Страница 58 из 78
Ощущение того, что я делаю что-то неправильное, не покидает меня всю дорогу до машины Ильина. Лев окружает вниманием. И хотя его желание понравиться порядком раздражает, меня потряхивает от негодования совсем по другому поводу. Перед глазами пылают красные круги, в голове гудит, словно после удара палкой. Я хорошо помню, как мило Железный беседовал с Тоней, строя планы обязательно дообсудить «вечерком» то, что не обсудили по телефону. За моей спиной он воркует с бывшей девушкой!? А говорил, что честный! И плевать мне, что, возможно, он не хочет меня во что-то втягивать и пытается разрулить с этой каракатицей сам. Я всё равно ревную с дикой болью и сумасшедшим отчаянием. Она обещала стереть меня в порошок, а он с ней сюсюкается! Не могу вернуть себе здравомыслящее состояние. И где-то на задворках сознания мелькает, что своим поведением я Тоньке подыгрываю, что я сама всю гроблю, но я слишком зла и чересчур сильно влюблена, чтобы башка работала в штатном режиме.
Не успев отъехать, Ильин притормаживает, вынужденный принять входящий вызов.
— Стой, Лев, твою мать, на месте! Не смей покидать парковку! — рычит Адону по громкой связи. — Или я прямо сейчас сообщу в налоговую о твоих реальных доходах!
Ильин смеётся:
— Что вы сделали с моим другом, Машенька? Кажется, он заболел бешенством.
Меня всё ещё колбасит после его разговора с Антониной. Я уверена, что можно её выгнать в шею, но он же у нас правильный.
— Маша, выходи, пожалуйста, из машины! Вернись наверх!
— Валера, я пытаюсь предложить ей работу, а не руку и сердце. Ты меня пугаешь!
Сердце колотится будто сумасшедшее, аж прыгает в груди, как воробей по веткам.
— Валерий Германович, да не нервничайте вы так, — подключаюсь к разговору, — а лучше попросите Антонину поставить вам уколы. Это ведь от неё вы и заразились, передача вируса происходит контактным путём, так что ваша бывшая девушка, с которой вы так мило беседовали по телефону, видимо, наплевала вам в ранки до этого! Человек ведь в совете директоров, плохого не сделает, поможет вам!
Лев снова смеётся.
— Маша, ты ведёшь себя глупо! — Адону пытается успокоиться, говорит тише.
— Я просто хочу познакомиться с девочкой и понять, подходит ли мне эта работа.
— Тебе не нужна эта работа, — уже спокойнее, но всё равно командным тоном.
— Хватит, Валера, нельзя посадить женщину под замок, — улыбается Ильин. — Это нецелесообразно!
— Давай, Ильин, ты своими женщинами займешься, а мою оставишь в покое!
— Валера, боже упаси, я ведь не влюбленный, оттого живу радостно и прекрасно! Мне просто нужна хорошая няня.
Германович вздыхает, уступая.
— Вам час времени на всё, — командует Железный, заставляя меня закатить глаза. — Потом вернёшь её в офис!
Вот и первая ссора, мы оба упрямые, и это плохо, никто не хочет уступить. Но если бы не Антонина, её рвение вернуть своего парня и эти тайные предательские переговоры с возможным вечерним продолжением, я бы, наверное, уступила ему. Послушалась и никуда бы не пошла, но сейчас просто не могу. Меня это как в стиральной машине в режиме сушки выкручивает. Ему, значит, с ней по восемь часов бок о бок проводить можно, а мне нельзя познакомиться с дочерью будущего работодателя? Или мне теперь с мужчинами в костюмах вообще нельзя разговаривать?
Ох не зря у меня с противоположным полом не складывается. Не умею я себя вести. Он меня бросит и будет прав. Он не привык, когда ему перечат, а я мало того, что не хочу в офисе работать, как он придумал, так ещё и из-за бывшей его нервничаю.
Эх, Тоня была хитрее. Машина трогается с места, в голове кружится хоровод из тёмных мыслей. Но мы уже отъезжаем от офисного здания и сворачиваем на трассу.
Дом Ильина оказывается ещё дальше, чем дом Адону, он расположен на самой окраине элитного посёлка и выглядит немного пугающе. Чёрная отделка и блестящая оцинковка придают ему лёгкой готичности. Настроения как не было, так и нет. Оказывается, поссорившись с любимым, уже ничего не хочется.
Ильин элегантно открывает для меня калитку, грань не переходит. Всё очень культурно. Заранее делает несколько звонков прислуге, предупреждая о своём приближении.
— Сейчас за Настенькой смотрит домработница, но вы же понимаете, Машенька, что это не её специфика и она попросту не успевает выполнять свои обязанности. Девочка посещает частную школу, первый класс, а после находится дома. Нам нужна няня с обеда до вечера, пока я не вернусь из офиса. Я хочу, чтобы кто-то делал с ней уроки, выводил гулять, следил за питанием, ну и развивающие занятия, конечно же. Она ещё маленькая.
— Понятно, — улыбаюсь хозяину.
И ещё раз взглянув на него, понимаю, что Адону ревнует не зря. Всё-таки Ильин очень привлекательный и галантный мужчина, перед таким ни одна женщина не устоит.
Лев провожает меня по красивой извилистой дорожке, украшенной гномами и декоративными кустами, просит подняться на широкое крыльцо с золотистыми перилами и пропускает вперёд, открывая для меня массивную входную дверь.
И в следующую секунду я пугаюсь до смерти, потому что мне на голову выливается ледяная вода. Я так и стою с открытым ртом, мокрая и окаменевшая. А перед моими глазами открывается невероятная картина.
— Настя! — Бегом спускается по лестнице, наверное, домработница, на голове у неё что-то розовое и склизкое, в руках веник.
Кругом летают перья, на полу рассыпана мука. Орёт музыка, и с люстры свисают какие-то длинные тряпки, кажется, это шарфы и галстуки.
Мимо нас по паркету на роликах с грохочущими колёсиками пролетает девчонка с двумя высокими хвостами.
Я так и стою, осматривая свою мокрую одежду и оглядываясь на детское ведерко, замысловато приделанное к двери. Это ж надо было додуматься так всё прикрепить, чтобы эта конструкция сработала.
Ильин вздыхает и, хрустя подошвами по разбитым на полу яйцам, идёт куда-то в сторону. Через минуту приносит полотенце и, всучив его мне, зарывается в волосы руками.
— Я же просил всё подготовить.
— Знаете что!? — Пытается отлепить от волос слайм несчастная женщина. — Идите вы к чёрту, я увольняюсь! Вашей дочери нужна не няня, а тюремная надзирательница!