Страница 23 из 108
Глава 12
В полном одиночестве проходит три ночи. За всё время совместной жизни с Захаром, это самый
долгий срок, на который мы разлучались. Даже когда он уезжал в командировки, его отсутствие
легко сглаживалось звонками и сообщениями. А сейчас — абсолютная тишина. Муж не ищет со мной
связи. Будто всё происходящее его совершенно не волнует. Боюсь представить, что будет
дальше.
Немного прийти в себя мне удаётся только ко вторнику. Голову заполняют мысли о
собеседовании у Ляпина, и я немного оживаю. Встаю с петухами, принимаю контрастный душ,
чтобы прогнать остатки сна, и тщательно собираюсь. Долго подбираю костюм, останавливая выбор
на бежевой брючной двойке, а потом целый час кручусь у зеркала, вооружившись косметичкой.
За последние несколько дней муж изрядно подкосил мою самооценку, и теперь мне не нравится в
себе абсолютно всё — начиная с одежды и заканчивая цветом глаз. Глаза у меня светло-голубые.
Даже слишком светлые — бледные, водянистые. И губы, наверное, стоит подкачать. Сейчас это
модно. Или же татуаж сделать, чтобы всегда яркие были. Рыжая змея ведь всегда яркая, тем и
цепляет. В том числе и женатых мужиков.
Приезжаю в ювелирный дом Ляпина на полчаса раньше назначенного времени. Высокая брюнетка с
любезной улыбкой провожает меня в небольшой кабинет, больше похожий на зону отдыха. Здесь
три больших дивана, расположенных буквой «П», круглый стеклянный стол, украшенный
декоративной корзиной, рядом с которой лежит стопка каталогов ювелирной продукции.
— Могу предложить вам чай или кофе? — вежливо спрашивает женщина.
— Если можно воды, — отвечаю я. Волнуюсь так сильно, что в горле пересохло.
Сотрудница с готовностью спешит к куллеру, который я не приметила сразу.
— Располагайтесь, — ставит передо мной полный стакан и отходит к двери. — Альберт Маркович
скоро освободится и подойдёт, — обещает, прежде чем выйти.
Я остаюсь одна и осматриваюсь повнимательнее: вся мебель светлая, вокруг идеальная чистота,
кругом красивые декоративные растения. Причём не только в этом помещении, а во всей
компании. Атмосфера здесь ощущается на должном уровне — серьёзная, с определённым
устоявшимся порядком. Я бы хотела стать частью этой большой команды.
Время в ожидании идёт слишком медленно. Я беру из аккуратной стопки верхний каталог и
листаю страницы — это последняя коллекция украшений, что вышла на рынок в прошлом месяце. Я
слежу за брендом Ляпина последние пару лет и знаю практически все его работы.
Останавливаю внимание на изящной подвеске в форме яблока. Само украшение — это большой
красный рубин, а вот окантовка — белое золото. Я рисовала нечто подобное, но выбросила,
забраковав эскиз. Он действительно не дотягивал до этой красоты.
Внезапно дверь распахивается и я вздрагиваю, поднимая голову. В комнату входит седовласый
коренастый мужчина, в котором я тут же узнаю своего кумира — Альберта Марковича. Волнение
тут же набирает обороты, и я поднимаюсь с дивана, растягивая губы в вежливой улыбке:
— Здравствуйте, Альберт Маркович, — произношу как можно спокойнее и уверенней. Главное в
обморок не грохнуться. — Рада познакомиться с вами лично.
Удивительно, но, несмотря на большой круг высокопоставленных лиц, с которыми мне довелось
познакомиться благодаря отцу и его связям, наши пути с прославленным ювелиром никогда не
пересекались.
— Вы не представляете, насколько я рад! — отвечает с довольной улыбкой Ляпин и проходит к
столу. — Вы оказались настолько неуловимы, Алиса, что я уже было отчаялся пытаться привлечь
вас в свою команду.
Щёки моментально обжигает румянец смущения. Когда я отказалась сотрудничать с Ляпиным
полгода назад, он действительно не сразу это принял. Менял предложения, увеличивая сумму
договора о сотрудничестве, но потом всё же затих. В то время я отчаянно кусала локти и,
поддавшись мнению мужа, пыталась себя убедить, что мне всё это ненужно. Больше я не стану
допускать подобных ошибок.
— Огромное спасибо вашему мужу, что он всё-таки смог нас свести.
При упоминании Захара в груди нестерпимо колет.
— Точно, — только и отвечаю я, опуская взгляд.
Ювелир замечает раскрытый каталог и оживает ещё больше:
— Просматриваете последнюю коллекцию? Как вам?
— Достойна самой высокой оценки, — искренне хвалю я. Разве может быть иначе?
— Должен признать, это не самая удачная моя работа, — кивает на подвеску с яблочком и
устраивается на соседнем диване.
Я тоже опускаюсь на своё место, в замешательстве рассматривая красивое украшение — тонко,
изящно, со вкусом.
— Разве?
— Конструктивная критика очень полезный инструмент. Даже если это критика самого себя, — с
лёгкой усмешкой произносит Ляпин. — В этой подвеске нет особой изюминки, искры. Она слишком
«правильная». Не замечаете?
Я понимаю, что он имеет в виду. Потому что сама много раз браковала свои эскизы за
отсутствие «искры». Бывает так, что в голову приходит идея, на прорисовку которой уходит
несколько часов, а потом смотришь на результат и понимаешь, что всё вышло не так, как
казалось в воображении.
— Со стороны это не заметно, — жму плечами.
— Главное, что заметно мне, — мягко возражает Альберт Маркович. — Скажу вам честно, Алиса,
не все ваши работы я готов хвалить и отдавать в производство, но среди них есть такие
варианты, за которые я готов аплодировать вам стоя, — он с почтением склоняет голову. — Мне
нравится ваш подход к сочетанию камней и цвета золота. В нем скрывается та самая новизна,
которую я не могу прочувствовать сам, чтобы хотя бы попробовать повторить этот стиль. Да и
не в моих правилах копировать конкурентов, а вот предложить сотрудничество — только «за».
— Спасибо, — обескуражено лепечу я, не ожидая подобной речи.
— Посмотрите на подвеску ещё раз, — снова привлекает моё внимание к яблочку. — Как бы вы
исполнили подобный вариант украшения? Например, если бы хотели, чтобы оно стало популярным
среди молодой целевой аудитории?
Я практически не дышу, рассматривая украшение. Долго молчу, обдумывая варианты, но Ляпин
меня и не торопит.
— Я бы сделала основной камень меньше, — наконец делюсь своими мыслями, — окантовку шире, в