Страница 99 из 145
Жидкость коснулась языка.
В ту же секунду тело принца взбунтовалось. Горло обожгло грубым спиртовым огнем, желудок сжался, пытаясь отвергнуть этот дар раньше, чем разум успел назвать его напитком. Перед глазами Ильи на долю секунды поплыли темные круги, а в затылок ударил глухой, пульсирующий молот легкого головокружения.
Это было больно. Это было омерзительно.
Внутренние резервы маны, бережно сохраненные после перехода, мгновенно бросились на защиту царственного носителя. Илья почувствовал, как вдоль позвоночника прокатилась волна ледяного холода: скрытые обереги приняли удар на себя, оставив во рту только мерзкую сладость, горечь и ощущение, будто он проглотил кусок горящей смолы.
Для стороннего наблюдателя эти доли секунды выглядели лишь как благородная пауза перед ответом. Илья удержал лицо спокойным, хотя всё внутри требовало немедленно выплюнуть земное зелье обратно в траву.
Этот мерзкий, обжигающий напиток оказался самым честным приветствием Земли. Мир, где люди добровольно делили такую отраву ради дружбы, вызывал у принца смесь искреннего ужаса и глубокого, парадоксального уважения. Это была не стерильная эльфийская амброзия, дарующая покой. Это был жидкий хаос, от которого сердце начинало биться быстрее.
Волевым усилием, достойным генералов древних войн, Илья подавил рвотный рефлекс. Он заставил расслабиться мышцы шеи и медленно, не меняя ритма дыхания, протолкнул ядовитый комок вниз по пищеводу. Лицо принца оставалось маской холодного, божественного спокойствия. Он опустил стаканчик. Ни единая капля не пролилась на бархат.
Толкинисты замерли в ожидании вердикта.
Илья сделал короткий, невидимый вдох через нос, прогоняя спиртовой выхлоп, и посмотрел прямо в глаза Главному.
— Поистине, — ровным, глубоким голосом, в котором не было ни тени насмешки или отвращения, произнес Илья, — это весьма суровое земное зелье. Оно обжигает кровь и закаляет дух. Благодарю вас за щедрость.
Поляна взорвалась.
Ролевики издали оглушительный рев восторга. Они застучали деревянными мечами по самодельным щитам. Парень в серой хламиде радостно засвистел. Толкинисты бросились к Илье, обступая его плотным, непроницаемым кольцом. Хлопать по бархатному плечу они не решались, но их лица светились абсолютным, братским обожанием. Высший Эльф оказался не заносчивым столичным снобом, а своим в доску парнем, способным оценить их главный артефакт.
Илья медленно обвел взглядом свою новую, неожиданно приобретенную свиту. Эти странные люди с деревянными мечами приняли его без вопросов, потому что сами давно ждали чуда. Принц чуть повернул голову, глядя поверх сшитых из занавесок плащей. Там, за редким кустарником, сквозь густой табачный дым, стояла та самая девушка в клетчатой рубашке. Она уставилась, не мигая.
Илья передал пустой пластиковый стаканчик обратно парню в хламиде, поправил высокий воротник бархатной куртки и, окруженный почетным эскортом из вооруженных палками ролевиков, сделал первый шаг в сторону фидошной поляны.