Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 37 из 86

Глава 17

Будние дни вновь полетели вперед, сменяя друг друга и почти ничем не отличаясь. Я нырнула в обучение с головой. Тактика и стратегия, история государства от основания и до наших дней, география и топография, мировая история, магические практикумы, физическая подготовка, уроки выживания, первой помощи… В наши головы пытались впихнуть столько информации, что голова гудела утром от будильника, вечером от нагрузки. Кажется, первокурсники были похожи на поломанных заведенных кукол, которые бесконечно бормотали что-то неразборчивое.

Я поняла, что посвящение — это не просто принятие нас в семью академии и военных, но и та точка, с которой у нас началась настоящая учеба. Оказалось, что до этого нас щадили. А теперь настало время настоящим испытаниям на прочность, выносливость и готовность вгрызаться зубами в возможность стать настоящим военным.

Наряды вне очереди посыпались, как из рога изобилия. Опоздали? Наряд. Разговор на занятии не по теме? Наряд. Беспорядок в казарме? Наряд дежурному. Неаккуратно заправлена постель? Наряд. Казалось, что над нами издеваются. Один из однокурсников наряд схлопотал на построении только потому, что у него пуговица была не до конца застегнута на кителе. Мы валились с ног от усталости, но утром вновь поднимались и проживали очередной день. Еда в столовой перестала быть вкусной. Или невкусной. Я просто ела, чтобы насытиться и не остаться совсем без сил. А после неслась в библиотеку, чтобы закончить какой-нибудь доклад или найти нужную информацию по очередному заковыристому вопросу. А еще, именно в библиотеке, как правило, меня перехватывал Мики. Сочувственно качал головой, уверял, что к концу первого полугодия станет легче и жестом волшебника выуживал откуда-то какую-нибудь булочку, яблоко, грушу или пирожное. Как и где он доставал их, я не имела понятия. Но именно эти перекусы в библиотеке, пока не видит смотрительница, окрашивали каждый день в яркие краски и отличали один день от другого.

Тогда на качели я не смогла дать четкий ответ на просьбу Мики. Язык не повернулся отказаться. Наверное, моя внутренняя маленькая девочка, которую я загнала в клетку очень давно, наконец, почувствовала тепло и потянулась к нему. Ей хотелось почувствовать себя защищенной, укрыться за крепкой спиной симпатичного парня и больше не бояться. Но другая часть меня, недоверчивая, привыкшая ждать удара, которая всегда пыталась просчитать все варианты наперед, не позволила мне согласиться. И Мики снова удивил меня своим пониманием. Он лишь мягко улыбнулся и попросил подумать. Не отвечать сразу. И после этого разговора не напирал, не требовал ответа. Лишь вот такими маленькими жестами и едва ощутимыми поддержкой и заботой вынуждал регулярно задумываться о том, что будет, если я все же поддамся соблазну согласиться.

Правда много думать об этом не приходилось. Некогда. Я даже к Аурике заглянуть не могла, потому что все выходные проводила в библиотеке, чтобы не нагрести долгов по занятиям. И спустя месяц такого безумного темпа, я впервые облажалась.

— Курсант Стоун! — рявкнул командир на построении, когда я влетела в строй, опоздав буквально на пару секундочек.

Я проспала. И даже отвратительный будильник не смог разбудить меня. С трудом меня подняли девочки. Но уже после того, как умылись, потому что только тогда обнаружили, что меня среди них нет.

— Выйти из строя! — бушевал, как и всегда, командир.

Я сделала шаг вперед, готовая к следующим словам.

— Наряд вне очереди за опоздание и небрежный вид.

— Есть наряд вне очереди, — откликнулась я с полной готовностью.

— Привести себя в порядок и вернуться в строй, — командир пошел дальше вдоль строя, проговорив: — Вечером на кухне вам будут рады.

— Как и всегда, — едва слышно хмыкнул однокурсник, стоящий рядом со мной, — лучшее место для любой бабы.

Подобные высказывания звучали часто. И никто из девочек не обращал на них внимания. Мы старались и учились не хуже парней.

— Курсант Дээрис, — резко развернулся командир, просверлив болтуна взглядом, — два наряда на кухне! Еще услышу что-то подобное и твои наряды будут только там, чтобы ты внимательно рассмотрел это место для себя. Возможно, оно тебе подойдет, если вылетишь из академии.

— Есть два наряда, — уже совсем невесело откликнулся Дээрис.

Я в тот момент думала, что командир сделал одолжение всем девочкам. Теперь парни станут осторожнее отвешивать подобные шуточки. Будут опасаться нарваться на гнев командиров и преподавателей. Но я даже не представляла, чем закончится мой наряд, и как сильно я вляпаюсь из-за своей неосмотрительности.

* * *

Отработка на кухне в первые секунды показалась мне мелочью. Ну посуду вымыть, ну овощи почистить, но едва я взмахнула рукой, чтобы воспользоваться магией, как передо мной выросла крупная женщина и ехидно улыбнулась:

— Э-э, нет, милочка, — пропела она ласково, — никакой магии. Все ручками. Иначе, в чем смысл наказания? Оно дано лишь для того, чтобы вы в следующий раз ошибок не совершали. Потому что в следующий раз могут отправить и туалеты мыть. Так что, взяла в руки ножь и вот тот бак с картошкой твой на сегодняшний вечер.

Уже спустя час я ненавидела академию лютой ненавистью. Грязь от немытых овощей впиталась в кожу, забралась под ногти и явно планировала там поселиться навсегда. Я испачкала форму, даже лицо. И глядя на таких же несчастных девчонок с разных курсов, видела в них такую же кислую мину, какая явно была на моем лице.

Закончили мы как раз перед отбоем.

Единственное желание, которое у меня было — помыться и упасть в кровать. Руки с мелкими порезами горели от мазолей, спина скрипела, попа одеревенела. Я медленно ковыляла в казарму. Отмахнулась от вопросов подруг, схватила банные принадлежности и пошлепала в душ.

— Куда ты? — крикнула вслед Оливия, но я не стала отвечать. Быстрее помыться и в кровать, в которые они уже укладывались.

Глянула в расписание. Все курсы уже должны были принять душ. И какова была моя радость, когда в душевой оказалось тихо.

Разделась, убрала одежду в кабинку, обувь закинула под лавочку, схватила полотенце и пошлепала в душ. Кабинки были свободны. Я завернула в первую же, повесила полотенце в уголок, с хрустом и наслаждением потянулась, распустила тугую косу, пропуская пряди между пальцев и замерла. Сердце бухнулось в пятки. Я медленно развернулась к двери и прислушалась. С каждым ударом сердца мужские голоса становились все громче. В панике оглядела дверу. Ни замка, ни щеколды. Гулко сглотнула. В душевую явно зашла мужская компания.