Страница 22 из 179
К обеду мы, наконец, увидели наш заливчик и, свернув парус, направились к причалу на веслах. Чтобы не пугать наших, Молчан велел выставить на мачту белый щит.
Это, правда, не очень помогло. На берегу, завидя нас, навели суету и начали готовиться к обороне. Тогда я влез на носовую фигуру с копьем в руках, на конце которого развевалась белая тряпка, и активно замахал им, привлекая внимание. Балансируя, чтобы не свалиться за борт, я задумался над тем, что неплохо было бы для подобных случаев ввести систему опознавательных сигналов.
Вроде бы, помогло. Когда до берега нам оставалось метров двести, на причал вышел Доброга в полном боевом снаряжении — кольчуге, шлеме, при мече и со щитом в руке. Полусотник узнал нас и сиял, как его начищенное бронзовое зеркало.
Еще бы — ушли за меховой рухлядью и зерном, а вернулись на собственном драккаре!
На площадку высыпали все жители деревни. Немало народу здесь живет, все-таки. Человек сто, а то и больше.
Пришвартовавшись к ставшему вдруг маленьким причалу, совершенно не рассчитанному на прием целого драккара, я помог спуститься с борта Молчану, который еще не оправился от ран, и подвел его к Доброге.
— Прости, полусотник, не уберег всех отроков, — Молчан склонил голову, винясь командиру. — Но оброк собрали, и с большими трофеями вернулись! Лошадей берегом ведут, ни одной не потеряли.
— Иди отдохни пока, Молчан, позже подробно все обскажешь. Помогите десятнику! — крикнул Доброга отрокам, стоящим позади него.
— Ну, здравствуй, Хельги! — это уже ко мне обратился наш командир.
— И тебе здравствовать, Доброга! Без приключений жить не могу, как видишь! Еще один корабль добыл нам!
— Вижу! Молодец, ничего не скажешь! Ты тоже отдохни пока, дом тебе построили — иди прими пока работу, а потом ко мне, поговорим и попируем на славу!
Я обрадованно кивнул и заметил в толпе моих личных встречающих — Бажену и выглядывающих из-за ее плеч моих фруктовых братьев-трэлей с новоприобретенными женами, Тишкой и Весянкой. Те, правда, не выглядывали, а возвышались над всеми, так как роста были гренадерского.
Бажена выступила вперед и тихо произнесла:
— Вернулся, Лесной Кот!
— Здравствуй, красавица! Ждала? А я тебе подарки привез, как и обещал!
Щеки Бажены зарумянились от смущения.
— Пойдем в дом, Хельги, дорогу тебе покажу, провожу. Отдохнешь с дороги, покормим тебя.
Забрав с собой Иво и своих новых хускарлов с нашими самыми ценными пожитками и припасенными мной подарками, уместившимися в заплечные мешки, мы пошли за Баженой. Завершали нашу процессию семенившие за нами Грейп и Фрут. Тишка с Весянкой, наоборот, припустили бегом вперед, встречать вернувшегося хозяина на дворе.
Все, как я и хотел. Рядом с причалом уже возвышалась дозорная башенка тренировочного городка, почти обнесенного высоким забором, а за ним примостилось мое небольшое подворье. Мне забор уже достроили, ничего так получилось — метра три высотой, с широкими крепкими воротами, укрепленными железом. Из-за забора виднелись несколько крыш основного дома и хозяйственных построек. Мои трэли, наконец, обогнали нас и распахнули ворота, кланяясь нам до земли. На крыльце большого хозяйского дома стояли Тишка с Весянкой, держа в руках ведра с водой и полотенца. Это, значит, чтобы мы умылись с дороги. Ну, молодцы, неплохо хозяина встречают. У правой стены забора я заметил небольшое приземистое строение, вероятно служившее баней, что меня порадовало. Из приоткрытой двери и маленьких окошек валил дым — уже растопили баньку по-черному, как здесь принято. Отлично!
Пока шел к крыльцу через двор, мимо меня, истошно хрюкая, пронесся приличных размеров свин, за которым бежал петух, старавшийся клюнуть этого свина в упитанный окорок. Ух ты, уже и скотину завели мои хозяйственные трэли!
Слева стояли еще несколько каких-то пристроек, но я решил, что полный осмотр проведу потом. Для начала надо перекусить, быстро помыться в баньке и идти к Доброге на доклад.
Бажена махнула рукой и Весянка (или Тишка? Путаю их пока, похожи они), опять с поклоном, открыла передо мной дверь в дом.
Бажена зашла за мной и сказала:
— Простишь меня, Хельги? Я от Доброги к тебе переселилась, на время, как же тебе без хозяйки жить? Я за порядком посмотрю, рабам работы задам. Ты не против?
Я очень удивился и одновременно обрадовался, но виду не подал, боясь спугнуть загадочную дочь воина.
— Конечно, Бажена! Буду только рад, спасибо тебе! Сам за всем присмотреть не успею, а тут такая помощница! Живи, сколько хочешь!
— Только до отъезда в Альдейгью, Хельги! — она опять смутилась и покраснела. — Теперь за стол садись, хускарл, откушай с дороги!
— Я теперь не хускарл, а, пожалуй, что целый хевдинг, — с усмешкой, но без бахвальства, произнес я. — Четверо хирдманов уже в верности мне поклялись. Мои люди, не один я теперь.
Бажена удивленно приподняла вверх бровь, но ничего не сказала, лишь понимающе кивнув.
Быстро перекусив, мы с моими хускарлами попарились в баньке, которая мне, кстати, очень понравилась, переоделись в чистое и парадное платье, подвесили мечи к широким боевым поясам и отправились к Доброге.
Молчан уже был у полусотника и успел рассказать ему о наших приключениях. Доброга встретил меня с распростертыми объятиями.
— Опять ты спас меня Хельги Скогатт, я твой должник навеки. Спасибо, что людей моих помог уберечь! И за добычу великую спасибо!
— Молчана благодари, Доброга! Он командиром нашим был. Если бы не он — могло погибнуть гораздо больше отроков. А так, он на себя удар викингов принял, отчего и посекли его сильно. И Рулафу спасибо, жаль его!
— Семье Рулафа поможем, не забудем! И Молчана награжу! Но сейчас о тебе речь. Ты, как Молчан поведал, ярла зарубил, его кормчего и еще многих викингов. И на тризне ты славно бился, мне все уже рассказали.
Уши Варяжко, стоявшего рядом, при этих словах сильно покраснели, а глаза забегали. Успел отцу о моих подвигах рассказать, значит, хотя я и просил его не болтать, стеснялся, если честно, немного.
— Я делал, что должен был. Ты как брат мне, я не мог иначе.
— Ты тоже мне брат, Хельги! Проходи к столу! Сегодня пир у нас. Да, пока вы в походе были, гости к нам торговые приплывали, пива привезли отменного!
Мы радостно заревели в ответ и ринулись к столу. Сегодня можно и расслабиться.