Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 23 из 108

Глава 12

В полном одиночестве проходит три ночи. За всё время совместной жизни с Захаром, это самый

долгий срок, на который мы разлучались. Даже когда он уезжал в командировки, его отсутствие

легко сглаживалось звонками и сообщениями. А сейчас — абсолютная тишина. Муж не ищет со мной

связи. Будто всё происходящее его совершенно не волнует. Боюсь представить, что будет

дальше.

Немного прийти в себя мне удаётся только ко вторнику. Голову заполняют мысли о

собеседовании у Ляпина, и я немного оживаю. Встаю с петухами, принимаю контрастный душ,

чтобы прогнать остатки сна, и тщательно собираюсь. Долго подбираю костюм, останавливая выбор

на бежевой брючной двойке, а потом целый час кручусь у зеркала, вооружившись косметичкой.

За последние несколько дней муж изрядно подкосил мою самооценку, и теперь мне не нравится в

себе абсолютно всё — начиная с одежды и заканчивая цветом глаз. Глаза у меня светло-голубые.

Даже слишком светлые — бледные, водянистые. И губы, наверное, стоит подкачать. Сейчас это

модно. Или же татуаж сделать, чтобы всегда яркие были. Рыжая змея ведь всегда яркая, тем и

цепляет. В том числе и женатых мужиков.

Приезжаю в ювелирный дом Ляпина на полчаса раньше назначенного времени. Высокая брюнетка с

любезной улыбкой провожает меня в небольшой кабинет, больше похожий на зону отдыха. Здесь

три больших дивана, расположенных буквой «П», круглый стеклянный стол, украшенный

декоративной корзиной, рядом с которой лежит стопка каталогов ювелирной продукции.

— Могу предложить вам чай или кофе? — вежливо спрашивает женщина.

— Если можно воды, — отвечаю я. Волнуюсь так сильно, что в горле пересохло.

Сотрудница с готовностью спешит к куллеру, который я не приметила сразу.

— Располагайтесь, — ставит передо мной полный стакан и отходит к двери. — Альберт Маркович

скоро освободится и подойдёт, — обещает, прежде чем выйти.

Я остаюсь одна и осматриваюсь повнимательнее: вся мебель светлая, вокруг идеальная чистота,

кругом красивые декоративные растения. Причём не только в этом помещении, а во всей

компании. Атмосфера здесь ощущается на должном уровне — серьёзная, с определённым

устоявшимся порядком. Я бы хотела стать частью этой большой команды.

Время в ожидании идёт слишком медленно. Я беру из аккуратной стопки верхний каталог и

листаю страницы — это последняя коллекция украшений, что вышла на рынок в прошлом месяце. Я

слежу за брендом Ляпина последние пару лет и знаю практически все его работы.

Останавливаю внимание на изящной подвеске в форме яблока. Само украшение — это большой

красный рубин, а вот окантовка — белое золото. Я рисовала нечто подобное, но выбросила,

забраковав эскиз. Он действительно не дотягивал до этой красоты.

Внезапно дверь распахивается и я вздрагиваю, поднимая голову. В комнату входит седовласый

коренастый мужчина, в котором я тут же узнаю своего кумира — Альберта Марковича. Волнение

тут же набирает обороты, и я поднимаюсь с дивана, растягивая губы в вежливой улыбке:

— Здравствуйте, Альберт Маркович, — произношу как можно спокойнее и уверенней. Главное в

обморок не грохнуться. — Рада познакомиться с вами лично.

Удивительно, но, несмотря на большой круг высокопоставленных лиц, с которыми мне довелось

познакомиться благодаря отцу и его связям, наши пути с прославленным ювелиром никогда не

пересекались.

— Вы не представляете, насколько я рад! — отвечает с довольной улыбкой Ляпин и проходит к

столу. — Вы оказались настолько неуловимы, Алиса, что я уже было отчаялся пытаться привлечь

вас в свою команду.

Щёки моментально обжигает румянец смущения. Когда я отказалась сотрудничать с Ляпиным

полгода назад, он действительно не сразу это принял. Менял предложения, увеличивая сумму

договора о сотрудничестве, но потом всё же затих. В то время я отчаянно кусала локти и,

поддавшись мнению мужа, пыталась себя убедить, что мне всё это ненужно. Больше я не стану

допускать подобных ошибок.

— Огромное спасибо вашему мужу, что он всё-таки смог нас свести.

При упоминании Захара в груди нестерпимо колет.

— Точно, — только и отвечаю я, опуская взгляд.

Ювелир замечает раскрытый каталог и оживает ещё больше:

— Просматриваете последнюю коллекцию? Как вам?

— Достойна самой высокой оценки, — искренне хвалю я. Разве может быть иначе?

— Должен признать, это не самая удачная моя работа, — кивает на подвеску с яблочком и

устраивается на соседнем диване.

Я тоже опускаюсь на своё место, в замешательстве рассматривая красивое украшение — тонко,

изящно, со вкусом.

— Разве?

— Конструктивная критика очень полезный инструмент. Даже если это критика самого себя, — с

лёгкой усмешкой произносит Ляпин. — В этой подвеске нет особой изюминки, искры. Она слишком

«правильная». Не замечаете?

Я понимаю, что он имеет в виду. Потому что сама много раз браковала свои эскизы за

отсутствие «искры». Бывает так, что в голову приходит идея, на прорисовку которой уходит

несколько часов, а потом смотришь на результат и понимаешь, что всё вышло не так, как

казалось в воображении.

— Со стороны это не заметно, — жму плечами.

— Главное, что заметно мне, — мягко возражает Альберт Маркович. — Скажу вам честно, Алиса,

не все ваши работы я готов хвалить и отдавать в производство, но среди них есть такие

варианты, за которые я готов аплодировать вам стоя, — он с почтением склоняет голову. — Мне

нравится ваш подход к сочетанию камней и цвета золота. В нем скрывается та самая новизна,

которую я не могу прочувствовать сам, чтобы хотя бы попробовать повторить этот стиль. Да и

не в моих правилах копировать конкурентов, а вот предложить сотрудничество — только «за».

— Спасибо, — обескуражено лепечу я, не ожидая подобной речи.

— Посмотрите на подвеску ещё раз, — снова привлекает моё внимание к яблочку. — Как бы вы

исполнили подобный вариант украшения? Например, если бы хотели, чтобы оно стало популярным

среди молодой целевой аудитории?

Я практически не дышу, рассматривая украшение. Долго молчу, обдумывая варианты, но Ляпин

меня и не торопит.

— Я бы сделала основной камень меньше, — наконец делюсь своими мыслями, — окантовку шире, в