Страница 35 из 108
— Ясно, — недовольно кривит он губы. — Ты, что, по залёту вышла?
Я растерянно застываю с блокнотом и ручкой в руках.
— С чего такие выводы?
— Ну, а с чего бы ещё выходить замуж в таком возрасте? — невозмутимо рассуждает Тимур. —
Сколько тебе? Лет двадцать?
— Двадцать три.
— Чуть-чуть промахнулся. Значит, не залёт?
— Нет, — отвечаю на автомате, а потом начинаю злиться. — И вообще, тебя это не касается.
Мне пора.
Беру свою сумочку и направляюсь к выходу.
— И всё-таки должна быть веская причина, — не унимается Тимур, следуя за мной. — Папочка
заставил?
Щёки обжигает огнём. Всё-таки этот наглец меня бесит. Пусть папочка меня не заставлял, но
мой брак действительно договорной.
— Ну тогда понятно, — тянет он с лукавой усмешкой, подпирая стену плечом, и ждёт, когда я
закрою кабинет.
— Слушай, если ты решил, что я стану просвещать тебя в свою личную жизнь, то глубоко
заблуждаешься! — спешу к лифту.
— Супругу хотя бы не пятьдесят?
Вот же неугомонный!
— У моего супруга отличный возраст, и твой юношеский максимализм он уже прошёл.
— Юношеский? — веселится Тимур. — Да я твой ровесник!
— Чуть-чуть промахнулась, — возвращаю его же фразу. — Не в обиду, конечно, но по твоему
стилю тебе не дашь больше девятнадцати.
— А ну-ка поподробнее! Что не так с моим стилем? — парень оглядывает свой балахон и широкие
джинсы с цепочкой на ремне.
— Всё так, — тут же примирительно киваю я. — Но тебе не кажется, что приходить на работу в
компанию, где господствует строгий дресс-код, как на концерт «Касты», не совсем правильно?
— Ничего ты не понимаешь, детка, — усмехается Тимур. — Это протест!
— Кому? Установленному порядку? Это и есть юношеский максимализм. Просто он у тебя немного
затянулся.
— Ты прям, как моя мама, — качает головой Тимур. — Правда выражается она немного
по-другому.
Мы вместе спускаемся на первый этаж, на нас с интересом поглядывают уходящие с работы
сотрудники. От их взглядов становится неуютно.
— Тебе разве не нужно вернуться к себе на рабочее место?
— Зачем? — Тимур открывает для меня дверь, пропуская вперёд. — Всё, что я с собой брал, при
мне! — демонстрирует ключи от Феррари.
Я сдерживаю усмешку и выхожу на крыльцо. Вижу неподалеку припаркованную машину Захара, и
меня внезапно торкает. Муж хотел, чтобы я не зацикливалась на верности в браке? А если же
увидит, каково это, наглядно? Так же будет уверен в нужной нашему браку свободе?
Рассчитывая, что Захар заметил меня, я поворачиваюсь к внуку Ляпина и, кокетливо склонив
голову, прощаюсь с ним:
— До завтра, Тимур! — обнимаю его, как хорошего друга. — Звони, если что.
Тот замирает от неожиданности, хлопает глазами, а потом, не теряясь, укладывает ладони на
моей талии. Приходится поспешно отстраниться, чтобы они не спустились ниже.
— Обязательно. Ты главное цифры напиши нормально!
— Вообще-то я имела в виду звонить Галине Степановне, — улыбаюсь сладко и закусываю губу.
Парень сглатывает, вперившись взглядом в мои губы, и едва не облизывается.
— А может ну его, мужа твоего? Погнали куда-нибудь!
— Куда например? На концерт репера? Извини, я не соответствующе одета для таких
мероприятий. Да и муж уже подъехал.
Тимур бросает взгляд на парковку, отступая на шаг, а мне отчего-то смеяться хочется. Не
такой уж он и смельчак, каким хочет казаться. Машу ему на прощание и спешу к кроссоверу
мужа. Замечаю силуэт Захара сквозь лобовое стекло, и то, как он постукивает большим пальцем
по рулю в ожидании. Наверняка видел мои обнимашки. Не мог не увидеть.
Сажусь в салон, погружаясь в ненавязчивый аромат мужского парфюма, от которого всегда
балдела.
— Привет, — произношу бодро.
Встречаюсь с тёмными глазами мужа, а вместо ответа слышу хмурый вопрос:
— Это что за парень?