Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 73 из 74

Глава 24

Развеяв морок и вновь оказавшись на лесной полянке, я с облегчением вижу всех своих. Недоумевающего Крайта. Очень злого Палея. Ржущего Шаха. И

младшего царевича собственной персоной. В смысле с натуральной мордой лица. Без личины. Твою мать! Ну что сказать — жаль, не обернулся! Хоть какая-то польза была бы. Для Отечества.

Каждого из нас затащили в персональный морок. И Егор в своём явно стрессанул. По полной программе.

Шах вдруг перестаёт ржать и хватает царевича за плечо.

— Ты кто?

— Чёрт в пальто, — обрываю его. — Это свой, с него личина спала.

Моя интуиция буквально орёт, что отсюда надо валить. Немедленно. Порталом, наплевав на всё. Потому что личина, наложенная на императорского сына, просто так спасть не может. А вид у его высочества растерянный и виноватый донельзя.

— На кого-то ты сильно стал похож, пацан — тянет Шах, рассматривая царевича. — Сдаётся мне, что на папу

— Позже!

— Да, — отрывисто говорит Шах, а в руках его уже светятся голубым парные дубинки, артефактное оружие.

Потому что в лесу вдруг повисает гробовая тишина. И в этой тишине на нас со всех сторон очень пристально смотрят. Хрен с ним, с Договором. Уходим немедленно.

Делаю шаг

и остаюсь на месте, потому что в штанину вцепляется какая-то дрянь. Типа палок с руками.

Граничники. Мелкая нечисть, способная удержать здоровенного дракона. Не раздумывая, отдираю их своей тьмой, краем глаза вижу, как Палей швыряет себе под ноги сосульки, и ору:

— Без огня!

Не хватает, чтобы огневики сдуру себя пожгли, кидаясь плетениями в эту пакость. Сметаю граничников с ног моих напарников.

— Уходим!

Поздно.

Портал строить — поздно, потому что в руки уже вцепились две лохматые твари, а Палея дёргает на себя кикимора. Сматываться отсюда без своей команды я не буду.

— Все ко мне!

Крайт сдирает с меня напавших, Егор прыжком оказывается рядом. Шах бьёт кикимору и подтаскивает к нам Палея. В следующую секунду на нас с рёвом обрушивается разномастная нечисть. Буквально — толпа.

Летят плетения, дубинки Шаха сливаются в одну мечущуюся линию, я выпускаю щупальца тьмы.

Отлично понимая, что победы в этой драке нам не светит.

Слово городничего исчезло. Ничем не сдерживаемая нечисть попросту разорвёт нас на клочки — силы несоизмеримы. Всё равно что стоять в одного перед открывшимся разломом, откуда прут монстры.

Правда, монстры неразумны, а вот нечисть любит поиграть. Пока что они развлекаются: пинают нас, щиплют и пытаются разделить, довольно легко уворачиваясь от плетений, дубинок и даже от невидимого химеринга.

Щупальцам тьмы нечисть ничего не может противопоставить, кроме нечеловеческой скорости и ловкости. Конечно, и тьма в этом плане не пальцем делана.

Но я не хочу убивать. Не говоря уж о последствиях этого. Мы пришли к ним сами, с миром — и кто-то из нас этот мир нарушил, напав первым. Думаю, Егор, но неважно. Вряд ли высшие скажут мне спасибо, если я поубиваю их подданных.

Надо что-то делать Тьма как защита — не справится. А если выпустить её слишком много — не справлюсь с ней я.

Надо

Особо наглая сущность, похожая на столб из водорослей, окатывает меня грязной жижей, и одно из щупалец обвивается вокруг него. Столб визжит и вдруг оседает. Внутри довольно толкается тьма.

По ходу, она сожрала его магию. Чего я ей не разрешал.

Осознаю, что меня начало накрывать. Как осенью в Тайной канцелярии, когда моя тьма рвалась наружу. И если это продолжится, что я тут натворю, даже богам неизвестно.

Надо срочно убрать из уравнения лишние переменные. Распугать нечисть и выкинуть порталом своих парней и Крайта. А один на один с тьмой я уже что-нибудь решу.

Пиная в сторону какую-то зубастую тварь, что вцепилась в носок берца, вспоминаю: формация! Моя запутывающая формация, выбитая в своё время из хранителя Ктулху. Печать, рунный рисунок на земле — попавшие в него перестают управлять своим телом. Ты хочешь идти в одну сторону — а тело идёт в другую, ты хочешь ударить левой рукой — а поднимается правая. Драться в формации нереал. Двигаться внутри этого рунного круга может только его создатель.

Но и на её создание нужно время.

— Прикройте! — ору своим. Около меня дерётся Крайт, вообще не отходит, и толку от него больше, чем от всех остальных. Но даже охраны химеринга сейчас мало.

Палею вообще не до меня. Он крутится как бешеный, ощетинившись сосульками, словно ёж. И одновременно поливая нечисть кипятком. Его воду кипятит Егор, парни успели неплохо сработаться. Шах работает дубинками, эфир не тратит: он тёмный, восстанавливаться ему в разы сложнее. Дубинки не причиняют врагам особого вреда, зато далеко отшвыривают. Но Шах почти рядом и сметает облепивших меня чертей.

Плету формацию, но прерываюсь, чтобы оказать ответную любезность: щупальце тьмы отдирает от Шаха огромную многоглазую тварь с клешнями. Отдирает и ныряет ей в голову.

Через секунду и эта тварь пустым мешком оседает на землю. Тьма выжрала её досуха.

Она питается магией. Любой. Самое вкусное для неё — источники одарённых, с них она растёт и жиреет но что я знаю о магии здешней нечисти?

Ни хрена не знаю.

В любом случае с тьмой что-то не так. Сильно не так. Когда в подземелье Колдуна я позволил тьме делать то, что она хочет, она пыталась взять меня под контроль. Сейчас нет ничего подобного. Мой мозг чист. Никто не пытается меня контролировать.

Тьма словно хочет

вырваться?

Но зачем?

— Князь, !

Матерный окрик Шаха чуть проясняет растущий в голове туман, и я доплетаю формацию, прерываясь всего раз пять.

За это время сдохла кикимора около Егора и навка, пытающаяся вцепиться клыками в шею Шаха. Вскрикивает Палей, и мне опять приходится отвлечься.

Отвык ты, бывший инквизитор Никрас Борх, следить сразу за всеми, одновременно дерясь и командуя

Из меня выползает всё больше щупалец. Они выстреливают во все стороны, пытаются хватать разбегающуюся от них нечисть.

— Сидеть! — рявкаю, жёстким усилием воли заставляя один из своих тентаклей отбросить уже пойманного шишигу. И тут же замечаю, как второй тянется в сторону Палея.

Кархово отродье! Загоняю обратно.

Последний пасс — и моя запутывающая формация падает на землю.

Но выдохнуть я не успеваю.