Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 57 из 74

Но задать вопрос, кто именно, я не успеваю. Городничий развивает бурную деятельность: ставит на спиртовую горелку медный котелок, льёт какое-то масло, сыплет горстью травы, многократно плюёт туда. Отрывает от своего камзола пуговицу — она тоже летит в котелок..

Наблюдаю с удовольствием. Всё же колдовство нечисти — совершенно иное. Сказочное, я бы сказал. И, пожалуй, пожёстче будет. По крайней мере тот же Токсин в котёл кладёт порошок из крыльев летучей мыши — а не швыряет бедную тварюшку живьём и целиком.

— Кровь давай, князь, — бросает мне городничий. — Да помедленней, каплями.

Опять режу ладонь, аккуратно сцеживаю в котелок миллилитров двадцать — пока городничий меня не останавливает. Отдавать кровь всегда неприятно, а часто — и крайне опасно, но главнюку московской нечисти я сейчас слишком важен, чтобы мне нагадить или как-то использовать.

Интересно, что пока моя кровушка капает в зелье, к котелку вплотную подходят хранители — и наблюдают за процессом, как мне кажется, с большим любопытством. Ну.. за посмотреть лично я денег не беру.

Наконец варево в котле обретает синий цвет и прекращает кипеть. Городничий макает в него очередной свиток, поджигает своим дыханием и протягивает мне:

— Глотай, князь. Да будет с тобой Слово моё, добром и волей моей данное! Тебя оно охранит до поры и тех, кого с собой возьмёшь.

Ага, щас. Всё вот брошу и потащу свою команду на съедение сбежавшей нечисти. Голодной — это сто пудов. Раз в одном месте всей толпой сидят, жрать им уже точно там нечего.

Разве что Шаха с собой прихватить.. Чисто чтоб не скучно было.

— Беру твоё Слово, добром и волей данное! — машинально отвечаю я, принимая пылающий обугленный комок пергамента.

Вонючее словечко-то, однако! Ну.. чего только мне не приходилось жрать! В том числе, кстати, и похлёбку из нетопырей.

Спокойно проглатываю горящую хрень. Холодная, блин, как ледышка. Ну, удивляться нечему, жечь меня городничему невыгодно.

Запиваю чистой водой из протянутого бокала. И интересуюсь:

— Координаты?

Мне показывают место на карте, расстеленной на столе.

Урал.

Может, заодно нанести визит тамошнему тёмному роду? Как их там — Табаковы? По инфе от Шаха, в роду имеется столетний дед, одноногий мужик и несколько женщин. Не.. не пойду. Женить начнут, нафиг-нафиг!

— И ещё одно, князь, — говорит городничий, пока я убираю в бумажник листок с координатами. — Хранители вот поговорить с тобой хотели.

Наконец-то. А то я уж подумал — просто пришли позырить на спасителя Отечества.

— Слушаю вас, господа.

— Просьба у нас к тебе, князь Каменский, — говорит Пересвет. — Не откажи. Отечества ради.

— Большое дело сделаешь, — вступает Велестий.

— Если мальчишек из наших родов с собой возьмёшь, — заканчивает Пересвет.

Сперва думаю, что ослышался, и тупо переспрашиваю:

— Кого-кого?

— Георгия Романова, — отвечает хранитель императорского рода.

— И Сергея Палея. — Это хранитель маршальского.

— Зачем?

— Пора им повзрослеть. В силах своих убедиться, — пафосно объясняет Велестий.

— И обернуться целиком, — негромко добавляет Пересвет.

Стресс, конечно, младшему царевичу нужен. Как раз для полного оборота, которого он так пока и не достиг. Да и Палею полевая практика не помешает ни разу.

Вопрос, за каким мне сдалась такая ответственность?

— Оно не так и страшно, — присоединяется к милой беседе городничий. — Оборотни ж оба. Им нечисть не особо опасна.

Не сожрут, это да. Зато сколько всего другого интересненького можно поиметь с двух зелёных оборотней! А хоть бы и не зелёных.

— Не откажи, князь.. — повторяет хранитель Романовых.

Доводы за: во-первых, взрослеть парням действительно пора. А тут такой удобный случай. Во-вторых, мне будут благодарны хранители двух сильнейших московских родов.

— Согласен, — киваю я. — Возьму обоих.

— Что хочешь за это? — спрашивает Пересвет.

Пожимаю плечами:

— Ничего.

Вы оба просто будете мне должны. Как факт.

— Умён ты, князь.. — явно сквозь зубы говорит Пересвет.

Выходя из подвалов особняка маршала Палея, я думаю только об одном.

С чего такое доверие? То есть так-то понятно: я ж герой. Вон и сам император готов со мной младшего сына, надежду Отечества, отпускать. Но, кстати, вряд ли отпустит на такое дело.

Но интуиция подсказывает, что это не единственный аргумент, которым руководствуются хранители..

* * *

Особняк маршала Палея

Минутами позже

Когда за Никитой Каменским закрывается дверь, хранители и городничий сбрасывают со своих лиц туман.

— Он справится, — говорит Пересвет. — Не ошибся лесной хозяин.

— Да, — подтверждает Велестий. — Теперь и я в это верю.

— Поглядим, господа хорошие, поглядим.. — тянет городничий, но его проявившееся лицо озарено улыбкой.

Все трое стоят кружком и, не отрываясь, смотрят на каплю крови Никиты. Она на раскрытой ладони городничего, украденная на подлёте к котлу со Словом.

В этой капле, самой обычной, багрово-красной, тускло светится крохотная серебряная искорка.