Страница 56 из 62
Я улыбнулась до самых ушей. Ну я и дура!
Кто-то предложил пойти к ёлке, и мы отправились сквозь толпу горожан к центру площади. Артём одной рукой взял меня, а другой — Аришу, чтобы мы не потерялись. Я чувствовала сквозь варежку тепло его руки.
В репродукторе играла песня нашей местной певицы:
Собирайся, банда!
Зажигай гирлянду!
Зажигайте свечи!
Обнимайтесь крепче!
Начинаем сабантуй!
Я хочу твой поцелуй!
Поцелуй твой получу
И на небо улечу!
Чу-чу-чу-чу!
итд.
Парни громко подпевали, а точнее, орали во все глотки: «Чу-чу-чу-чу, И на небо улечу!». Я поддалась общему безудержному веселью и тоже закричала слова дурацкой песни: «Чу-чу-чу-чу, Как же я тебя хочу!». Артём вдруг обернулся и пристально посмотрел мне в глаза. Я невинно улыбалась: это просто песня такая, я-то тут при чем? Он хитро подмигнул и повел нас дальше. Вокруг ёлки уже образовался спонтанный хоровод. Дети вперемешку со взрослыми прыгали и носились по кругу. Какой-то мужик в полурасстегнутой шубе Деда Морозе громко пробасил: «А вот и Снегурка моя пришла!» и втащил меня в хоровод. Артём и Ариша встали рядом, и мы тоже пролетели пару кругов в этой безумной пляске Потом кое-как вырвались, хохоча, как ненормальные. Почему-то было ужасно весело.
— Пять минут осталось! — заорал кто-то и включил на телефоне трансляцию с речью президента. Все притихли, но вскоре стали судорожно разливать напитки. Курносый зажал между ног бутылку шампанского и неумело откручивал проволоку.
— А у меня хлопушка есть! — вдруг вспомнила я.
Я достала хлопушку, дернула веревочку, и нас с Артёмом засыпало разноцветными блестяшками. Раздались радостные крики. Пробка от шампанского с шумом улетела в воздух и упала Арише на голову. Ариша скорчила смешную рожу, какая-то девушка принялась фотографировать. Из горлышка потекла пенистая жидкость.
— Стаканы, быстрее! — заорал курносый. Мы протянули наши стаканчики. Из чьего-то телефона уже били куранты. Все чокались друг с другом и повторяли «С новым годом!». Полурасстегнутый Дед Мороз протянул мне свою флягу и крикнул:
— Будь счастлива, внучка!
— И ты, дедушка! — я беззаботно рассмеялась.
Артём обнял меня. Я подняла глаза и посмотрела на него. Пробило двенадцатый раз, и он меня поцеловал. Я закрыла глаза и обняла его так крепко, как смогла. Дальше я помню смутно. Кажется, играл гимн. Кажется, кто-то кричал «Горько!». Гремели петарды, грохотали фейерверки. Кажется, он шепнул мне «С новым годом», а я сказала:
— Если это сон, то я на тебя обижусь.
— Могу ущипнуть, — сказал он.
— Давай, только не больно, — согласилась я.
Он чуть сдавил мне мочку уха, но я не проснулась. Это был не сон!
Потом он взял меня за руку и уже не отпускал до утра. А потом мы пошли ко мне. Я сняла верхнюю одежду. Он снял свою. Мы стояли в прихожей и смотрели друг на друга. Он протянул руки, снял «крабика», и мои волосы волной упали на плечи.
— Ну наконец-то, — сказал он. — Я так этого ждал.
Так начался новый год.