Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 68 из 174

Нагберт был настолько потрясён, что сделал несколько шагов навстречу. Его мохнатые брови приподнялись — я подумал, что сейчас он склонит голову набок, как пёс.

— Я вас не понимаю, Норфин, — сказал он. — Вы, что же, звали меня править страной?!

— Я вас звал делать вашу работу, Нагберт, — сказал Норфин. — Вы ж были в Совете, по международным отношениям консультантом и по финансам..

Нагберт приоткрыл рот.

— Вы хотите отдать мне финансы, Норфин? Да что вы говорите..

— Я не умею это делать! — с искренностью отчаяния воскликнул Норфин. — Не умею! А вы умеете! Я боюсь, что мне будет нечем людей кормить, вот что.. а про вас все говорили, что вы делаете золото из воздуха..

— О бездна и триста тридцать три ключа.. — выдохнул Нагберт, качая головой. — И вы не думаете, что я ограблю вас до нитки? Вот так-таки и отдаёте эти самые ключи?

— Пойми меня правильно, Нагберт, — хмуро сказал маршал. — Люди должны заниматься своим делом. Моё дело — армия. Твоё дело — деньги. Я, трижды передери меня демон..

— Э! — остановил Нагберт. — Полегче, Норфин. Так не надо.

— Я хотел сказать, что меня всё равно ограбят, — закончил Норфин сконфуженно. — И я даже не замечу. Да что! Сегодня разговаривал с этим.. с Лиардом из банка «Ясень», так он такого наплёл.. и про займы, и про всякое.. Хаут с ним поцапался, Лиард говорит, что большинство договоров двор Перелесья заключал через тебя..

— А для себя-то ты что хочешь, маршал? — спросил Нагберт таким тоном, будто обращался к слабоумному или ребёнку. — Счастья для страны родной?

— Почти так! — рявкнул Норфин.

— У-у.. — Нагберт задумался.

С некоторым даже трудом отодвинул тяжёлое кресло — я ему слегка помог — и уселся так, чтобы видеть и Норфина, и Рэдерика. Вздохнул:

— Выпить бы капельку.. Ладно. Кое-что я понял. Здесь положение лучше, чем я думал, маршал. Лучше. Уже хорошо.. Мессир Рэдерик, здравствуйте, солнышко. Помните дядюшку Нагберта? Сильно его не любите, а?

Рэдерик прижался к Барну плечом, чуть улыбнулся:

— Конечно, я помню, мессир Нагберт. Не то, чтобы сильно.. но вы ведь знаете, мессир: я никого особенно не люблю.

— Кроме этого благого, который с вами нянчится, — кивнул Нагберт. — Ничего-ничего, не сердитесь. Я — любя, по-стариковски.. Интересный солдатик. Прибережец.. надо же.. Это твой? — спросил он вдруг у меня.

— Да, — сказал я.

— У-у.. — Нагберт снова покачал головой. Оценивающе взглянул и на Индара.

Индар слушал, опустив ресницы, пытаясь изобразить скептический прищур. Молчал.

— Как тут у вас интересно.. — раздумчиво проговорил Нагберт. — Беленькие.. А я-то думаю: что это трубач пришёл в ожогах, бедняжка.. Вот, значит, почему вы тут до сих пор живы. Кровь благого.. И ты тоже белый, офицер. Чудные дела творятся.. Но многое стало понятно, многое.

— Мы с тобой круты, Клай, — сказал Индар. — Надо же: трубач пришёл в ожогах.

— Драть вас некому, — сказал Нагберт. — Наглые сопляки.. ладно, это было эффектно. Но имей в виду, белый: на этом твоём солдатике только что мишень не нарисована. И что вы будете делать без него? Ты ж не сможешь работать с кем попало.

— Да я сам им крови дам, сколько нужно, — сказал Норфин. — Уж не говоря о том, что все свои у меня под охраной.

— Крови он даст, дерьма тоже, — буркнул Нагберт. — Простец.

— Барн был почти простец, — сказал я. — У него после боя чутьё обострилось, не Дар даже, я думаю. Просто было очень больно.. от ужаса и горя. И что будет с Норфином, если его обстоятельства и ад вынудят принести жертву — не берусь загадывать. Некоторые силы вам тяжело себе представить, мессир Нагберт. Потому что вы с ними не знакомы.

— О! — Нагберт взглянул на меня своим странным взглядом, снизу, как сверху. — А ты знаком.

— А я знаком, — сказал я.

— И я, — сказал Индар.

— Воображаешь, что переметнулся на сторону сильных, бабья цацка? — фыркнул Нагберт.

А Индар, вместо того, чтобы снова устроить представление с роскошной жестикуляцией и изобретательной руганью, только чуть пожал плечами.

— Нет смысла объяснять, Нагберт, — сказал он. — Не поймёшь. Неочевидно.

— Не проиграй, — сказал Нагберт.

— Проиграю или нет — моя игра, — сказал Индар. — Тебе-то какая корысть? Считаешь, что с белыми рискованно? Всем бывает страшно, я понимаю.. Беги домой, маленький, винишко само себя не выпьет.

Таки Индар умел выбивать Нагберта из равновесия — и из чувства собственного величия заодно.

— Что ты обо мне знаешь! — рыкнул Нагберт, снова наливаясь краской.

— Что тебе предлагают финансы Перелесья, а ты снова трусишь, — сказал Индар с явственной весёлой улыбкой в голосе.

— Я трушу? — снова понесло Нагберта. В ярости он вскочил с кресла. — Да знал бы ты, чем я занимался, пока вы тут гробили себя и политику! Это же, — он махнул коротенькими ручками, обводя окружающее пространство, — это всё, эта Резиденция, эта несчастная страна — это же кадавр уже! Мертвец, которого дёргают за остатки нервов, понимаешь ты? Тем Даром, который.. а, да что! Я был в Святой Земле, дуралей! Был там! Два дня как оттуда!

Это была новость. Не только для меня и для Норфина, но и для Индара новость.

— Каким образом? — хмыкнул Индар. — Не укладываешься во время.

— А вот не твоё дело, каким образом! — прорычал Нагберт. — Ты о моих возможностях и представления не имеешь, кривляка! Как и о международной политике, как и о Святой Земле, я бы сказал! И о тех, кто тут в вашей богадельне на Святую Землю работает! И вот он, — и ткнул в Норфина коротеньким толстым пальцем, — он жив и с мордой на черепе только чудом! Я прямо удивился. Твоя работа, белый?

— Моя, — сказал я. — Я отлично снимаю порчу. А сама порча — твоя работа?

— Я не пачкаюсь такими вещами! — Нагберт дёрнул себя за ворот, отодвигая галстук. Душило его. — Порча — это вон.. всякие паршивцы и подонки вроде твоего Индара! И простецы, которым только пообещай хоть денег, хоть святоземельский паспорт — они из собственной кожи вылезут, не говоря уж о том, чтоб с другого её содрать! Святая Земля платит! Святой Земле не нужен ваш маршал! Идиот упрямый, простец тупой, как с ним разговаривать, он же не понимает! И островитяне зря лезут со своим принцем, норовят его под две короны подсунуть.. я им письмишко написал, пусть, мол, приезжает, договоримся, — и злобно, с привизгом, расхохотался. — Вот будет потеха, если впрямь припрётся! Но не дурак, побоится..

— Хех, забавно! — удивился Индар. — И ты всерьёз собрался его кокнуть?