Страница 18 из 63
Молитва вышла отличной, горничная была спокойна и приветлива, а вдобавок ко всему милорд вновь собирал нас за общим столом. Ну, и пусть прошлый завтрак оставил о себе не самые приятные впечатления. Зато мы были вместе. Сидели прямо напротив друг друга. «Как муж и жена», — шепнул чей-то голос в ухо. Я густо покраснела, глядя на свое отражение в зеркале, и в памяти всплыл румянец на щеках Хельмута. Настроение резко ухнуло в выгребную яму. Если он прислушается к воле отца, то будет сегодня сидеть по правую руку от меня. Как бы молоко на столе не скисло, право слова.
Пока мы собирались за общим столом, небо заволокло грозовыми тучами.
— У меня ноют суставы, должно быть через час — другой хлынет, — проворчала леди Гретта в несвойственной ей манере.
— Примите лекарство, бабушка, — вежливо предложил Мориц, заботливо помогая почтенной даме занять место по левую руку от милорда.
— И пусть твоя горничная подберет платье потеплее, сквозняки в такую погоду коварны, матушка, — добавил Увэ. — Примула, вы сегодня хорошо спали?
Щеки вновь обожгло румянцем, и я поспешно опустила взгляд.
— Да, милорд Увэ, благодарю за вашу заботу, — вежливо ответила я.
А потом не удержалась и быстро подняла глаза, держа при этом лицо почтительно склоненным. По движению плеч я поняла, что милорд собирался обратиться к Морицу, но перехватил мой взгляд и замер, сбившись и позабыв, что хотел сказать. Я почувствовала себя крайне неловко из-за этого и уставилась в тарелку, чувствуя, как жар заливает щеки.
Сбоку грохнула дверь, но в первые секунды я не обратила на это внимания, так была поглощена смятением, всколыхнувшимся в груди.
— Приношу свои извинения. Вечер выдался преотвратный.
Я прикрыла глаза, скрывая раздражение. Уж не знаю, что там вчера произошло у среднего сына благородного семейства, но у меня из-за него утро сделалось преотвратным.
— Хельмут, а я уже собирался спрашивать брата о тебе.
— Отец, почему ты до сих пор считаешь, что я могу знать, чем занимается наш мятежник?
— Я тысячу раз просил не называть меня мятежником, Мориц! — рявкнул мальчишка, с шумом занимая единственное свободное место.
— Доброе утро, Хельмут, — в унисон пропели Клара и Лара с какими-то противными нотками в голосе.
— Хельмут дурак, — пискнул обычно молчаливый Янник.
— Янник, это плохое слово, — голос леди Гретты звенел морозной медью церемониального колокольчика. — Твоей няне стоит внимательнее следить за тем, какие выражения допустимы в присутствии юного лорда.
— Приношу свои извинения, леди Гретта, — пробормотала няня малыша, съежившись в комочек.
Я слушала перебранку, с трудом удерживая нижнюю челюсть. Для приличия ее даже пришлось подпереть пальцами, якобы промакиваю салфеткой рот. За все дни пребывания в усадьбе милорда Изумрудного дола я впервые слышала отменную семейную склоку. Обычно так общались между собой крестьяне, уставшие на посевных или жатве, но никак не благородные лорды и леди. В чем дело?
— Как же в академии недостает наших милых семейных застолий, — ядовито процедил юноша, сидевший сбоку.
А на меня неожиданно снизошло озарение. Вот ведь виновник ссоры, сидит прямо рядом со мной! Я невольно обернулась и взглянула на него. При свете дня волосы юноши оказались не чисто белыми, а с теплым карамельно-медовым подтоном. И кожа чуть смуглее, чем мне показалось в темноте тускло освещенного коридора. Зато глаза были именно того сложно-серого цвета, что обжигал меня ненавистью вчера.
— Что уставилась, деревенщина?
— Хельмут! — рявкнул милорд Увэ.
— Приношу свои извинения, — процедил юноша. И исправился: — Безродная нищенка.
Тяжелый кулак грохнул о стол. Я буквально подпрыгнула на месте, многие другие тоже дернулись.
— Выйди, — с плохо сдерживаемым гневом прорычал милорд Увэ. — И больше за общим столом не появляйся. Отныне ты ешь со слугами.
— Что⁈ — неожиданно низко взревел юноша, молниеносно вскочив на ноги. — Ты посадил за стол оборванку, а собственного сына гонишь⁈
Я невольно вздрогнула, когда тяжелый деревянный стул отлетел в сторону. Какой силой надо обладать, чтобы запросто отшвырнуть его и даже не заметить? Во рту неожиданно пересохло, и ладони вспотели. По спине пробежали липкие мурашки.
Тем временем отец и сын молча мерились взглядами несколько удушающе долгих мгновений. Милорд Увэ оставался мрачен и непоколебим, как горная твердыня, Хельмут же цыкнул и вихрем вылетел прочь из комнаты. Тяжелая дверь захлопнулась за его спиной с оглушительным звуком. Я вновь непроизвольно дернулась.
Еще с минуту никто не шевелился, а затем господин Мориц кашлянул и потянулся за салфеткой. Его сестры переглянулись, похмыкали и вернулись к еде. Постепенно завтрак продолжился, пусть не так непринужденно, как в начале, но куда спокойнее, чем в присутствии среднего сына милорда Увэ.
Стоило страху отступить, как вернулся аппетит. И пусть остальным кусок в горло не лез, я ела и не испытывала за это вины.
— Примула, задержитесь, пожалуйста, — попросил милорд Увэ, когда домочадцы стали расходиться.
— Конечно, милорд, — с готовностью кивнула я.
Когда стол опустел, и слуги принялись убирать посуду, Увэ отвел меня в сторону и встал гораздо ближе, чем это допускалось во время светской беседы. Но не коснулся, даже руки не протянул, лишь смотрел и говорил. Это было так волнующе — одновременно очень интимно и притом отстраненно. Сердце ускорило бег.
— Мне было бы приятно, если бы вы составили мне компанию сегодня вечером. В опере дают одну из моих любимых постановок.
— Конечно, милорд Увэ.
— Я скажу дворецкому, чтобы вам выдали украшения из фамильной коллекции. Что-нибудь не слишком известное в обществе. Хочу, чтобы вы выглядели достойно, но не слишком вызывающе. Ведь вам предстоит стать моей женой, а не дамой на обеспечении.
— Благодарю вас, милорд Увэ, — торопливо ответила я. А затем все же добавила: — Не только за эту возможность, но и за то, как вы заботитесь обо мне.
Мужчина чуть качнулся мне навстречу, но тряхнул головой и отступил на шаг.
— Мы вновь совершим портальный переход, а по столице будем перемещаться в экипаже.
— Хорошо, я поняла. Если вы не против, могу я попросить леди Гретту помочь с выбором наряда и украшений?
— Как вам будет угодно, — ответил Увэ, и на долю секунды я заметила тень нежной улыбки на его губах.