Страница 9 из 15
— Ага, — в голосе мамы появляются нотки интереса. — И как тебе этот новенький?
Пожимаю плечами, стараясь говорить небрежно:
— Нормальный. Увлекается спортом.
В этот момент из комнаты с чашкой кофе выходит отец. Он окидывает меня строгим взглядом и интересуется:
— Про какого парня говорите? Надеюсь, не про их Маркова? Я этого оболтуса вчера поздно вечером на остановке видел, без дела парень шатается, того и гляди по кривой дорожке пойдёт.
— Нет, пап, — вздыхаю я тяжко. — Мы не про Костю Маркова, а про новенького. Егор Грушев зовут. Он просто живёт рядом.
— Грушев? — хмурится отец. — Не знаю такого. Не дурак, надеюсь?
Я прохожу на кухню и так и замираю с яблоком в руке.
— Да… не знаю точно. По первому впечатлению вроде нет. А что?
— Да так… — отец делает строгое лицо и садится за стол. — Нечего тебе с ненадёжными ребятами общаться, Юля. Да и развлечения все потом, после института, будут. Сначала — поступление.
— Я же не в монастыре живу… — ворчу я, но меня тут же прерывают.
— Юлечка, ты что, хочешь, как Лена Свиридова? — совсем невовремя поддерживает мама отца. — Она тоже думала, что успеет и погулять, и поучиться. А теперь в платном институте сидит.
Я лишь закатываю глаза, иногда родители устраивают кипишь из-за каких-то совершенно обыденных вещей. Начинаю понимать одноклассников, которые никогда ничего своим предкам не рассказывают. Может, на моих это просто последний год в школе так действует? Не помню за ними такой жажды меня опекать…
После ужина ко мне в комнату заглянула мама.
— Юлечка, а ты точно не влюбилась? — осторожно спрашивает она, заглядывая мне в глаза.
Я смущаюсь. Как можно взять и что-то подобное рассказать, если я даже сама в себе об этом думать не могу?
— Нет, мам, какое влюбиться? — отмахиваюсь я. — Но я просто хочу хоть иногда общаться, разве это запрещено?
— Не запрещено… — качает она головой, — но мы с отцом очень волнуемся за тебя, дочка. Остался последний рывок, и всё же желательно, чтобы ты не забивала в этом году себе голову мальчиками. Поверь мне, ни к чему хорошему такие вещи не приводят в вашем возрасте.
— Я поняла, мам, спасибо, — закивала я, мысленно мечтая, чтобы она ушла.
Думаю, сейчас не самое лучшее время ей сказать, что Егор пригласил меня на свою игру…
Глава 5 Отец Егора
Суббота. Утро. И я, которая никак не может выбрать, в какой одежде идти на матч новенького.
На кровати уже валяется огромная гора свитеров, кофт и свитшотов. Синие, серые, вязаные, с молниями и без.
— Синяя — старая, серая — как мешок, а эта вообще вся в катышках, — я беспомощно оглядываюсь, понимая, что мне впервые в жизни не в чем идти…
Тут раздаётся стук в дверь.
— Да?
— Юль, сбегай, пожалуйста, в магазин, — просит мама, даже не пытаясь открыть дверь, — у нас масло закончилось. Иначе блинов твой отец не дождётся. Всё остальное есть, так что только его!
— Хорошо! Я потом обещала Стасе из нашего класса передать тетрадь с конспектами по алгебре. Так что задержусь.
Отговорка так себе, мама прекрасно знает, что я ни с кем из класса близко не общаюсь. Но с другой стороны, всё же меняется? Главное, не признаваться, что собиралась тайком идти на баскетбол. Нет, я не скрываю, просто… ну незачем родителям об этом знать. Не сейчас.
Пока мама не успела задать тысячу вопросов, я хватаю последнюю из отбракованных худи и практически бегом выскакиваю из квартиры.
«Просто куплю масло, отнесу и заскочу на стадион. Ненадолго. Просто посмотрю…»
У подъезда моросит противный осенний дождь. Я натягиваю капюшон, засовываю руки в карманы и бегу в сторону ближайшего магазина. Прямо перед входом меня чуть не сносит с ног высокая фигура, вынырнувшая из-за поворота и огромного куста сирени. Не успев вытащить руки из карманов, я неловко покачиваюсь, но не падаю, потому что этот же человек успевает меня перехватить за локоть.
До ужаса знакомый голос бормочет извинения:
— Ой, девочка, прости, я не… Юля?
Передо мной стоит Егор. Капли дождя стекают по лицу парня, волосы прилипли к высокому лбу. На моём однокласснике джинсы и чёрная водолазка — совсем не спортивный вид.
Парень несколько оторопело меня разглядывает, видимо не до конца поверив, что сбил меня, а не ребёнка. Ну да, согласна, ростом я не вышла, так что спутать можно…
Следом за парнем из-за поворота выходит высокий мужчина, чем-то неуловимо похожий на Егора — тот же упрямый подбородок, та же крепкая фигура. Только взгляд другой… У Егора глаза тёплые, синие, как безоблачное небо. А у мужчины лишь холодный, оценивающий взгляд непонятного оттенка.
Я так теряюсь, что несколько сконфужено бормочу:
— Нет, нет… Всё в порядке. А ты… на матч не идёшь? — вырывается у меня.
Егор странно напрягается.
— Перенесли.
Мужчина рядом с парнем поджимает губы и, мельком бросив на него недовольный взгляд, медленно переводит его на меня и оглядывает с ног до головы, словно оценивая товар на рынке.
— Пап, это моя одноклассница, Юля, — голос Егора внезапно становится плоским и равнодушным, как будто кто-то выключил в нём все эмоции.
— Тоже спортсменка? Не похожа… Или это из новой, районной школы? Тогда вполне возможно.
Я автоматически прячу руки обратно в карман, нашитый спереди на одежду, словно так могу спрятать их. Они кажутся слишком тонкими, слишком «ботаническими» на фоне мужчины и его мощных ладоней с выступающими венами.
— Н-нет, то есть да. Я не спортсменка, — совершенно путаюсь.
— Жаль, — мужчина хлопает Егора по спине так, что тот слегка покачивается и недовольно сжимает челюсти. — Вот моему сыну повезло с генетикой, может заниматься в своё удовольствие. Досадно лишь то, что не повезло с выбором спортивной дисциплины и правильным наставником.
Егор резко отходит на шаг. Я вижу, как его пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки.
— Ты же спешил на поезд?
Мужчина хмурится, но достаёт телефон.
— Я приду вовремя. Как всегда, — отец Егора сухо улыбается и бросает в мою сторону короткий кивок. — Всего доброго, Юля.
— До свидания, — пищу я.
Егор явно собирается остаться рядом со мной, но мужчина внезапно говорит:
— Сын, проводи меня пожалуйста.
Когда они уходят, я смотрю им вслед. На взрослого мужчину, который прямо на ходу что-то недовольно выговаривает сыну, резко жестикулируя. И на Егора, который идёт, неестественно выпрямив спину и смотря прямо перед собой.