Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 57 из 78

Руки дрожали так, что тесак пришлось положить на палубу. На левом рукаве темнела чужая кровь. Собственной нашлось меньше: царапина на щеке, порез на ладони, синяк под рёбрами. Граф Федя остался бы доволен, а вот Поплавскому до одури хотелось пересчитать кассу и убедиться, что его фирма ещё существует. Но нужды в этом не было, я и так понимал, что мы устояли, пусть и не без потерь.

Сначала я обошёл своих, а потом полез на трофейную джонку.

Нос джонки был разворочен картечью, рулевое весло треснуло. Одиннадцать пленных нашли на палубе, ещё четверых вытащили из воды. Оружие собрали, раненым дали воды.

— Добивать не будем? — спросил один из русских.

— Нет. Нам с их хозяевами ещё торговать.

Сукин, услышав это, нехорошо усмехнулся.

— Если раньше они не придут торговать нашими головами.

В сумерках «Елисавета» встала за другим островом, оставив джонку у борта на коротких концах. Матросы чинили перебитую снасть и фальшборт. От бамбуковой защиты сохранилась половина, а ракет — достаточно, чтобы следующий любитель лёгких денег задумался о вечном.

Допрос начали после перевязок. Толмач спрашивал пленных по одному, а мы сравнивали ответы. Продавцы действительно хотели продать нам серу, просо и селитру, но встреча проходила без охраны хонгиста и знака местного покровителя. Значит, незнакомое судно можно было брать, если за него некому немедленно отомстить. Никто не спрашивал госпожу Чжэн, разрешено ли нападать именно на русского графа: на каждый кораблик приказов не напасёшься. Действовало общее правило — видишь чужого без защиты, пробуй зубами. Сломал зубы — выясняй, чей он и сколько стоит мир.

— Очень прогрессивная система, — оценил я. — Минимум бюрократии!

Нападавшие узнали, что голландское судно ушло, а на «Елисавете» осталось серебро. Продавцов не посвящали: их товар собирались забрать вместе с нашим кораблём. Имена начальников пленные путали, но одно повторялось чаще других: госпожа Чжэн.

— Если действует правило, переговоры ничего не изменят, — заметил Сукин. — Завтра нас увидит другой отряд и снова полезет.

— Значит, нужен знак, который отменяет это правило для нас.

— А его дадут?

За бортом покачивалась захваченная джонка, а два тела готовили к морскому погребению. Победа обошлась дорого, но дала товар для переговоров, который нельзя купить за серебро: доказательство, что брать нас накладно.

Можно было оставить себе пленных и джонку. Только постоянный торговый канал стоил дороже.

— Найдите среди них того, кто помоложе и не ранен, — распорядился я. — Накормить. Дать лодку. Пусть передаст: людей и судно верну.

Северцев поднял брови.

— Без выкупа?

— Не совсем. Нападения прекращаются. Мне дают прямую встречу с человеком, который вправе отвечать за договор. Повреждения возмещают товаром либо хорошей ценой на следующих поставках. А дальше мы торгуем постоянно.

Выбранный пленный выслушал перевод и задал короткий вопрос.

— Он спрашивает, почему вы не требуете серебра сейчас.

— Потому что завтра мне снова понадобятся сера, селитра и провиант. Один ограбленный корабль кормит один раз, и то — не досыта. Постоянный торговый партнёр кормит годами.

Посыльному вернули одежду и дали вёсла, но оружия не вернули.

Ждать решили до утреннего прилива. Если ответа не будет, уйдём к Макао. Сукин выставил двойную вахту, зарядил карронады и поднял к рамам новый пакет ракет. Тилезиус подготовил новую порцию бутылок с зажигательной смесью.

Перед рассветом с воды донёсся негромкий удар гонга.

К нам шла узкая лодка под белым полотнищем. Сухой человек в тёмной куртке назвал моё имя, перечислил меха, сандал и захваченную джонку, затем показал дощечку с красным знаком.

Толмач выслушал его и заметно побледнел.

— Он прибыл от госпожи Чжэн. Она приглашает русского графа на встречу.

Имя ударило точнее любой ракеты. Фактическая предводительница всех здешних пиратов захотела встретиться с русским графом!