Гимн шута XXV

Глава 18

Глава 17

— Объяснись!

— Голосуем прямо сейчас!

— Смерть предателю!

Выкрики из зала становились всё более угрожающими. Кто-то из родичей, наплевав на «клановую масочку», вскочил с места.

«Твари лицемерные!» — невольно скривился мысленно Кардинал. Да, он использовал их в своих целей. Но оттого чувство отвращения никуда не девалось. Сражение за место под солнцем в любом клане — арена беспощадных и часто кровавых боёв, прикрытых фиговым листом Этикета и Кодекса.

Всё это очень похоже на ханьскую концепцию «сохранения лица». Родичи запросто пройдут мимо истекающего кровью аутсайдера социальной гонки, если у них есть шанс сделать вид, что они ничего не замечают. Но горе тому, кто попался. На него тут же спускают всех собак, невзирая на звания и прошлые заслуги.

«А здесь становится жарко!», — улыбнулся про себя Дмитрий Яковлевич, отмечая, что кое-кто выпустил наружу фамильный огонь. Пока, правда, не ударил, но конструкт уже встал на боевой взвод.

— Родичи мои! — призвал Кардинал с трибуны, подняв руки, с неудовольствием отметив, что этот щенок даже не изволил обернуться на крикунов.

Мальчика всё также сидел ровно на кресле в первом ряду, размышляя о чём-то своём. И это заставляло нервничать.

Павел сидел неподвижно, сложив руки на коленях. Со стороны могло показаться, что он просто ждёт. Но Кардинал успел достаточно изучить молодого клановца, чтобы с уверенностью сказать: на самом деле он работал. Считал. Анализировал. Искал лазейки в аргументации. Выбирал варианты ответа.

Кардинал вёл зал уверенно. Он знал, когда нужно надавить, а когда — отступить. Это был опыт. Годы политических игр, интриг, манипуляций. Павел не мог тягаться с ним в этом. Пока не мог.

Однако даже такой опытный и битый жизнью волк не сумел до конца понять, что именно творится в голове у парня. И это сбивало с толку. Но больше всего бесил спокойный задумчивый взгляд. Он словно говорил: «Продолжай. Продолжай говорить. Чем больше ты говоришь, тем больше ошибок совершишь. А уж я обязательно найду как ими воспользоваться».

Однако и отступить не было никакой возможности.

— Мы клан, — продолжил Дмитрий Яковлевич. — Наша сила — в правде. Лишь Трибунал может вынести решение о виновности.

Ответом ему стал недовольный гул. Первые ряды, где собрались самые уважаемые и влиятельные лица клана, молчали. Не было даже коротких переговоров между собой. Зато остальной зал буквально вскипел. Мысль о том, что можно похитить родича из цитадели безопасности клана, многих откровенно взбесила. Возможно, в первую очередь потому, что мало кто из присутствующих смог бы провернуть похищение в стенах высотки. И им было очень неуютно рядом с человеком, который подобный трюк себе может позволить.

— Давайте же дослушаем Михаила Павловича, — призвал к вниманию Дмитрий Яковлевич. — Братья и сёстры, прошу вас, успокойтесь. Трибунал вынесет верное решение.

Порядок удалось восстановить примерно за минуту.

«Как же они сейчас его ненавидят», — мысленно ухмыльнулся Кардинал, рассматривая своего молодого оппонента. Тот застыл статуей самому себе и смотрел в одну точку.

— Итак, мы продолжаем, — констатировал Кардинал, едва порядок в зале был восстановлен. — Михаил Павлович, ответьте же нам. Пошли бы вы с Павлом Анатольевичем?.. Переформулирую вопрос. Вы повиновались воле Павла Анатольевича под влиянием угроз?

— Да.

Короткое слово разнеслось по залу, отразившись от стен. Ведущий покачал головой, метнув ещё один взгляд в дерзнувшего бросить ему вызов юнца, но тут же одёрнул себя: «Нельзя ликованию дать запороть дело». Хотя этот щенок оказался серьёзным противником. Михаил Павлович даже пообещал себе вечером отметить победу пятьюдесятью граммами дорогого коньяка, хранимого им в тайнике, исключительно для самых важных поводов.

Кто бы мог подумать, что этот сопляк так потреплет ему нервы. Конечно, неплохо было бы разговорить его после Трибунала. Но пока Кардинал возможности к тому не видел.

Казнят ли мальчишку? Вряд ли. Всё-таки опричник. С Фамилией враждовать — дураков нет. Однако удар будет страшен. Клан вполне может отказаться от него.

С другой стороны, цель сегодняшнего слушания: снять с себя все обвинения. Повторно по одному и тому же поводу никто Трибунал собирать не будет.

«Аверьянов!» — неожиданно мелькнула в голове Кардинала неприятная догадка. Он не видел фамилии Демьяна Юрьевича в списке свидетелей!

Мужчина вновь бросил взгляд на замершего в кресле мальчишку. «Значит, они решили разыграть эту карту позже!» — пришлось констатировать Кардиналу.

Он вздохнул незаметно и выбросил мысль из головы.

— То есть Павел Анатольевич вывел вас из здания при помощи силы? — громко спросил мужчина за трибуной.

— Да.

Голос свидетеля, несмотря на потрёпанный вид, был чёток и твёрд. Смотрел он только на Павла.

Однако его уверенный ответ буквально подлил бензина в тлеющие угли недовольства. И вновь поднялся ропот. У кого-то опять лопнуло терпение. Однако сейчас Кардинал останавливать гуляющих не стал. «Пусть осознают», — решил он. Да и время подготовиться к следующему удару не помешает. Сейчас каждая минута работала на него.

Дмитрий Яковлевич на секунду задумался: перейти к следующему пункту обвинений или ещё прогреть публику однотипным вопросом? «Лишним не будет» — наконец решил он.

— Итак, Михаил Павлович, давайте, чтобы совсем не осталось разночтений, зафиксируем. Согласились ли вы пойти с Павлом Анатольевичем, если бы не опасность для вашей жизни?

— Нет, не согласился бы, — вновь повторил бывший спикер Правления.

Кардинал невольно улыбнулся. Он прекрасно управлял толпой, а сейчас негодование буквально вспыхнуло родичей. Уже несколько раз раздавались призывы к немедленной казни отступника. Дмитрий Яковлевич же продолжал смотреть на неподвижного мальчишку, только сейчас осознающего, против кого он начал свою бессмысленную игру. И нет, Кардинал не собирался жалеть глупца. Слишком дорого обошёлся бы такой шаг в будущем. Нужно прямо сейчас показать всем, что бывает с теми, кто встаёт у него на пути.

Павел же вздрогнул неожиданно и поднял взгляд на выступающего. Несколько секунд они смотрели друг на друга. После чего на губы мальчишки растянулись в похожей на оскал ухмылке.

«Он с ума сошёл⁈» — мелькнула быстрая мысль в голове Кардинала. С каждой секундой улыбка на лице Павла становилась всё шире, а во взгляде уже плясали весёлые чёртики. Кардинал отчего-то занервничал.