Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 45 из 78

— По крайней мере, при свидетелях не трогают. А так-то… Они уже немало наших колоний заняли своими войсками под предлогом «недопущения захвата наполеоновской Францией».

*.*.*

Ремонт занял весь следующий день. Сломанный рей заменили запасным, самые тяжёлые снасти разобрали, а двоих больных перенесли на «Елисавету», где Тилезиусу было удобнее за ними следить. К вечеру голландский купец снова мог держать курс, хотя парусов нёс меньше прежнего.

Дальше пошли вместе. Первые сутки Ноорт держался рядом, опасаясь нового нападения. Потом расстояние между судами увеличили, но каждый рассвет начинался с обмена сигналами. Четверо наших работали на голландце посменно, англичане передавали команды и заодно выясняли, сколько там платят матросам. Судя по тому, как внимательно они слушали ответы, вопрос был далеко не праздным.

На восьмые сутки показались первые джонки. Одна прошла вдали, не изменив курса. Две другие подошли ближе и долго наблюдали за нами, подняв на мачтах незнакомые вымпелы. После недавнего боя даже самые беспечные люди держались возле оружия. Сукин запретил открывать порты и показывать пушки: мирный купец, который заранее скалит зубы, чаще получает лишний повод доказать, что он вовсе не мирный.

Джонки провожали нас до вечера, затем отстали.

Ноорт явился на «Елисавету» следующим утром. Рука его уже не беспокоила. Передо мной опять стоял расчётливый купец, способный назначить цену даже собственной благодарности.

Мы разложили карту на кормовой надстройке. Впереди лежало устье Жемчужной реки.

— Ваши товары останутся на судне, пока чиновники не закончат осмотр, — объяснил Ноорт. — Затем придёт лоцман. Потом таможенные люди. Без их разрешения нельзя спустить на воду даже грузовую лодку.

— А продавать когда?

— Когда вас примет хонгист.

— Тот самый, которому дорого стоит ваше имя?

Голландец улыбнулся.

— Один из них. Если договорюсь.

Разговор наконец-то принимал деловой оборот. Ноорт повёл ногтем по карте, показывая место якорной стоянки ниже Кантона. Самим иностранцам полагалось жить в отведённых факториях, товар проходил через китайских поручителей, склад оплачивался отдельно. За измерение груза брали деньги, за разрешение его выгрузить — опять нужно платить! Даже переводчик имел начальника, который тоже желал получить свою долю.

— И это вы называете отсутствием обычных затруднений? — спросил я.

— Конечно! Обычные начинаются, когда никто не желает за вас поручиться.

Вокруг становилось всё больше судов. Между тяжёлыми джонками с высокими кормами сновали лодки, рыбаки убирались с фарватера, а вдали над серой полосой берега поднимались мачты, которых я сперва принял за лес.

В Кантон мы везли меха, сандал и большие надежды. Пушки помогли довезти всё это до китайских вод. Дальше бороться за прибыль предстоит другими средства!