Страница 72 из 74
— Нюхать. — Сую ей под нос платье Алёнки, которое мне выдал леший. — Есть тут та, чьё платье? В свободной общине?
Навка нюхает, щупает и кивает:
— Эта сестра с нами.
— Позови её.
Девчонка неожиданно фыркает.
— Сам позови!
И гордо уходит, не дожидаясь команды.
— По ходу, нашу нечисть в том мире хреново кормят, — задумчиво говорит успевший обернуться Палей.
— Скорее, им вкусняшек не дают, — возражает Егор. — Или не до того. Три раза в неделю по три часа — ну такое себе. Едва пожрать успевают, бедолаги, не до сладостей.
Палей поднимает свою очередную разорванную футболку и печально её оглядывает.
— Блин Вообще, что ли, не одеваться?
— Это по уму, — соглашается Шах, вскидывая на плечо рюкзак. — Пошли уже, пацаны. Повеселились — и хватит.
— Но какие всё-таки тёлки — мечтательно говорит Палей. — Мне б такую настоящую!
— Ты в курсе, что на самом деле у них спины прозрачные? — интересуется Шах.
— Так я и говорю — настоящую, не навку, — вздыхает Палей. — А вообще, тут прикольно! И подрались, и полюбились почти.
— А значит, пора и честь знать! — гремит над нами тяжёлый бас.
В следующую секунду я обнаруживаю, что стою на полянке один. То есть ни разу не на полянке, мать твою!
Мрачная пещера, уходящая в чёрную пустоту, освещена редкими факелами на стенах.
По ходу, меня куда-то перенесли.
Для нечисти, даже низшей, порталиться — нефиг делать. Как и кого-то с собой перетащить. Я не раз с таким сталкивался в своём мире. Появляется та же кикимора среди играющих детишек, хватает одного и исчезает. А амулеты против нечисти стоят немалых денег. Лет двадцать я состоял в поисковом отряде, задолго до того, как стал инквизитором
В Российской империи такие случаи — редкость. Местные высшие действительно хранят равновесие.
Но тут-то, раздери их леший, свободная община!
Если, конечно, меня спорталила именно нечисть и я всё ещё нахожусь в Чёртовом ущелье.
На раздумья уходит меньше минуты, но и враги не дремлют. Из стены пещеры вылезает здоровенная разломная жаба, из пасти которой свисает
жалобно поскуливающий Крайт.
Подавив естественную ярость, я удерживаю себя от удара по замаскировавшейся нечисти. Меня просто провоцируют напасть.
Это морок. Хотя настолько качественный, что сбросить его мне удаётся не сразу. Потому что ни разу не смешно.
Вообще, в Слове, которое дал мне городничий, явная недоработка. Ведь если на нас Слово высшего, то нечисть не может нам причинить вред. При этом морок вредом не считается. Как-то это несправедливо.
* * *
В очень нехорошем месте
Его высочество Георгий Романов
Внезапно очутившийся в полной темноте Егор тоже подумал о том, что Слово высшей нечисти работает как-то неправильно. Могли бы и от морока защитить.
Понятно же, что ничего плохого не происходит. А значит, это очередной глюк. Чудище, напавшее на них на опушке, выглядело очень страшным, а в итоге выпрашивало печеньки.
Егор присел на корточки, пощупал, что там под ногами. Деревянный пол вроде. Который тоже наверняка ненастоящий. Но и смеяться не над чем
Он осторожно шагнул и позвал:
— Ник?
Тишина.
— Серж? Константин?
Тишина.
Хорошо, что рюкзак с собой. Достав фонарик, Егор направил луч света вперёд, и темнота тут же исчезла. Он стоял в прекрасно освещённой пустой комнате: солнце за окном шпарило вовсю, штор не было.
А посреди комнаты распластался Ярослав. Его старший брат, прикованный за руки и за ноги. Железные цепи уходили прямо в пол. Над братом нависал длинный и тощий живой мертвец. Упырь! Вместо волос из черепа росли мышиные головы, беззвучно разевающие пасти. Полусгнившие руки копались в груди Ярослава, без проблем проникая внутрь тела. Брат бился в судорогах.
— Яр! — завопил Егор, кидаясь к нему.
Но бежал он словно на месте, не приближаясь ни на метр. А упырь с усилием выдернул из груди брата красный комок, истекающий кровью.
— Не-е-ет!!!
— Вкусно, — сказал упырь, протягивая Егору
сердце?
«Это морок, просто морок!» — подумал Егор.
— Это не морок, — хрипло сказал упырь. — Это реальность. Иди сюда. Съешь это, и станешь как я. Вкусно
Он широко раззявил челюсти и вгрызся в свою добычу.
В тот же момент Егор нанёс удар. В упыря полетел шар огня. Кости не могут загореться так быстро, но они загорелись и кучей обрушились на пол. А от кучи, завывая, отскочила какая-то тварь с единственным глазом во лбу.
После чего Слово, защищающее от нечисти, исчезло.
Личина его высочества Георгия исчезла минутой раньше.