбросил вперёд руки с Кольтами, и оба русских открыли огонь по набегающим. Первые двое упали, остальные бросились врассыпную, прячась за углом лестницы.

Двор заполонили чернорубашечники, которые бежали к дому со всех сторон. Противников было с десяток, и все они были вооружены винтовками и пистолетами. Кто-то из врагов уже занял позицию за машинами

— Не стрелять! Там квестор! Осторожно! — раздался чей-то истошный крик.

— Наверх! — крикнул Волков, и они рванули к лестнице, ведущей на террасу третьего этажа.

Лестница была узкой и крутой, напарник взбежали по ней, перепрыгивая через ступени. Волков чувствовал, как воздух обжигает лёгкие, но не замедлял хода, выжимая все силы. Диверсанты добрались до террасы, и Пётр толкнул дверь, вылетая на открытую площадку. Ночной воздух ударил в лицо, и на мгновение он увидел весь двор, залитый светом фонарей.

— На крышу! Быстрее! — скомандовал шулер.

Они перепрыгнули через парапет и оказались на крыше, откуда открывался вид на сад и дорогу.

— Они наверху! На крыше!

«Фасци» открыли беглый огонь по несущимся тёмным силуэтам.

— Держись! — крикнул Волков, когда Пётр пошатнулся, и пуля просвистела у его виска.

— Я в порядке! — торопливо выдохнул боец.

Наконец, они добрались до края крыши. Внизу за забором, была дорога, и там, в соседнем дворе, их ждала машина. Оба налётчика прыгнули! Приземление было жёстким, но оба устояли на ногах и побежали уже по крыше гаража. Охрана во дворе попыталась открыть огонь, но Пётр резко затормозив, разрядил в них по полмагазина из обоих Кольтов.

Из переулка резко вырулил чёрный «Фиат», за рулём которого сидел Саша, молодой водитель из их команды. Волков и Пётр спрыгнули во двор и побежали к запасному выезду.

Из «Фиата» грохнули выстрелы. «Фасци» на воротах заметались. Один из них упал на землю. Волков перешёл на шаг, вскинул винтовку и пустил пулю во второго.

— Скорее! — заорал Саша, распахивая одну из дверц.

Напарники запрыгнули внутрь, и машина рванула с места, взметнув облако пыли.