Страница 56 из 108
— И молчал, как партизан. Проблем действительно не видишь?
— Ни одной.
— В таком случае не вижу повода для запретов…
Отец растерянно хлопает глазами, а следом подбирается, готовый отстаивать свою позицию:
— Это ты не видишь, но Алиса моя дочь!
— И моя сноха, — кивает свёкор. — Алиса уже четвёртый год как Грушевская, если ты не забыл.
— Но Герман…
— Я знаю твою дочь больше десяти лет, Петя, — перебивает он жёстко. — И ни разу даже не
догадывался о том, что у неё какие-то проблемы с… — запинается, бросая на меня задумчивый
взгляд. — С чем у тебя конкретно проблемы, Алиса?
— Чтение и письмо, — отвечаю тихо, опуская глаза. Не могу смотреть на отца Захара. Мне дико
стыдно.
— И при этом создаёшь такие украшения, что Ляпин готов выдвинуть их на конкурс, — добавляет
Герман Станиславович и снова поворачивается к моему отцу: — Как по мне, тут добавить нечего.
Если ты решил ставить палки в колеса собственной дочери, то тут без меня. В конце концов
дислексия — не какой-то там умственный порок.
— Всё это звучит красиво до тех пор, пока о проблеме не знает сам Ляпин!
— Он в курсе, — вставляет Захар.
— Что?!
— И тоже не видит в этом проблемы.
— Да ты… Вы с ума сошли?!
— Успокойся, Петь, — с убийственным равнодушием обрывает отца свёкор. — Ты ведь не
постеснялся засватать нам дочь, даже не сообщив о её особенностях развития. Так к чему
теперь драму разыгрываешь? Или ты ещё что-то добавить хочешь?
Отец стихает. Таким растерянным и загнанным в угол я его ещё ни разу не видела.
— Нет.
— Тогда предлагаю раз и навсегда закрыть эту тему, — пожимает плечами Герман Станиславович
и поднимает взгляд на сына: — Нам, пожалуй, тоже пора. Спасибо за вечер. Захар, проводи,
будь любезен.