Страница 105 из 145
— Я не пью, — процедил он сквозь зубы, не меняя позы. — У меня абсолютная боевая готовность. Иди к своим подругам. Нам не до отдыха.
Катя медленно опустила руку с пивом. Яркие губы скривились в откровенной насмешке. Она смерила взглядом Алексея, Дениса и всю остальную группу насупившихся системных администраторов, защищающих свою бумажную крепость. Девушка подняла свободную руку с маникюром и демонстративно, не скрываясь, покрутила указательным пальцем у виска.
Катя стояла под палящим солнцем, чувствуя, как по стеклу бутылок стекают холодные капли конденсата, приятно охлаждая кожу рук. Она пришла сюда выбраться из душной квартиры, попить дешевого пива и посмотреть на забавных, хоть и немного не от мира сего, парней. Вокруг было обычное питерское лето: шершавый асфальт, пыльные кроны деревьев, ребята с гитарами, запах хвои, растворимого кофе и сигаретного дыма.
А эти взрослые мужики, сгрудившиеся вокруг куска пластика на скамейке, словно забыли, где находятся. Катя смотрела на раскиданные бумажки с дырочками по краям, на их багровые от возмущения лица, и раздражение у нее смешивалось с жалостью. Из-за строчек текста они были готовы загнать в угол незнакомого парня и заодно добить Олю, которая и так держалась на честном слове.
Теплый ветерок шевельнул ее короткую юбку, и Катя с облегчением сделала шаг назад, вырываясь из гнетущего, параноидального поля, которое генерировала эта кучка фидошников. «Совсем с катушек слетели со своими модемами», — пронеслось у нее в голове, пока она возвращалась к подруге, унося с собой единственную ценную вещь в этом кружке сумасшедших — холодное светлое пиво.
Развернувшись на пятках, она зашагала прочь, унося обе бутылки. Проходя мимо Ольги, застывшей на краю поляны, Катя громко констатировала:
— Твои админы окончательно сошли с ума на почве компьютеров.
Денис проводил удаляющуюся спину злым, недовольным взглядом. Желваки на острых скулах ходили ходуном. Затем парень медленно повернул голову обратно, возвращая внимание к командному пункту.
* * *
Алексей приступил к финальной сборке улик. Сисоп бережно, почти с благоговением, сгреб разбросанные по коленям и крышке папки листы. Широкие ладони аккуратно выровняли края, собирая матричные распечатки в одну идеально ровную стопку. Ни один байт информации не должен был затеряться.
Он открыл картонную папку «Дело», положил листы внутрь и плотно закрыл клапан. Потом положил картонную обложку прямо на ребристую поверхность закрытого переносного компьютера.
Затем тяжело опустил правую ладонь поверх черной надписи. Рука припечатывала доказательства к картону.
Заметив жест, Денис сел вплотную. Скрестив руки на груди, он ждал.
Остальные члены инквизиционного трибунала синхронно замолчали. Споры оборвались. Все они повернули головы к главному входу на лесную поляну.
За спинами заговорщиков чужой праздник шел своим чередом. Кто-то упорно рвал струны расстроенной акустической гитары, глухо звенело стекло пустых пивных бутылок. Но здесь, вокруг складного стула и раскрытой папки, опустилась тяжелая, осязаемая тишина.
Алексей размеренно втягивал носом смесь сигаретного дыма и запаха нагретого компьютерного пластика. Солнце жгло макушку. Под широкой ладонью плотный картон папки начал покрываться влажной испариной. Пальцы рефлекторно вжимались в черную надпись, словно пытаясь наощупь проверить упрятанную внутри стопку распечаток. Он помнил порядок каждого листа, каждую выбитую иглами матричного принтера строчку: невозможный маршрут, аномальные таймстампы, абсурдные служебные кладжи, само письмо. Абсолютное доказательство взлома.
Алексей перевел взгляд. На самом краю поляны, спиной к шумной толпе, замерла Оля. Катя продолжала что-то возмущенно выговаривать ей прямо в ухо, но девушка полностью игнорировала подругу. Оля неотрывно смотрела вглубь дальней парковой аллеи. Там густые тени деревьев уже не были пустым коридором: в них угадывалось движение, слишком стройное и невозможное для обычной парковой толпы. Оля смотрела прямо туда, замерев от гремучей смеси эйфории и липкого страха, будто опасалась, что одно лишнее движение разрушит реальность и вернет Илью обратно в состояние текста на экране.