Страница 1003 из 1047
С тех пор как его предали и все бросили, а Чэнь Фэн подавил его мятеж, он находился в подавленном состоянии. Только Сунь Жун и еще чуть более десяти старых братьев из фракции вербовки остались на его стороне.
Поскольку в Крепости Небесного Короля было слишком много разбитых войск, далеко не все они были захвачены. Поэтому по пути Лу Лунчуань и остальные постепенно собрали часть разгромленных отрядов и сформировали новую команду от трех до пяти тысяч человек. Они были единственными оставшимися войсками и остановились в пригороде столицы, ожидая приказов.
По сравнению с его расцветом масштаб был, несомненно, значительно уменьшен. Он не мог сравниться даже с некоторыми более крупными укреплениями. Разве могло это быть таким же славным, как раньше?
Каждый раз, когда он думал о том, как Чэнь Фэн переманил группу лидеров, оставив в Крепости Небесного Короля лишь двух-трех важных фигур, Лу Лунчуань чувствовал грусть и упадок духа.
Сунь Жун вздохнул и медленно сказал: «Мы сражались за Императорский двор и потеряли все наше состояние. Даже в этом случае Императорский двор, скорее всего, все равно накажет нас. Увы, я лишь надеюсь, что Ваше Величество будет милосерден и даст нам шанс искупить вину. В этот раз, потеряв наши войска, мы, скорее всего, будем брошены министром Цинем. К счастью, по пути я услышал, что Мастер в порядке и уже вернулся в столицу. Мы должны держаться за Мастера как за единственный выход».
У них не было другого выбора, кроме как стиснуть зубы и вернуться в столицу. Как пример тех, кого завербовали, если бы они ушли и снова стали преступниками, их ждала бы только смерть. Хотя их могли обвинить в поражении, всегда оставался шанс на поворот к лучшему.
По мнению Сунь Жуна, без своего прошлого они стали бы беззубым тигром… но это также был выход.
Если бы Мастер был готов замолвить за него словечко перед императором, это было бы еще надежнее.
Сунь Жун прекрасно понимал, что, хотя он и проиграл в этой битве, мастер совершенства Ветроход не сделал ничего плохого. Более того, его божественная сила была настолько поразительна, что он определенно станет важной фигурой, почитаемой Императорским двором в будущем.
Что касается остальных, они сражались в этот раз бок о бок и, по крайней мере, имели некое товарищество. Не было ничего невозможного в том, чтобы подлизаться к нему и сменить покровителя при дворе.
В любом случае, все они могли лишь следовать по пути псов Императорского двора. Так почему бы не стать его приспешниками?
С его характером, раз уж они были друзьями, шансы на то, что он их примет, были не так уж малы.
Однако…
Сунь Жун посмотрел на Лу Лунчуаня, который выглядел как ходячий труп, и в его глазах мелькнула тень беспокойства.
Испытав череду ударов и оказавшись полностью несостоятельным по сравнению с Чэнь Фэном, он не был уверен, сможет ли его босс взять себя в руки.
Если нет… тогда он не сможет винить его за то, что он покинет тонущий корабль.
Взгляд Сунь Жуна метался.
Он всегда поддерживал вербовку, но его мотив был на самом деле очень прост. Его целью было стать чиновником.
Сунь Жун чувствовал, что у Лу Лунчуаня больше нет фундамента Крепости Небесного Короля. Если он продолжит подчиняться ему, это не принесет особой пользы его официальной карьере.
Хотя он также был завербован и имел на себе клеймо Крепости Небесного Короля, он не был обязан ограничиваться этой личностью и следовать только за своим первоначальным главой.
В прошлом бесчисленное количество ветеранов «Зеленого леса», успешно завербованных людьми, уже показали на своем примере: пока они находят покровителя и вербовщика при дворе, они могут вырваться из этого статуса и подняться на вершину.
Сунь Жун чувствовал, что для него все так же. Возможно, он сможет найти другой выход. Он стряхнет с себя неприятности, связанные с Лу Лунчуанем и Крепостью Небесного Короля, и изменит свой путь развития при дворе.
Что касается мастера совершенства Ветрохода, то, по его мнению, тот был подходящим кандидатом и одним из немногих вариантов, которые у него были на данный момент.