Страница 23 из 107
Он помог мне снять пальто, проводил в закрытую кабинку, усадил на диван и подтолкнул меню.
— Всё, это моя последняя цена, — Козловский будто устал перепираться, махнул рукой и погрузился в меню, сделав вид, что дальнейшая судьба переговоров его не волнует вовсе.
Немцы словно поняли его и без перевода и отключились.
— Вы что… Вы сорвали переговоры? — моему возмущению не было предела.
— Сами перезвонят, как только их бухгалтер все пересчитает. Это же немцы, на это нужно делать поправку. Они никогда и ничего не решают сходу. Готовы тянуть годами, сражаясь за три копейки, а ускорить их можно только вот таким вот представлением, — Козловский ответил искренне, а после сделал заказ, притормозив официанта, чтобы он дождался, пока я сделаю выбор.
Ткнула наобум, попросив кофе принести прямо сейчас.
— Так… — я собралась с мыслями. — Артур Львович, у меня есть пара вопросов. Начнём с рабочих моментов... Что это было, чёрт возьми? Лев Константинович горло грыз, чтобы с немцами договориться, а вы… вы их чуть ли не послали?
— Зарина, мой отец — управленец кадрами, а не руководитель бизнеса. Он был хорош, не безвозвратно устарел, за что теперь расплачивается, мотаясь по допросам. За последние полгода от холдинга осталось три филиала, выпускаемое ПО больше не конкурентоспособно на рынке. Молодые разработчики и программисты сбежали, а оставшиеся пытались пробиться, принося новые идеи, но отец не хотел рисковать. Он делал деньги на перепродаже чипов, не отслеживая цену рынка. А в итоге… В итоге в прошлом месяце я закрыл ещё один филиал. Дальнейшую судьбу холдинга обрисовать? У нас есть год, чтобы нарастить мощности, иначе нас сожрут. У меня есть только год, чтобы найти толковых парней и успеть вырастить кадры, готовые выдавать мне продукт регулярно, а не раз в пятилетку. А вы, Зарина, мне нужны как человек, знающий всю прессу региона…
Козловский закурил, достал из внутреннего кармана документы и начал их быстро изучать.
— Я вижу ваш немой укор. Вы сравниваете меня с отцом… И, очевидно, в этом состязании проигрываю я, а не он. Вот только деньги, идущие на спасение его бизнеса, я беру не из его кармана, а из своего. Вполне возможно, это благотворительность, за которую никто не скажет спасибо. Но свои обещания я держу. Ещё вопросы?
— Да… Как часто мне придётся лицезреть ваше… детородное величие? — я прикусила губу, но потом собралась с силами и подняла глаза. Что бы сейчас ни произошло, взгляда я не отведу.
Он в первый же день устроил для меня персональный ад с проверкой. Тест за тестом, экзамен за экзаменом. И я ещё не провалила ни одного!
Видеть его голым — пожалуйста…
Сходу переключиться на немецкий — легко.
Читать похабные СМС его любовниц, пялиться на полуголых мужиков, увольнять сотрудников — я все смогла!
Но это не значит, что я бесчувственный робот! И если мне предстоит испытывать весь спектр эмоций каждый день, то было бы хорошо просто это знать.
— За величие, конечно, спасибо. Но мы опять переходим к обсуждению моего «достоинства»? Может, уже оставите его в покое? — Козловский прищурился, впившись взглядом в мои губы. — Что же он вас так волнует?
— Я напоминаю про субординацию и деловую этику…
— И я напоминаю вам про деловую этику. Я вроде не домогался, не распускал руки и не тащил вас в постель. Это физиология… Потребность человека в душе, еде, дрочке. И поверьте, я могу делать все это, не отрываясь от переговоров!
— И что… Это намёк, что пора бы привыкнуть? — я сложила на груди руки, всем своим видом показывая, что не согласна со стилем его руководства.
— Зарина Алексеевна, — Артур вдруг нагнулся, в очередной раз нарушив личную территорию. — Я напоминаю вам, что вы — мой ЛИЧНЫЙ помощник… И будь вы каплю умнее и прозорливее, то непременно бы прочитали и допсоглашение, и должностную инструкцию. А теперь винить некого. Зарина, — Артур подхватил мою руку, его мягкие пальцы прошлись по ладони, замирая на запястье, где неистово лупил пульс. — В ближайший год ближе меня у вас никого не будет…
Это прозвучало на грани... На грани обещания и угрозы.
Сука, а ведь он говорит правду! В зеленых глазах огонь полыхает, взрываются петарды, желваки гуляют, как ненормальные.
Он знает, что не отступлю. А я знаю, что это только начало долгого безумия…