Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 7 из 86

— Чтобы они все целы остались. После сладкого, — щелкнула пальцами у самого его носа, зажигая крохотный огонек. Свернула пальцы в фигу, на кончике которой этот огонек и приплясывал.

— И да, утро доброе. А я нет. И зря! И зря ты мне об этом еще и напомнил! — обошла его по дуге и отправилась по своим делам, наконец.

Если так придется от каждого отбиваться, то жизнь мне здесь медом не покажется точно. Но все лучше, чем то, что могло ожидать.

В холле академии стоял невероятный гул голосов. Толпа парней стояла в очереди к столу приемной комиссии, где сейчас сидело человек семь, у кабинетов были очереди. Парни, парни, парни… И лишь единицы девчонок, которым доставались сальные улыбки, подмигивания, неуместные и неприятные комментарии. Таких разговорчивых, конечно же, было меньшинство. Буквально человека три-четыре. Но те, у кого хватало ума не отвешивать сомнительные комплименты и не разбрасываться странными предложениями, они молчали. А вот голоса других звучали громче, отчего создавалось неприятное ощущение, которое липло к коже и отдавало горечью во рту.

— О, поварихой будет, — гоготали парни, наметив очередную жаждущую примерить военную форму девушку.

— Ты сломаешься, — кто-то крикнул из толпы, — зачем тебе это? На первой же тренировке со слезами убежишь. Нашла бы себе занятие поинтереснее, если уж так хочется попотеть.

И снова гогот. Отвратительно.

Я бы сюда и соваться не стала. Но еще при первом посещении заметила здесь план здания. Именно из-за него сюда и спустилась.

— О, гляди, Хэни, какая конфетка! Эй, красотка в форме, ты чья будешь? — казалось, что именно этот голос был самым громким и комментировал каждую здесь девушку.

Я даже не сразу сообразила, что обращаются ко мне. Уверенно направлялась к стенду с планом здания.

— Ты посмотри на нее. Форму напялила, гордая сразу стала, даже головы не повернет. Вот увидишь, Хэни, такие после пары недель становятся гораздо сговорчивее.

Я лишь в этот момент поняла, что говорил высокий шкафообразный блондин с кривой ухмылкой. Рядом с ним стоял, как две капли похожий на него парень. Тот самый Хэни.

«Знаток!, — мысленно фыркнула я, — еще не поступил, но уже знает, кто сговорчивее, а кто нет». Покачала головой и постаралась больше не прислушиваться к этим разговорам.

Посмотрела план, развернулась и с трудом удержалась, чтобы не ускорить шаг. Спина прямая, подбородок вверх. Свист, ударившийся в спину, заставил лишь глаза закатить.

На втором этаже было тихо. У дальнего кабинета стояли несколько человек. Но они были молчаливы. Я с любопытством заглянула в несколько кабинетов. Большие лекционные залы амфитеатром, огромные доски, множество карт нашей страны, соседних государств. Какие-то чертежи и схемы на стенах, портреты знаменитых полководцев, магов и простых служащих, которые совершали подвиги в разных войнах. Большой крытый зал, пол в котором был отполирован до блеска. Из широких окон открывался вид на внутренний двор, который почти полностью занимал тренировочный полигон.

Некоторые кабинеты, как ряд тех, на которых было написано «Лаборатория» и «Магический практикум» были закрыты.

Помещения все были светлыми, из-за огромных окон. В коридорах и лекционных залах будто бы было много воздуха и пространства. Но это только пока они не наполнились курсантами.

Полы почти везде покрывала гранитная плитка серого цвета, в кадках стояли сочно-зеленые крупные растения, на окнах висел белый тюль, а на подоконниках стояли горшки с цветами поменьше.

Местами попадались статуи и бюстье особенно отличившихся в военном деле людей.

Из общей атмосферы сдержанности, лаконичности и света выбивался актовый зал. Большая деревянная сцена, покрытая лаком, тяжелые кулисы из плотного бархата винного оттенка, украшенные золотыми кисточками. Ряды мягких стульев с резными выгнутыми ножками и высокими спинками. Трехъярусная люстра, свисающая с высокого потолка с сотней свечей, на фитиле которых играли магические огоньки. Их называли вечными, хотя справедливости ради нужно сказать, что они требовали регулярной подпитки и стоили баснословных денег. Стены в зале были обтянуты тканью, лепнина на колоннах…

В голову пришла мысль, что сначала построили актовый зал, потом все аудитории, а уж на казармы потратили лишь то, что осталось.