Страница 24 из 107
Глава 12
После того разговора в ресторане Козловский не то чтобы замолчал, нет… Он продолжал испепелять меня любопытством во взгляде, но второй попытки поговорить не случилось. Его телефон постоянно звонил, а к концу обеда и правда на связь вышли немцы.
Босс расплатился, зло зыркнув, когда я достала из сумки кошелёк, а после всё так же молча мы покинули ресторан.
Как и прогнозировал Козловский, немецкие партнёры приняли все его кабальные условия, поэтому сразу по возвращении пришлось бежать в отдел договоров, чтобы успеть отправить им новый вариант на подпись.
Работы и правда было много. Проанализировала печатные издания, и итог меня огорчил…
За время моего отсутствия о холдинге не было ни одной статьи. Все удачные госзаказы не освещались, а последние сводки только и гремели арестом Козловского старшего.
И Артур прав, при такой рекламе мы скорее утопим самих себя.
Не знаю, уж какие там у него отношения с отцом, и почему они не разговаривали три года, но он решительно был настроен спасти дело своего отца. Похвально? Или наоборот… Он хочет ему что-то доказать?
И лично мне хочется поставить именно на эту лошадку.
Чёрт… Я ничего о нём не знаю! И это безумно бесит.
Мне пришлось совершить невозможное! Разобрала скопившуюся корреспонденцию, заказала серию статей о Козловском, но для этого мне нужно собрать материалы. А как выяснилось, интернет о нем знает гораздо меньше, чем я…
Стоп… Это же гениально! Приду к нему, засыплю вопросами, якобы для статьи, а после сама отсортирую то, что важно для имиджа холдинга, а что лично для меня.
И перед глазами вновь всплыло поджарое тело красавчика. Эти охрененные кубики, косые мышцы пресса, ну и агрегат… Иным словом и не назвать его красивый детородный орган. Все они будут уничижительными. А у этого жеребчика в штанах настоящее добротное хозяйство.
— Завтра в семь, — внезапный крик Козловского выдернул меня из мыслей, первым делом посмотрела на часы, стрелка которых замерла на десяти часах вечера. — И не смейте мечтать о моём «достоинстве» перед сном! Я завтра все прочту по вашим глазам…
Босс махнул рукой из приёмной и выбежал.
Ну точно… Его ждёт знойная девушка в красном кружевном белье. Какое ему дело до помощницы, одетой, как монашка, и прибежавшей на работу в разных сапогах?
И вдруг стало так обидно…
Он изучил меня. Понял, что в сексе я полный ноль без опыта. Поэтому и изводит. Он питается смущением!
А значит, пора дать отпор!
Точно!
Захлопнула компьютер, скинула все в сумку и начала собираться.
Домой я добежала быстро, но, уже когда открыла дверь подъезда, уха коснулся смутно знакомый звук.
— О! Да! О! Да! — истошно вопила какая-то дамочка. Притормозила у лестницы, поднялась на несколько ступеней, определив, что стоны идут со второго этажа.
Ну точно… А откуда ещё? У нас на весь подъезд всего две квартиры с относительно молодыми жильцами: я и семья с детьми со второго этажа. А в остальном деятели искусства, у которых из гостей только соцработники и родственники, жаждущие заполучить квартирку в центре.
И сомневаюсь, что бабуля Натуля из сорок пятой квартиры может ещё так бойко стонать.
Красные кружева… Наверное, уже прилетела, и теперь изо всех сил старается, дабы ублажить изголодавшегося монстра.
Ещё бы! Стоило мне прочитать её СМС, как его агрегат был приведён в боевую готовность.
Чёрт…
Вбежала в квартиру и закрылась на все замки.
Но я словно продолжала слышать эти стоны.
Хотела спрятаться в душе, но там звук был ещё звонче. Я даже толком пену не успела смыть, как вылетела.
Включила все телевизоры, потом фен, и только этот жужжащий агрегат смог заглушить их вопли, с которыми была не в состоянии справиться даже звукоизоляция.
Они трахались, как кролики!
Пока я по пятому кругу перемывала посуду, пылесосила идиотский паркет, мерзла на балконе, только бы не слышать этого безумия, они всё трахались и трахались… Словно сосед нарочно демонстрировал всю мощь своей мужской силы.
Бедная дамочка… Может, полицию вызвать? Она сидеть-то вообще сможет?
Крутилась на кровати, путалась в простыне, закрывала голову подушкой, но ничего не помогало!
Я уже даже не понимала, слышу я это, или просто мне кажется. Глюки! Громкие, сочные, полные страсти! Стоны въелись на подкорку, превратившись в навязчивую идею.
— Засранец на коньках! Кентавр недоделанный! — подорвалась с кровати, схватила биту и рванула вон из квартиры. Босиком взбежала на второй этаж и забарабанила в его дверь.
Звук был объемный, вот только голоса были какими-то странными… А когда я остановилась и прекратила долбёжку, поняла, что что-то здесь не то. Стоны уже не казались признаком секса, они превратились в крик… Такой истошный, ужасный.
Но было уже поздно. Звук определенно шёл из двери напротив, а там… Там жила милая парочка, которым далеко за пятьдесят.
Дверь распахнулась, являя сонного, злого и очень обнаженного соседа. Артур щурился от яркого света с лестничной площадки, что-то бурчал себе под нос, а когда понял, кто его разбудил, его губы растянулись в коварной улыбке.
— О! Соседка, —начал было шутку, но вдруг удивленно вытянулся, безошибочно посмотрев на дверь, из-за которой и доносился шум. — Какого чёрта?
— Артур Львович… Это стоны? Или я брежу?
— Если бы моя женщина так стонала, я бы коньки отбросил, — Козловский на ходу натягивал боксеры, уже и вовсе перестав меня стесняться, а я прижалась к косяку, заглядывая вглубь квартиры.
Кого я там хотела увидеть? Знойную красотку, затраханную до смерти?
Фу… Как противно!
— А вы, Артур Львович, коньки и так отбросили, а я подобрала…
На первом этаже послышался шум, в окнах лестничных проёмов засверкали проблесковые маячки, и вдруг на второй этаж взмыла бригада реанимации с носилками и огромными чемоданами.
— Кх-кх… — мужики замерли, смотря в нашу сторону. — Скорую вызывали?
— Нет, но, очевидно, вам туда? — он махнул на соседскую дверь, за которой ещё недавно слышался шум. — Там либо пиздец как хорошо, либо ужасающе плохо.
— Скорая!!! — молоденькая девчонка с чемоданом стала стучать к соседям, изредка оборачиваясь на моего начальника.